— Ну что ж, совсем не глупо с его стороны. Теперь, если его величество пожелает узнать, где находится в данный момент доблестный рыцарь Вальдар Камдил, ему будет несложно это сделать. Если вы, конечно, решите воспользоваться щедростью Джона Плантагенета, — граф вежливо улыбнулся.
Вскоре появился герцог Честер, облаченный в новенькое, с иголочки, одеяние коннетабля Англии, шитое золотом и подбитое горностаем. Росселин лопался от гордости, лучился счастьем и двигался с преувеличенной осторожностью. Демонстративно поправляя массивную золотую цепь с золотым медальоном, украшенным драгоценными камнями и чеканными мечами — символом его высокого положения, Шамберг с достоинством уселся за стол и поздоровался:
— Я счастлив приветствовать вас, милорд принц и милорд герцог!
— Здравствуй, Росс, — кинул я.
Шейтмур только молча поклонился, приветствуя своего собеседника.
Меркадье не заставил себя долго ждать. Он появился в дверях, пропахший дымом, шумный, большой, радующийся предстоящему путешествию на родину, и за столом моментально воцарилась непринужденная дружеская атмосфера. Росс, сразу же стряхнув с себя чужеродную английскую чопорность, громогласно объявил:
— Друзья! Мне рассказали пикантный случай! Графиня… мнэ — э… ну, скажем, Р, … — и он стал рассказывать историю, содержание которой я не решаюсь приводить здесь из уважения к христианской добродетели. К тому же не все женщины одинаковы…
В самый разгар веселья дверь тихо отворилась, и в комнату вошла королева Джейн, закутанная в плащ. Честер умолк, не закончив фразы, да так и застыл с раскрытым ртом. Радостное ржание высшей английской аристократии смолкло как по мановению волшебной палочки.
— Добрый вечер, господа, — непринужденно произнесла леди Джейн. — Извините, я была вынуждена немного задержаться.
Меркадье смущенно стал прятать за спину выпачканные в смоле руки…
— Ну вот, все участники тайной вечери в сборе, — насмешливо произнес Варрава. — Умерьте свой пыл, герцог, — обратился он к Россу, гневно вскочившему при появлении королевы. — Смею вас уверить, все люди, собравшиеся здесь, — союзники, вне зависимости от того, как они относятся друг к другу. Присаживайтесь, ваше величество, — произнес Шейтмур, не вставая с места. — Нам предстоит обсудить дальнейшие совместные действия, если, конечно, среди нас нет желающих окончить дни свои на плахе. Он обвел собравшихся немигающим взглядом.
— Я вижу, таковых нет. Что ж, это радует. Тогда, господа, и вы, ваше величество, нам стоит обсудить создавшуюся ситуацию и то, как нам необходимо действовать.
— Да что тут действовать?! — громыхнул Шамберг.
— Действовать, друг мой, всегда означает действовать, — мягким поучающим тоном заметил Шейтмур, — или вы думаете, что блестящие побрякушки, которые вы с такой гордостью носите, отобьют память у нашего дорогого короля? Или у вас самого плохо с памятью? Позвольте задать вам вопрос, чьи войска пару недель назад стояли под Венджерси?
— С тех пор много чего изменилось, — недовольно буркнул Росс, все еще не пришедший в себя от неожиданности.
— Милорд герцог, вы же не юнец, которому следует объяснять простейшие вещи.
— Милорд герцог, вы же не юнец, которому следует объяснять простейшие вещи. Где и когда законы мешали королям поступать так, как они находили нужным?
— Это верно, — усмехнулся Меркадье. — Джон не забудет нам своего унижения.
— Ерунда! — огрызнулся Честер, более из нежелания признать правоту своих собеседников, чем от уверенности в собственных словах. — Что он без нас может! Мы нужны ему!
Шейтмур утвердительно кивнул.
