— Что это?! — аж присел впечатлительный Барбуз, дико озираясь по сторонам и прикрываясь мешком с обожаемой супругой. — Откуда?!
— Тихо ты. — Хайден, хоть и не чувствовал никакой опасности, но все-таки пока не выпуская из рук верного меча, двинулся к выходу. — Пойду посмотрю…
— Я с тобой! — Лопающийся от любопытства медик увязался следом.
На дворе уже начало светать. Гроза прекратилась.
— Вот вы, значит, какие… — прошелестело в воздухе, и ребята замерли на недоломанном крыльце столбами: сплошная стена темного леса неуловимо принимала очертания… человеческого лица! Ветви-брови, глаза-просветы между деревьев, рот, улыбающийся кривыми стволами елок…
— Хозяин леса! — пискнул за спинами приятелей людоед, вытаращив глаза.
На дворе уже начало светать. Гроза прекратилась.
— Вот вы, значит, какие… — прошелестело в воздухе, и ребята замерли на недоломанном крыльце столбами: сплошная стена темного леса неуловимо принимала очертания… человеческого лица! Ветви-брови, глаза-просветы между деревьев, рот, улыбающийся кривыми стволами елок…
— Хозяин леса! — пискнул за спинами приятелей людоед, вытаращив глаза.
— Вот это спецэффект… — ахнул Аркадий.
— Кто? — переспросил барон.
— Не обзывайся, двуногий! — недовольно колыхнулась чаща. — Людоед прав — я Хозяин леса. Я — сам лес. Каждое дерево, каждый высохший пень, каждая букашка — это я!
— А эти снусмумрики зубастые? Твоих зеленых лап дело? — прищурился медик.
Лес зашумел, будто вздыхая:
— Моих. Они были наказаны, и они за все ответили… Я их отпускаю.
— А за что вы их так? — подал голос Хайден. — И кто они такие?
— Те, кто убивал меня ради жестокой забавы, — нахмурились сосны, — кто не знал пощады, жалости и меры, те люди, которые когда-то жили здесь…
— Пропавшие князья! — дошло до вирусолога. — Вот куда они делись-то! Сурово… А за что ты на нас их натравил, а, мечта бензопилы «Дружба»?! Мы тут и пальцем ноги никого даже в мыслях не трогали!
— Вы — люди. Они — звери.
— И чего?!
— Я повелел им на собственной шкуре узнать вкус холодной стали. Каждый раз умирать от руки человека и снова возрождаться, чтобы снова умереть… Пока не истечет их срок или кто-нибудь не отпустит их, убрав меч в ножны, так, как в свое время не сделали они…
Аркаша кинул мимолетный взгляд на тесак и смущенно спрятал его за спину.
— Срок истек. Пускай покоятся с миром! — торжественно провозгласил лес.
— Подождите. — Хайден сделал шаг вперед. — А тот, последний, лохматый, он ведь живой остался! Как же он «упокоится»?
— А… да, — вспомнил Хозяин и неопределенно махнул разлапистой веткой. — Ну жив так жив. Пускай…
— Так и…
— Прощайте, люди! — Ветер пронесся по верхушкам деревьев, и лес снова стал ничем не примечательной глухой чащобой…
Все трое переглянулись, но не успели и слова сказать, как из-за бревенчатого угла дома донеслось:
— Здравствуйте…
ГЛАВА 5
Аркадий скептически рассматривал стоящего перед ними растрепанного паренька лет семнадцати. Рязанская мордашка, заросший еще похлеще Хайдена, из одежки — такая рванина, что смотреть жалко, но в целом обычный такой парень…
— Как звать-то тебя, Маугли? — со вздохом спросил медик, так и не найдя, к чему придраться.
— Лир, — косясь на тесак в руке вирусолога, осторожно ответил юноша.
— Лир? Король?!
— Нет… А что, похож?
— Боже упаси! Так, музыкой навеяло… Значится, это тебя я помиловал, что ли?
— Меня… Ой! Спасибо! — опомнился паренек, бухаясь перед опешившим Аркадием на колени и впечатываясь лбом в мокрую землю.
Ильин аж в сторону отскочил…
— Это… Ты чего? А ну вставай!
— Не могу… Я ваш вечный должник!
— Да брось ты, ну… Поднимайся! Чтоб мне все так благодарны были… Слушай, серьезно, вставай уже, я сейчас смущаться начну!
