— Здравствуйте, госпожа Анн?Мари… — поклонился я.
Почему я хотел видеть ее? Просить прощения? За что, собственно? За то, что по моей вине убили ее сына? К сожалению, в это время, когда человеческая жизнь не представляет никакой ценности, такая смерть отнюдь не была редкостью Ее сын был во ином…
Но я должен был найти ее. Для чего? Чтобы поведать о потасовке в таверне «Императорский рог» и о том, как я оглушил ее сына, чтобы воспользоваться его одеждой? Или о том, как бешеный комендант Рой?хенбаха приказал повесить Готфрида? Что я мог ска зать?
Женщина всплеснула руками и поспешила мне навстречу.
— Заходите, ваша милость. Друзья Готфрида всегда желанные гости в этом доме..
За те несчастные двадцать минут, которые я провел в чистом и уютном доме Анн?Мари, давясь лепешками, усиленно подсовываемыми мне заботливой хозяйкой, я успел поведать о сражении под местечком Ройхенбах, в котором, спасая меня, героически погиб ее сын… Маленький Готфри, точная копия своего отца, слушал меня, открыв рот, восхищенно веря моей самозабвенной лжи.
— Если со мной не случится никакой беды, я вернусь сюда через семь лет и возьму вашего внука на службу, тетушка Анн?Мари, — стоя на пороге гостеприимного дома и ероша рукой волосы сына латника из Вейлера, пообещал я.
— Если же я не приду, пусть Готфри отправляется в путь и найдет либо коннетабля графа Меркадье, либо английского герцога Честера и передаст им мою просьбу взять его в оруженосцы А чтобы ему поверили, пусть отдаст этот кошель.
Отсыпав себе несколько монет, я вручил седой Анн?Мари кошелек из мягкой замши с вышитым на нем леопардовым львом Камдилов.
— Прощайте! — Я резко развернулся и зашагал по улочке.
— Ну что вы! — всплеснула руками женщина. — У нас все есть, не надо!
Не слушая ее, я быстро удалялся от дома Готфрида из Вейлера…
— Ну что, наелся? — вылазя из?за камня позади меня, прорычал Тагур.
— Пошли. У нас мало времени, — прервал я его и быстро полез наверх по тропе.
— Нечего было засиживаться, — недовольно пробурчал он — Что ты там так долго?
— Там живет мать человека, который когда?то спас мне жизнь, — не оборачиваясь, пояснил я.
Гоблин мягкообогнал меня и, чуть презрительно посматривая, пробормотал:
— Ох уж эти мне ваши дурацкие человеческие чувства… Одна беда от них.
Близился полдень. Гоблин, подбадривая меня, тыкал лапой куда — то вперед:
— Да вон же уже твоя пещера! Мы почти пришли! При словах «мы пришли» я в изнеможении повалился на короткую еще весеннюю травку очередного альпийского луга, через который тянулась ведомая одному гоблину тропа. «Все! Пять минут отдыхаю и иду… Одна надежда на то, что это создание не умеет врать!»
Тагур между тем, почуяв родные места, проявлял все признаки нетерпения. Повертевшись возле моего распластанного на земле тела, решительно прорычал:
— Вставай, пошли! — внезапно он насторожился. — Здесь кто?то есть… Большой хищник… А ну, вставай быстро!
Я моментально вскочил. «Для полноты впечатлений не хватало только какого?нибудь снежного барса встретить… Боже, как я устал!»
Гоблин поволок меня через луг. Добежав до каменной гряды, он резко остановился.
— Он идет за нами!
Тагур развернулся в сторону ближайшей скалы и угрожающе зарычал. Оттуда послышалось ворчание более громкое, но удивительно похожее. Мой проводник настороженно приподнял уши. И тут из?за камней появилась странная фигура: длинная белая шерсть, массивные руки, переваливающаяся обезьянья походка…
— Йетти!.. — вырвалось у меня.
Тагур непонимающе моргнул, отступил на два шага назад… а потом я услышал душераздирающий рык, наверняка вызвавший спуск не одной лавины:
— Папа?а?а!!! Гоблин в мгновение ока подлетел к гориллоподобному существу и повис на нем, испуская радостные вопли.
