— То есть Радуга способна остановить… это вторжение?
Сежес поколебалась, прежде чем ответить.
— Нет… мой Император. Мои… бывшие коллеги ошибаются, считая, что смогут повернуть вспять этот прилив. Они поняли несколько… заклятий, скажем так, инструментов, которыми преобразуется Мельин, — и решили, что победа у них в кармане и осталось только дождаться, когда эта новая беда заставит всех и каждого отшатнуться от Императора, тогда?то они вступят в игру. Другого объяснения их нынешнему бездействию я не нахожу.
— А почему же ты решила прийти сюда с этим? — в упор спросил Император.
— Я… пришла не сразу. Я уговаривала, убеждала, спорила… кое?кого даже приложила по?простецки, кой?чем тяжёлым по затылку, но это не помогло. Тех, кто согласен со мной, — меньшинство. Нас и сотни не наберётся.
— Если Радуга, даже поняв что?то в происходящем, не способна остановить вторжение, что можем мы? — настойчиво спросил Император.
— Две вещи, — ответила Сежес — Уничтожить то, над чем властны простые мечи. И уничтожить то, над чем мечи не властны.
— Избавь меня сегодня от вычурных фигур речи, Сежес. Буду тебе весьма признателен.
— Прошу прощения у моего Императора. — Чародейка покорно склонила растрёпанную голову. — Позвольте мне начать с самого начала. В том волшебстве, что творится вокруг Разлома, мы смогли уловить две составляющие.
В том волшебстве, что творится вокруг Разлома, мы смогли уловить две составляющие. Для успеха их дела требуется, чтобы обе они, так сказать, воплотились в жизнь. Первая — надо сказать, мы ожидали чего?то подобного — это магия крови. То есть требуются человеческие жертвоприношения. Ну и не только человеческие, само собой. То есть рождённые Разломом твари убивают всех не просто так. Это необходимо… для исполнения ими задуманного.
— Ими — это кем? — взглядом спросив разрешения у Императора, поинтересовался Клавдий.
Сежес пожала плечами:
— Этого мы не знаем. Но… вторая составляющая требует обширного применения магии, магии преобразования, магии, свойственной нашему миру. И эту магию можно остановить.
— Как?! — разом вырвалось у всех.
Сежес усмехнулась — мрачно, но не без оттенка торжества.
— Змея кусает свой собственный хвост. Вспомните мятеж в Мельине, пожар в Чёрном Городе… м?м?м… захват башен Радуги. Тогда против нас выступила Серая Лига. И применила… нечто, к чему мы оказались не готовы. Патриархи Серой Лиги, как я понимаю, берегли это для особого случая. Один Спаситель ведает, как повернулось бы всё в Мельине, удайся мятеж по?настоящему… не думаю, чтобы мой Император так же безраздельно правил, как сейчас, выбей мы тагаты Серых, — не удержалась она от шпильки.
Император пожал плечами, ничего не ответив.
— Так вот, Лига нашла средство, которое нейтрализует магию. Очень простое средство, которое невесть как прошло мимо нас, чародеев Радуги. Возможно, мы с годами стали несколько самоуверенны…
— Редкий случай, волшебница признаёт ошибки! — хмыкнул Клавдий.
Сежес не удостоила его ответом.
— Как же такое могло пройти мимо Орденов? — сдержанно осведомился Император, про себя послав запоздалое проклятие давно и безвестно сгинувшему патриарху Хеону: нашёл?таки способ бороться с магами, нашёл — и унёс с собой в могилу. Видать, много большее задумывал тогда покойный патриарх Серых…
Волшебница с поистине королевским достоинством пожала плечами.
— Сейчас это уже неважно. Мои… бывшие коллеги, несмотря на все войны, бедствия, нашествия козлоногих тварей на Мельин, уже постфактум уделили этому предмету… некоторое внимание. И оказалось — ларчик открывается просто, очень просто. Травяной сбор, вы можете в такое поверить? Травы засушивались, получившееся… сено поджигалось, — Сежес не сдержала гримасы омерзения, — и пожалуйста! Могущественные волшебники, едва вдохнув дыма, становились беспомощнее детей.
