Если верны все свидетельства и предсказания, если слова безумных пророков содержат хоть крупицу смысла, то есть возможность продвинуться куда дальше, чем могло представиться ему даже в самых смелых мечтаниях.
Спокойно, спокойно, острожил он сам себя. Не допускай посторонних мыслей. Строгая дисциплина — залог успеха. Будь последователен. Один успех вытекает из другого. Добьёмся же первого, за ним последуют и другие. Сомнений быть не может.
Собственно говоря, первые успехи уже налицо. Аглая согласилась помочь. Добровольно. А ведь заставить её он, Игнациус, не смог бы никакими силами. Таковы ограничения, налагаемые утончёнными, изощрёнными заклинаниями. Слишком много граничных условий — например, добровольность жертвы в случае целого ряда гримуаров, могущих высвободить поистине чудовищную энергию… Нет, трижды и четырежды был прав он, не допуская даже мысль о преподавании в Долине некромантии!
…А утро сегодня всё?таки прекрасное. Кто делал погоду? М?м?м… ах да, малышка Тэффи, дочка Велимудры. Надо послать письменную благодарность. Молодёжь такое ценит. Тонко выверенное сочетание тепла и лёгкого ветерка, и с запахами не переборщила, а то, случалось, выйдешь — и такое чувство, что угодил в парфюмерную лавку после того, как там побывала стая бешеных горгулий.
Впереди, из?за пышного розария, окаймлённого невысокой баллюстрадой белого сияющего камня, появилась ещё одна фигура. Тоже дородная, благообразная, с седой бородой до середины груди и вычурным полированным посохом драгоценного мраморного дерева. Малиновое одеяние до пят, шитое золотыми звездами, высокий старомодный колпак — такие носили лет пятьсот, если не шестьсот назад…
Впрочем, достопочтенный Динтра, лучший, наверное, целитель Долины, всегда отличался и основательностью, и старомодностью.
Старики церемонно раскланялись.
— Весьма приятно видеть вас на прогулке, досточтимый, — приветливо начал Игнациус. — Рад, что не меня одного приятно волнуют красоты нашей Долины в сии утренние часы, когда ещё нет места дневным тревогам и заботам.
— И я рад видеть вас, мессир, в добром здравии, — басом отозвался Динтра (он всегда соблюдал церемониал по полной программе и именовал Игнациуса не иначе, как «мессиром». Архимаг давно бросил попытки отучить пожилого солидного целителя от этой привычки).
Архимаг давно бросил попытки отучить пожилого солидного целителя от этой привычки). — Да, вы правы. Днём слишком много забот, слишком много хлопот. Давно бы ушёл на покой — да разве оставишь без присмотра этих несмышлёнышей!
— Да, да, конечно, — поспешил согласиться Игнациус. Хотя этим «несмышлёнышам», о которых говорил Динтра, от роду уже минуло не меньше трёх сотен лет. — Глаз да глаз нужен за этими молодыми магами и магичками! Неровен час, такое выкинут, что хоть из дома беги. В пустыню, в глушь, в изгнание. В отшельники. Заняться, наконец, отвлечённой, теоретической магией. В глубину окунуться, к потаённым источникам… А тут всё хлопоты какие?то, все суетишься, мельтешишь, бегаешь, словно молоденький. То ли дело раньше — разве не уважали мы наших старейших, наших Учителей? Разве не покоили их старость, разве не старались не тревожить по пустякам?
— О мессир, как вы правы! — церемонно воздел руки Динтра. — Как сейчас помню…
И старики погрузились в умилительную беседу о прежних временах, когда и небо над Долиной было много голубее («ну ничего не умеет нынешняя молодёжь; учишь её, учишь, а они даже небо как следует поддержать не могут»), и трава зеленее («исключительно точно замечено, мессир, и как только эта Вилиорина сдала зачёт по гербарике?»), и вообще всё было гораздо лучше — монстры монстричнее, приключения приключенистее, а одна золотая монетка доставляла куда больше радости, чем сейчас целый сундук, доверху набитый сокровищами.
— Какие у вас планы на сегодня, почтеннейший Динтра? — осведомился наконец Архимаг, когда все положенные светской беседе темы оказались исчерпаны.
— Зайти к бедняжке Аглае, — вздохнул старый целитель. — На девочку валится одно горе за другим. И Кэрли исчез, и Клара где?то сгинула… Аглая очень переживает. Я давным?давно пользую эту семью — и отца Кэра, и его мать, и Аглаю. Надо зайти, подбодрить. Узнать, не могу ли чем?то помочь. Может, разузнать через кого?то из моих пациентов в других мирах…
Ингациус насторожился. С чего это старый лис Динтра заговорил о семье Аглаи Стевенхорст? Совпадение? Мессир Архимаг не верил в совпадения. Вернее, даже так: он знал, что совпадений не существует. Всё обусловлено глубокими причинами и, в свою очередь, имеет далеко идущие следствия. Умение разобраться в паутине причинно?следственных связей даже самого незначительного, на первый взгляд, события и делает обычного чародея Архимагом. А вовсе не умение ловко швыряться огнеша?рами, словно дети — снежками.
— Да, Але сейчас нелегко, — осторожно и взвешивая каждое слово, проговорил Игнациус. — Я сам собирался к ней зайти, вы правы, досточтимый, подбодрить её сейчас просто необходимо…
— Да и Клара, похоже, вляпалась в какую?то скверную историю, — все тем же озабоченным, но внешне очень искренним тоном продолжал Динтра. — Без царя в голове девчонка. Вечно лезет в самое пекло. Как сейчас помню, пришлось её всю залатывать и заштопывать, после того, как она отыскала местное Инферно в одном из миров и очертя голову полезла в огненные бездны. Ей, видите ли, приспичило спасти мучимых там невинных созданий!
— Даже так? — искренне удивился Игнациус. Ему даже не пришлось играть — об этом походе Клары он ничего не знал. — Когда ж это было?
— Почти сразу после того, как погиб её… гм… друг, кажется, теперь это так принято называть среди молодых. Ну, помните, мессир, — молодой сорвиголова Аветус? Аветус Стайн, сгинувший во время похода, как он говорил, «ко Дну Миров»?
— Беднягу Аветуса, конечно же, помню, — медленно произнёс Игнациус, буравя Динтру взглядом и пытаясь понять, что же на уме у хитрого старика.
— Верно, Клара тогда была несколько не в себе.
— Верно, Клара тогда была несколько не в себе. Искала смерти, мессир, это несомненно… классический случай. Боюсь, что и сейчас с ней могло случиться нечто подобное. Память такая коварная вещь, мессир, бывает, так обожжёт воспоминаниями даже и много лет спустя, что хоть сам на меч свой бросайся. В таком состоянии всё что угодно учинить можно. Я бы, если честно, уже подумал бы о спасательной экспедиции. Ребята из Гильдии боевых магов застоялись, мессир, им нужно действие. А тут такой замечательный повод. Если честно, я бы и сам тряхнул стариной и с ними отправился. Кларе и Кэру может потребоваться помощь — вы понимаете, мессир, что я имею в виду, настоящая квалифицированная помощь, причём врачевать возможно придётся и душу, не только тело.
Мессир Архимаг достаточно долго знал целителя Динтру. И знал, что слова тот на ветер не бросает. Динтра говорил мало (не считая, разумеется, ни к чему не обязывающей светской болтовни), но если уж говорил — слова его настоятельно рекомендовалось принимать всерьёз.
— Не могу поверить, старый друг, — Игнациус даже остановился. — Вы собираетесь сами возглавить поиски? Но это может оказаться смертельно опасно…
