— … назад… вач… безопас… Мы … лной безо… Повтор… нет опас…
Зал вновь наполнило звуком, словно наверху ударили в гонг. Я с сомнением уставился глазами в пол.
— Говоришь, безопасно?
— Да… кой опас… Немед…… щайтесь … ряю, нет опасн…
Я посмотрел на Депре и недоуменно пожал плечами.
— Что?то новое.
— Так что, возвращаемся?
Я огляделся, бросив последний взгляд на размазанные по коридору останки. Затем посмотрел в окровавленное лицо Люка. Решено.
— Наверное, да. Это делянка Тани Вордени. И пока она не ошибалась.
Там, на площадке, сияла в полной боевой готовности марсианская информационная система. Люди стояли под ней, как верующие перед явлением чуда.
Оно и понятно почему.
Вокруг центральной конструкции в воздухе повис целый массив из экранов и панелей. Некоторые из них походили на известные нам системы боевого управления. Другие не следовали привычной для нас аналогии. Современная техника позволяла человеку видеть бой одновременно с множества направлений, детализируя любое изображение быстро и без особых усилий.
Подсознание Посланника усиливало эффект от применяемой техники, но при взгляде на громадное информационное полотно марсианской системы я слегка растерялся. Повсюду виднелись информационные отметки, непонятные изображения, несомненно, относившиеся к спектаклю, развернутому в окружающем космическом пространстве. Но среди всего этого великолепия попадались целые участки, где изображения не было видно или оно менялось с частотой, неуловимой для человеческого глаза. Я не понимал, вижу ли целостное изображение или часть дисплеев попросту неисправна.
Часть загадочного оборудования выдавала совершенно понятную телеметрию реального времени, многоцветные спектрограммы и траектории полета. Другие экраны представляли аналитические модели динамики столкновения в целом, координаты то и дело происходивших взрывов и какие?то графики, часть из которых соответствовала возможному значению градиента гравитационного поля.
Центральный экран ежесекундно обновлял изображение атакующей стороны.
Его тень скользила по кривой, следуя гравитационному полю, с хищными, выставленными как у хирурга инструментами и эллиптическими формами, ясно определявшими военное назначение корабля. В подтверждение этой мысли закачался пол под ногами. На одном из экранов, показывавших изображение в неизвестной пока области спектра, в пустоте космоса вдруг заморгало направленное на нас оружие противника. Высоко над прозрачным куполом с ярким свечением задрожал силовой экран. Корабль содрогнулся.
Назначение…
Я чувствовал, как по мере непонимания пухнет мой мозг.
— Не представляю, что это такое, — просто сказала Сунь, как только я оказался рядом. Казалось, она в трансе от увиденного. — Это оружие действует со сверхсветовой скоростью. Движется на расстоянии одной астрономической единицы, а мы получаем удары практически мгновенно. Хотя никаких повреждений пока нет.
Вонгсават кивнула.
— Предварительный маневр. Думаю, имеет цель сбить с толку защитную сеть. Возможно, род гравитационного оружия. Кажется, такими исследованиями занималась «Митома»…
Она замолкла.
— Смотрите, идут торпеды. О?о… многовато для одного залпа.
Она оказалась права. Пространство перед атакующим кораблем было сплошь заполнено золотистыми трассами — столь плотно, что их изображения накладывались, делая картинку неразборчивой.
Детали тут же проявились на втором экране, и я увидел, как нападавшая волна встретилась с противодействием. Оборонявшаяся сторона маневрировала, да и зона конфликта растянулась на миллионы километров. Сунь с удивлением покачала головой.
— Неужели они тоже сверхсветовые? На экране мы видим скорее последствия. Думаю, все уже кончилось.
Корабль несильно дрожал, словно испытывая толчки с множества направлений сразу. Внешний экран опять заискрился, и в этот раз я почувствовал, как через него в долю миллисекунды прошла какая?то темная энергетическая масса.
Вонгсават с явным удовольствием прокомментировала:
— Противозапуск. Снова то же самое.
Действие шло слишком быстро, чтобы его видеть. Все равно что пытаться отследить трассу лазерного импульса. На экране эта волна была окрашена в фиолетовый цвет. Встречаясь с золотистыми искрами, она генерировала множество вспышек, тут же пропадавших в чернильной пустоте. Пространство между враждующими кораблями постепенно расчищалось.
Вонгсават глубоко вздохнула.
— Прекрасное зрелище. Чертовски красиво… Я очнулся.
— Таня, я слышал слово «безопасно». Или показалось? Ты имела в виду вот это?
Я сделал жест в сторону сражения, сверкавшего у нас над головами всеми цветами радуги.
Археолог не ответила. Она неподвижно стояла, глядя на залитые кровью лицо и одежду Депре.
Вонгсават ткнула пальцем в один из дисплеев с замысловатыми траекториями.
— Ковач, расслабься. Это две кометы. Что?то такое Вордени прочитала в техноглифах. Они сталкиваются с заранее известной периодичностью, наносят удары друг другу, а затем расходятся. И так далее.
— Кометы?
Пилот развела руки в стороны.
— Оборонительные системы, автоматические и стоящие на протяженных орбитах. Это замкнутый цикл, и, судя по всему, так происходит уже тысячи лет.
— А что с Яном? — спросила Вордени. Голос ее дрожал.
— Он съехал, пока нас не было рядом. — Вдруг меня как током ударило. — Он прошел в ворота? Вы это видели?
— Да, тютелька в тютельку, — неожиданно ядовито сказала Вонгсават. — Мужики умеют пилотировать, когда захотят. Черт, это был мой корабль…
— Он был напуган, — без всякого выражения сказала археолог.
Депре взглянул на нее через кровавую маску.
— Мы все были напуганы, госпожа Вордени. Это его не извиняет.
— Дурак!
Она обвела нас полубезумными глазами.
— Вы все! Гребаные! Идиоты! Он боялся не этого. Чертова. Представления. Он боялся вот кого!
Она наставила на меня палец. И пригвоздила взглядом.
— Где Сян? — наконец спросила Сунь. В этом светопреставлении чужих технологий никто и не вспомнил про обычно молчаливого ниндзя.
— Отчасти размазан по Люку, — грубовато ответил я. — Остальное прилипло к полу у выхода в причальный порт. Спасибо ультравибраторам «Нагини». Вероятно, он напугал Яна. Не так ли, Таня?
Вордени спрятала глаза.
— А его стек?
Лицо Сутъяди не выражало ничего, но я и не нуждался в картине его внешней реакции. Волчьи импульсы пытались сделать со мной то же самое: хотелось оскалить клыки.
Упакуйте и заберите стеки с собой.
Я легко справился с рефлексами и отрицательно покрутил головой.
— Маркус, это ультравибраторы. Он получил залп в упор.
— Но Шнайдер… — Голос Вонгсават дрогнул, однако она продолжила:
— Я надеюсь…
— Забудь о Шнайдере. Он уже мертв.
— Придет его очередь…
— Забудь о нем, Амели. Он реально мертв.
Их взгляды сосредоточились на мне, как и не желающий поверить взгляд Вордени.
Он реально мертв.
Их взгляды сосредоточились на мне, как и не желающий поверить взгляд Вордени.
— Я заминировал топливо «Нагини». Поставил на детонацию с условием ускорения в планетарной гравитации. Он испарился в момент прохождения ворот. Ничего не осталось.
Над нашими головами сошлись в механическом танце две новые волны золотистых и фиолетовых стрел. Сверкая, одна стирала другую.
— Ты взорвал «Нагини»? Уничтожил мой корабль?
