— Шмель, давай в них одну «муху», чтобы обосрались окончательно, — сказал я в микрофон. — Хоть в опору, лишь бы шутку оценили. Придави их.
— Сделаем, — послышалось в эфире.
Я увидел, как двое пытались отстреливаться в сторону Шмеля, присев за высоким бетонным бордюром, но при этом открывшись мне. Одного, как мне показалось, Маша убила, второму пулю в бок вогнал я. Он выронил автомат вниз и салился навзничь. Перезарядка у меня, а кабина одного из «Уралов» тем временем расцвела взрывом, но не красивым, как в кино, а просто пыхнуло, вспыхнуло, подпрыгнуло, полетели ошметки. Было загорелся тент, струей подожгло все же, но сразу погас. Не брезент там, а что-то вроде клеенки, негорючее, видать.
А вот и первый результат приказа не стрелять в голову: поднялись сразу двое, оба за спиной тех, кто еще отстреливался. Тот, которого я убил первым и еще один, в камуфляжных штанах, кроссовках и гражданском свитере. За грузовиками пошла какая то суета, судя по всему, кто-то успел обернуться, застрелили камуфляжного, я видел, как он завалился, но тот, который в свитере, набросился на кого-то сверху.
Кто-то начал перебегать, показал спину из-за колеса, в которую влетели сразу две пули, моя и лехина. Я начал заталкивать по одному патроны в магазин, вынимая из патронташа на прикладе, а тем временем еще один встал, из убитых Сергеичем, судя по всему, на мосту пошла паника, кто-то за кем-то гонялся, с флангов по всем постреливали наши, внося еще большую суматоху. Я прицелился в тех, которые бежали уже в дальнем конце моста, прикинул падение траектории, выстрелил. Промахнулся, суета моя ненужная, мать ее. Снова перезарядил, выстрелил. Попал, причем на этот раз явно в позвоночник, у того ноги как будто на бегу отнялись.
Леха дострелял магазин во второго «бегуна», но тот петлял как заяц, так что все прошло мимо. Беглец спрыгнул с дорожной насыпи вправо, едва закончились фермы, был обстрелян Сергеичем из пулемета, но тоже уцелел, хоть Сергеич счел, что задел его.
А вот к кому он бежит?
Двое с моста, побросав оружие, спрыгнули в реку. Там же метров пятнадцать, это же уметь надо прыгать в воду с такой высоты, чтобы не убиться. Но, в любом случае, нам они не помеха уже. Да и вообще никто не помеха, закончилось все, строго говоря.
— Шмель, вместе с твоими, дуйте за машинами, и подгоняйте их к тому месту, где у вас сейчас позиция, — снова взялся распоряжаться я. — Надо валить, а то остальные обидятся, что коллеги сотни сложили. Сергеич, остаетесь на месте.
Теперь нам надо уйти в отрыв, потому как очень похоже, что этот заслон на мосту стоял специально с целью добычи транспорта. Для того взвода, условно, что там был, и имеющегося хватало с избытком, значит их где-то неподалеку столько, что в два «Урала» и джипарь они влезть не могли при всем желании.
— Живых на мосту нет. — сказал Леха. — Мертвяки там одни, жрут кого-то.
Тут он прав. Будь там и живые, и мертвые, суеты было бы больше. Я набил патронами опустевший магазин, дотолкал недостающие в патронташ. Затем сказал в микрофон:
— Сергеич, страхуй нас, мы понемногу к мосту пойдем, дозачистим. И пусть Таня от тебя выдвигается туда же, только нас дождется.
Мы встали и не торопясь пошли прямо по дороге в сторону моста. Я винтовку уже за спину закинул, передвинув на грудь «сто пятый» и откинув приклад. Леха тоже моему примеру последовал. Пока там машины подгонят, еще минут пятнадцать пройдет, а нам надо теперь уже с десяток мертвяков отстрелять. Даже больше. Считай, убить всех заново.
А у мертвяков уже жор пошел, всерьез так, не по детски. Ожившие трупы навалились на неживших — двое были убиты выстрелами в голову, вцеплялись в них зубами, стараясь оторвать куски плоти, как собаки трясли головами. Возня, чавканье, мерзость, кровь ручьем. Так мы их и достреляли, пока они новообращенные — они совсем тупые, даже убегать или нападать не пытаются, им только жрать.
