— Девушка, хотелось бы заложить немного золота. А точнее продать. У меня монеты. Отец нумизмат. Собирал долго. А сейчас времена трудные наступили…
Девица скорчила недовольную мину и, смерив меня взглядом, от которого я ощутила себя нищенкой со стажем, процедила:
— Ну? Что там у вас? И имейте в виду, без пробы — только за триста.
Уже начиная тихо ненавидеть эту особу, я с выражением дебильного счастья на лице высыпала на прилавок с десяток монет и, не разжимая зубов, посоветовала:
— Может, вы сначала все же посмотрите?
Фыркнув, девица взяла один кругляш. Капнув что-то на металл, она с усердием потерла, нахмурилась, снова капнула, потерла и недоуменно уставилась на меня.
— Ну? — не выдержала я.
— Мне нужно позвонить, — сипло выдала она, одной рукой уже сжимая трубку, а второй судорожно попадая в кнопки. Со второго раза ей это удалось.
— Марь Санна! Принесли монету. Держит высшую пробу. — В трубке нервно хрюкнули. — В том-то и дело, что нет. Никакой! И вообще деньги не наши. Там на них кто-то длинноволосый изображен. Кажется, женщина. Угу… Ага… Ладно. — Выслушав инструкцию, девица перевела на меня взгляд очкастой кобры.
— Вы под залог или на продажу?
— На продажу!
Девушка повторила мой ответ, молча кивнула и положила трубку на место.
— В общем, начальство ваши монеты купить согласно по пятьсот за грамм. Сколько у вас?
Прикинув непредсказуемость этого мира, а так же возможные предстоящие расходы, я с грустью опрокинула на прилавок весь мешочек.
Девушка повеселела.
— Паспорт.
— А-а, это… вы понимаете… у меня его вчера украли. А в паспортный я еще не ходила… Но как только, так сразу к вам…
Я заискивающе улыбнулась нахмуренной девице.
— Ладно! Все равно продажа.
Следующие минут пятнадцать мы с Крендином скучали, ожидая, пока она проверит подлинность всех монет, их вес. Наконец пухлая пачка тысячных перекочевала из ее цепких пальцев в мой карман. Я кивнула не сводящему с меня глаз Крендину.
— Пойдем.
Он сделал за мной пару шагов и остановился.
— Что-то я не понял! Тайна! Ты только что сменяла настоящее эльфийское золото на бумагу?!
Черт!
Закатив глаза, я обернулась. Успокаивающе махнув появившейся в окне девице, заискивающе улыбнулась поднявшемуся с кресла охраннику, ухватила гнома за руку и многозначительно покрутила пальцем у виска.
— Толкиенутый ролевик. Думает, что он гном.
Девица, фыркнув, исчезла, а охранник, облегченно кивнув, снова уселся на место.
— Тайна, ты меня пугаешь! — продолжал разоряться Крендин. — Я и есть гном!
— Ну конечно! Конечно, ты — гном, — обменявшись с охранником многозначительными взглядами, согласилась я, утаскивая его за дверь, и, оказавшись на улице, напустилась на Крендина: — Че, совсем сдурел? Это мир — где верят во все, что можно объяснить, пусть даже белой горячкой и шизофренией. Все остальное, будь хоть тысячу раз доказано, не существует! Или тебе придется доказывать обратное в психушке. А, судя по рассказам Светки, туда лучше не попадать! Теперь запомни! Ты — человек! Зовут… мм… Кирилл. Кличка — Крендель! Безработный. Запомнил?
Крендин ошарашенно поворошил кудри, поежился и как-то жалобно попросил:
— Пошли, а?
— Зачем идти? Вон такси стоят. Доедем!
Видно было, что Крендин ничего не понял, но, уверенно кивнув, пошел за мной.
Заглянув в первую машину, я улыбнулась курившему в окно парню.
— Нам друзей забрать. Тут недалеко. А потом до площади Калинина. А точнее до Ждановки.
Парень ненадолго задумался.
— Ждать долго?
— Да нет.
— Тогда двести пятьдесят.
Я хмыкнула.
— Это в смысле за час?
— За час триста пятьдесят.