— В этом ты прав. Только благодаря тому, что на данный момент мы действительно ему нужны, сегодня я имею счастье видеть вас за этим столом. Но я подчеркиваю, мы нужны ему сейчас. Очевидно, будем еще нужны завтра, но очень и очень скоро наступит день, когда его величество перестанет в нас нуждаться. Не так ли, леди Джейн?
Молчавшая все это время королева медленно кивнула.
— Ну, это он пусть еще попробует! — на добродушном лице Меркадье появилась нехорошая ухмылка, обычно означавшая стремительно приближающийся конец намеченной жертвы. — У нас сила!
— О, можете не сомневаться. Если мы только дадим ему такую возможность — он непременно попробует. И, насколько я знаю короля Джона, вполне может быть, что успешно.
— Вы пытаетесь испугать нас, милорд? — сжимая кулаки, спросил Росс.
— Испугать? Вас? — Губы Джорджа Уолрена изогнулись в насмешливой улыбке. — Давно не слышал ничего глупее. Мой дорогой Честер, когда вы выезжаете на бой, как я заметил, вы надеваете прочную испанскую кольчугу. Однако только полному идиоту придет в голову именовать вас из?за этого трусом. Это разумная предосторожность, не более того. Вот и то, о чем я говорю, также разумная предосторожность. Если мы хотим сохранить свои жизни и то положение, которое мы, по милости господней, имеем, то мы должны, если хотите, — он кивнул в сторону Шамберга, — мы вынуждены быть вместе и действовать совместными усилиями. Надеюсь, это более не нуждается в доказательствах?
Собравшиеся молча слушали речь канцлера.
— Отлично! — после минутной паузы продолжил он. — Если с этим вопросом все понятно, перейдем, пожалуй, к главному — что каждому из нас надлежит делать. Прежде всего вы, ваше величество, — Варрава галантно поклонился королеве. — Я должен сказать вам, леди Джейн, что восхищаюсь вами, как никогда не восхищался ни одной другой дамой. Не сочтите это за пустую куртуазность. Вы великая женщина! И я готов подтвердить свои слова под присягой даже на Страшном Суде. Я знаю, что вашему сыну, миледи, предстоит стать королем Британии…
В лазурных глазах Джейн неуловимой тенью мелькнуло удивление. Однако его заметил только я. А может быть, и Уолрен.
— Как по закону и подобает наследнику престола, — тихо произнесла она, благосклонным кивком благодаря Тауэрского Ворона за лестные слова в свой адрес.
— Ну да, конечно же, — не меняя тона, произнес наш «хлебосольный» хозяин. — Я беседовал с вашим астрологом, ваше величество. Незадолго до его смерти. Признаюсь, это была очень занятная беседа. Но извините, это к делу не относится. Надеюсь, что ваш сын унаследует ум и привлекательность матери, а также ловкость и отвагу отца. Уверен, если этому суждено случиться, — мы находимся в преддверии великого царствования.
Я с расслабленным видом созерцал золоченую резьбу, покрывавшую потолочные балки кабинета, с трудом подавляя в себе желание оглушить лорда Шейтмура чем?нибудь твердым и тяжелым. Однако, невзирая на тайные мои помыслы, он продолжал говорить, как и прежде, неторопливо и четко, словно чеканя каждое слово.
— …И все же, миледи, прежде чем юный принц Эдуард сможет занять полагающееся ему по праву и его великим дарованиям трон, его подстерегает множество опасностей и невзгод.
Нам с вами следует позаботиться о том, чтобы все эти неприятности существовали более в моем воображении, увы, привыкшем видеть угрозу даже в самых безобидных пустяках, чем наяву. А для этого, моя очаровательная королева, я должен стать вашим духовником и исповедником. Вы понимаете, о чем я говорю?
Леди Джейн вновь молча склонила голову.
— Вот и отлично, — произнес Варрава, усмехаясь. — Если вас смущает отсутствие у меня духовного звания, я попрошу вашего мужа даровать мне титул епископа Кентерберийского. Думаю, он мне не откажет.