— А бить не будете? — на всякий случай поинтересовался парень.
— Не будем, — ответил за Аркадия Хайден. — Хватит на сегодня. Сэр, ночь позади. Можем отправляться!
— Тебе лишь бы по лесу шариться… — проворчал невыспавшийся медик. — А лошадка? Где она? Что-то мне пешком гулять не улыбается. И трава мокрая опять же…
— Барбуз! — обернулся барон. — Сходи посмотри… Барбуз?
В ответ — тишина… Экстренный обыск старой усадьбы не дал никаких результатов — трусливый людоед, пока Лир усердно отбивал поклоны, слинял, прихватив с собой мешок с любимой женой!
— Вот зараза неблагодарная! — Поняв, что шустрого «проводника» теперь в лесу днем с огнем не сыщешь, злющий Ильин пнул носком сапога остатки крыльца и сжал кулаки. — Да если б не мы, его б тут сожрали уже три раза! Ни стыда, ни совести, ни чувства долга!
— Ваш друг вас бросил? — поднимаясь с земли, спросил Лир.
— Таких «друзей» — на вешалку да в музей! — сердито фыркнул Аркаша. — Он нам до деревни дорогу показать обещал, трепло бородавчатое! Что сбежал — невелика потеря, а вот как мы теперь людей найдем?
— Я провожу! — с готовностью подался вперед паренек. — Я знаю короткую дорогу, всего сутки идти!
— Ничего себе — короткая…
— Если по протоптанной — так это берите неделю! — развел руками Лир. — Но вы как хотите, я же только предложил… А зачем вам в деревню надо?
— Обстановку прояснить, — туманно отозвался барон, свистом подзывая куда-то запропастившегося коня. — Забыл представиться — Хайден Эйгон. Можно просто Хайден.
Лир в ответ земно поклонился.
— А это сэр Аркадий Ильин…
— …можно просто Аркадий Михайлович! — надулся от важности вирусолог. — Так, по-домашнему… Хайд, коняшка где?! Они все издеваются, что ли?
Хайден свистнул еще раз, огляделся и недоуменно развел руками:
— У меня такое чувство, сэр, что мы остались без лошади…
— Угнал, подлец?!
— Барбуз?
— А кто же еще?! Ну погоди, морда зеленая, встретимся — мало не покажется… Лир! Потопали… Где там твой «короткий путь»?
И снова дорога… Собственно, особо комфортных условий изначально можно было даже и не ждать. Но чтобы настолько? Под ногами противно хпюпало. Сделав слишком резкий шаг вперед, Аркадий оступился, мокрая подошва баронского сапога соскользнула с кочки, и медик с громким «чвяк!» по пояс влетел в густую холодную и отвратительно вонючую жижу.
— Тьфу ты! — карабкаясь обратно, сквозь зубы прошипел он. — Сколько Сусанина ни корми — все равно в болоте утопнешь! Лир! Тебе сказать, где я видел таких гидов, как ты?!
— Где? — Бойко перепрыгивающий с кочки на кочку паренек обернулся.
— Тьфу ты! — карабкаясь обратно, сквозь зубы прошипел он. — Сколько Сусанина ни корми — все равно в болоте утопнешь! Лир! Тебе сказать, где я видел таких гидов, как ты?!
— Где? — Бойко перепрыгивающий с кочки на кочку паренек обернулся. — Ой…
— Вот тебе и «ой»! — буркнул вирусолог. — Руку дай, что ли! Хайден, хватит ухмыляться, меня сейчас на дно утянет… вместе с твоими, между прочим, сапогами!
— Как носить — так они общие, — припомнил посмеивающийся в усы барон, но руку протянул. — Держитесь… р-раз!
Плюх! Как ни крути, а питался Аркаша в последнее время явно лучше Хайдена. И — как следствие — перевесил. Да к тому же это было все-таки болото… Результат — вместо того чтобы вытащить медика, барон сам загремел в липкие объятия илистой топи по самое ничего себе.
— Ай молодец… — вытирая с лица коричневую тину, с чувством сказал Ильин. — Силы нет, ума — подавно… И кто нас теперь отсюда вынет?
— Тьфу… Гадость какая… — отплевываясь, Хайден ухватился за кочку. — Лир, иди сюда!