— Лех, новый тактический прием, хоть Наставление пиши, — сказал я, обведя произведенный разгром рукой, после того, как с зомби покончили.
Действительно, серьезно мы выступили, можно гордиться. Правда, противник нам глупый и неопытный попался, но все равно. А заодно появилось ощущение того, что справедливость-то восторжествовала. И за деревню перебитую ответили, и за тех мужиков из уазика, и за трупы, что под насыпью лежат. Хорошо мы их, собакам и смерть собачья, аж душа поет песни радостные.
— В смысле? — спросил вдруг Леха уже из кузова уцелевшего «Урала».
Полез он туда мародерничать, естественно, первый и основной инстинкт победителя. Кстати, с трофеями очень неплохо, туда-сюда, а дюжину нормальных АК-74 взяли, хоть и старой модели, «весла», патронов аж девять цинков, да еще снаряженных магазинов куча, три ПМ и несколько сот патронов к ним. Остальное было или поломано, или с моста в реку упало. Те, кто спрыгнул, уцелели оба, кстати, мы видели обоих, выбравшихся из воды метрах в пятистах вниз по течению. Я даже из трехлинейки попытался в одного пальнуть, но не попал, а они за поворотом крутого берега скрылись.
— В смысле стрелять так, чтобы убитые со стороны противника обращались. И на них кидались, — ответил я.
— А, это да, это удачно получилось, — согласился Леха, — Это мы просто новаторы.
Из леса показались наши машины, вскарабкались на шоссе, затем выкатили на мост. Оперативно побросали все трофеи в «буханку», кое-как, лишь бы быстрее, с намерением разобраться позже, загрузились, быстро из пулеметов прострелили движки и радиаторы у уцелевших машин на мосту, и поехали прочь.
Нас, к счастью, не преследовали, хоть с замыкающего «уазика» заметили показавшийся из лесу УАЗ же, с тентом, явно военного типа.
Нас, к счастью, не преследовали, хоть с замыкающего «уазика» заметили показавшийся из лесу УАЗ же, с тентом, явно военного типа. Оттуда вышли двое, которые смотрели нам вслед, пока не пропали из виду. Наверное, решили плюнуть на нас.
Я бы на их месте не стал гоняться. Почему? А очень просто. Со связью у них явно проблемы, потому что УАЗ появился не сразу, а через полчаса после разгрома на мосту, видать, беглец добежал и доложил нападении. Добежал до своих всего один, так что логично предположить, что нападавших много. И о наличии гранатометов, снайперов и пулеметов он тоже сообщил. Будешь гоняться всего вдвоем и на одной машине? Сомневаюсь. Скорее смыться сам захочешь.
Сергей Крамцов, «партизан», бывший аспирант.
6 мая, среда, вечер.
Днем прошли через несколько деревень с совершенно нормальным населением, и в конце концов решили остановиться прямо в одной, на дозаправку, а заодно и колодезной воды набрать в запас. Деревня вроде и не маленькая, стояла в стороне от дороги, мы ее даже с заштатного этого шоссе еле разглядели — посадки заслоняли. Потом в бинокли понаблюдали, внимательно очень, и увидели, что там живые люди ходят без опаски. И без оружия.
Подумали, подумали, и все же решили туда заехать. Проехали по улице, встали у колодца. Все вышли, стараясь выглядеть подчеркнуто миролюбиво, очки, шлемы и маски стянули, оружие за плечами. Опять же расчет на то, что при виде женщин меньше напрягаться будут.
Так и вышло. Едва ведро в колодец опустилось, как подошла немолодая крепкая тетка, вежливо поздоровалась. Затем еще одна подошла, потом пара мужиков показалась, но эти уже с двустволками стволами вниз. Начались расспросы, кто мы, что мы и откуда, начал завязываться разговор, еще подтянулись люди. Первоначальная настороженность разошлась быстро, а затем нас предложили покормить, к великой нашей радости — все были уже голодными. А я сразу решил не только не отказываться, но если удастся, то в деревне и заночевать. Уже шесть вечера, под три сотни мы сегодня прошли, и ладно. Зато здесь мертвяками никто не зашуган, все поспим по-человечески. Хотя деревня патрулируется, ходят мужички с ружьями. Видать, есть причина.