— Вальдар, смотри, да это ж мой старик! — заорал он, когда я осмелился приблизиться к родственникам, воодушевленно хлопавшим друг друга по спинам тяжеленными лапами. Существо оказалось при ближайшем рассмотрении седым, необычайно крупным гоблином, который степенно склонил голову, снисходительно отмечая мое присутствие, и одарил оценивающим взглядом.
— Я очень рад нашей встрече, — поклонился я седому папаше.
— Угу, — громыхнул тот. Видимо, отец Тагура, старик Хол, не отличался многословием.
— Послушай, дружище, — резво подскочил ко мне гоблин. — Тут до твоей пещеры — рукой подать. Даже ты до полудня успеешь. Вот тропинка, держись вон тех камней, и уж мимо точно не пройдешь. А я пойду домой! — он радостно ухмыльнулся и добавил: — Лет двадцать, почитай, отца не видел…
— Ладно, прощай, Тагур, сын Хола, — тепло произнес я. — Спасибо. Может, еще когда свидимся. Гоблин махнул мне лохматой рукой.
— Прощай! Удачи тебе.
Я зашагал по узкой тропке, едва различимой в камнях.
— Спасибо. Может, еще когда свидимся. Гоблин махнул мне лохматой рукой.
— Прощай! Удачи тебе.
Я зашагал по узкой тропке, едва различимой в камнях. «Дурацкие человеческие чувства…» — промелькнуло у меня в голове, когда я бросил последний взгляд на удаляющуюся парочку, оживленно перерыкиваю?щуюся и размахивающую лапами.
Гоблин оказался прав: минут через десять я увидел огромный темный провал в горе, из которого, словно голова собаки, отдыхающей в будке, торчала шипастая башка моего «кума».
— Пришел наконец! — обрадовался мне дракон. — А я уже высматриваю тебя, где это ты запропастился?
— Извини, мы были не так уж и близко к Мон?Кролю, как мне показалось, — утирая пот со лба и усаживаясь рядом в тени пещеры, признался я. — Как дети?
Дракон широченно улыбнулся.
— Ничего, спасибо. Ирмыых их вчера летать учила. Ох, мы и повеселились! Такие неуклюжие! Как представишь, что и мы такими же были…
Я тоже улыбнулся, представляя своих «крестников», пытающихся взлететь.
— А недавно, — продолжал внимательный папаша, — научились огнем дышать… Так едва соседний лес не спалили!
— Да… Детей нужно учить осторожно обращаться с огнем, — глубокомысленно заметил я.
— Это верно, — вздохнул дракон. — А у тебя?то что стряслось? Ты так толком ничего не рассказал.
— Понимаешь, — обессиленно привалившись к стене пещеры, начал я, — иду на встречу со своим злейшим врагом, который похитил мою невесту…
— Ну надо же! — восхищенно воскликнул дракон, выдохнув от возбуждения длинный язык пламени. — Как в сказках! Надо будет детям рассказать, они сказки любят… про рыцарей там, принцесс прекрасных… Она у тебя принцесса?
— Принцесса, — слегка опешив, заверил я романтичного ящера.
— Ну вообще! Прекрасная? — восторженно забил хвостом дракон.
— Не то слово. Красавица!
— Так что мы сидим? — завозился он в пещере. — Давай, вылетаем! Мне его спалить или как? Я предупреждающе замахал руками.
— Ни в коем случае! Мне с этим гадом поговорить надо, иначе я не узнаю, где он ее прячет. Дело в том, что встречались мы с ним дважды: в первый раз он упек меня в подземелье, а во второй — забил в колодки. Надеюсь, твое присутствие заставит его быть поуч — тивее, — пояснил я разочарованному змею.
— Он что, злой колдун? — деловито поинтересовался мой куманек.
— Хуже, — скептически улыбнулся я. — Он император.
— А?а, этот!.. Не понимаю я тебя, — удрученно покосился на меня дракон. — Ладно, посижу, попугаю… Только вот что… Пока не забыл!