— Это что, за это время так цены выросли?
— За какое время? Как бензин после Нового года подорожал, так и выросли.
— Э-э-э, а сейчас, если я не ошибаюсь, конец февраля две тысячи восьмого года?
Парень окончательно уверился, что в пассажиры к нему набивается абсолютно чокнутая гражданка, и погрустнел. Не дожидаясь приглашения, я плюхнулась на переднее сиденье и махнула Крендину.
Не дожидаясь приглашения, я плюхнулась на переднее сиденье и махнула Крендину.
Водила смерил мрачным взглядом пытающегося протиснуться в узкий проем дверцы гнома.
— Поехали! Тормознешь, где скажу, — оборвала я его последние сомнения, похрустев новенькой тысячной. — Это тебе за посадку. Если все сделаешь, как скажу, получишь еще такую же.
В следующую секунду парень, уже не слушая меня, рвал одной рукой деньги, второй отчаянно крутил руль, выезжая с парковки. Когда через пять минут мы въехали в знакомый двор, наших спутников там не было.
Покричав на разные голоса и постучав во все подъезды, мы с Крендином в отчаянии подошли к терпеливо дожидавшемуся нас такси и упали в теплую машину.
— Что, друзей потеряли?
Пытаясь скрыть бьющую меня дрожь, я кивнула.
— Да. Они поддатые, не местные. Где их искать — не знаю! А ночью поезд. — Легенда придумывалась сама собой. Я подняла на таксиста глаза. — Помоги, а? Никаких денег не пожалею. Мне их нужно найти. Где они могут быть?
Водила задумался.
— Не местные и пьяные… Артисты, что ль?
— Ага, и одеты, как… — я задумалась, пытаясь подобрать сравнение, — как из шестнадцатого века, только без кудрявых париков.
Смерив меня задумчивым взглядом, он вдруг кивнул и завел мотор.
— Судя по описанию, — он бросил на меня короткий взгляд в зеркало, — они могут быть только в ментовке. Если мы их там не найдем, значит, нужно будет обзвонить все ближайшие трезвяки.
Он сосредоточенно завертел затянутым в мех рулем, выезжая из двора.
За час мы объехали все дежурные части, но на наш вопрос везде только разводили руками.
— Осталась одна контора, у вокзала. Она допоздна работает. Если и там нет, поедем ко мне домой и будем обзванивать вытрезвители! — утешил водитель, которого, как выяснилось, звали Игорем.
Вскоре он затормозил у углового четырехэтажного здания. Несмотря на заявленные по радио десять часов, у единственного ярко освещенного подъезда было довольно оживленно и стояло несколько припаркованных автомобилей.
— Сидите в машине. Я быстро сбегаю, узнаю, — поднялся Игорь.
— Нет уж! Я с тобой! — заявила я, пытаясь нащупать ручку дверцы.
— Ладно, пошли вместе! А друг твой пусть машину сторожит.
— Нет, я тоже с вами! — занервничал Крендин.
Выбравшись, я захлопнула дверцу и успокаивающе улыбнулась ему в окно.
— Крен! Пожалуйста, посиди здесь! Только ни на что не нажимай! И не выходи из машины. Мы скоро… — И, не дожидаясь ответа, заторопилась вслед за Игорем.
ГЛАВА 3
В светлом холле было довольно оживленно. Сновали парни в строгих костюмах, а вдоль длинного коридора стояли группки людей. Я поспешила к справочной будке. Сидевшая за толстыми стеклянными стенами девушка подняла на нас усталый взгляд.
— Чем могу помочь?
— У меня пропали друзья. Они не местные. Одеты в театральные костюмы. А у них поезд ночью!
Судя по глазам, девушка меня не поняла, не услышала и даже не заметила.
— Таких не было.
— Совсем?
— Совсем.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Я в отчаянии развернулась и вдруг увидела дальше по коридору нашу пропажу. Все мои спутники по всем правилам — руки за спину — вышли из одного кабинета и, пройдя метров десять, исчезли в другом. Я со всех ног кинулась за ними. Следом рванул Игорь.
Заглянув в кабинет, я чуть не столкнулась нос к носу с дядей в форме.