— Как же Радуга выпускает из рук такое сокровище? — поднял бровь Император. Если у Сежес на самом деле подобный козырь на руках, ей совершенно нечего было разыгрывать тут комедию. Да, тогда Семицветье можно понять. Пусть у Разлома полягут все легионеры, потом чародеи с мятежными баронами выступят спасителями не только страны, но и всего рода человеческого. А вместо того чтобы смотреть, как когорты умываются кровью, Сежес, некогда лютейший враг, сама явилась к нему, предлагая лишить своих же магов наивернейшей победы. Здесь что?то не так. Или средство это не столь верно, или… у сидящей чародейки есть какой?то собственный план.
— Радуга и не выпускает, — с достоинством ответила волшебница. — Случилось так, что именно покорная слуга Вашего императорского величества оказалась во главе работ, направленных на выяснение причин мельинской бо… трагедии, — поспешно поправилась она. — И… приняла необходимые меры. Кое?какие запасы у нас имеются, но, разумеется, недостаточно, чтобы обкуривать весь Разлом.
— Лето уже рядом. Всё зацвело, — сухо заметил Император.
— Да, но сколько нужно такого сбора! — всплеснула руками Сежес.
— Предлагаешь отправить легионы на покос?
— В том числе и их. — Сежес нагнулась вперёд, глаза лихорадочно блестели. — Но я надеюсь, этого не понадобится. Сбором займутся мои помощники. Те немногие молодые маги Радуги, что поняли… — Она снова запнулась. — Что поняли, куда ведёт баронский мятеж. И самоуверенность примкнувших к нему чародеев.
— И нам предлагается…
— Сдерживать тварей Разлома, — перебила Императора чародейка, допустив совершенно невозможную по дворцовому этикету бестактность. — Не дать им добраться до живой крови.
— А погибшие при этом легионеры? Не живая кровь?
— Нет, — покачала головой Сежес. — Даже эти бестии вынуждены подчиняться известным правилам. Магия крови — наше самое близкое подобие. И ещё — мой Император явил бы поистине великую милость, всеблагороднейше пожаловав мне возможность узнать, о чём рассказывал здесь этот достойный легат, только что прибывший от самого Разлома, как я понимаю?
Командиры легионов и Клавдий выразительно смотрели на Императора. Волшебница вела себя… мало сказать, что нагло. Словно это Радуга одержала победу в изнурительной войне. Время от времени чародейка, словно спохватываясь, вспоминала о верноподданнической лексике, но все видели, что это лишь пустые словеса. Сежес ничего не забыла — однако многому научилась.
«И стала особенно опасной, — подумал Император. — Но… до времени — пусть».
Он кивнул Клавдию.
…Сежес только мрачно покивала, услыхав о пирамидах.
— Вот только никто из чудовищ не пытался захватить легионеров в плен, — заметил проконсул. — Что?то не вижу тут никакой «магии крови»…
— Гм… — Сежес подняла брови. — Этому можно найти множество объяснений. Ну, например, что сейчас они ещё не готовы к ритуалам. Может, им нужны полностью отстроенные пирамиды — так, навскидку.
— Так, а что с той травой? — нетерпеливо перебил Император.
— Не травой, мой повелитель, — это сбор, там множество…
— Неважно! Что вы, в конце концов, собрались с ним делать?
Сежес облизнула губы.
— Мой повелитель со свойственной ему прозорливостью указал, что искомого сбора не хватит на весь Разлом. И не хватит никаких легионов наступать на него сплошным фронтом. Но тварям из него нужна свежая кровь. Они пойдут туда, где смогут найти живых. На западе поселения редки, до владений Вольных — очень и очень далеко, а гномов на задуманное ими, конечно же, не хватит. Остаётся только одно — наступать на восток, в глубь Империи. И мы должны это использовать! — Сежес воинственно размахнулась сжатым кулачком, в глазах по?прежнему полыхало полубезумное пламя.
