— Так, так, — ласково подбодрил её Игнациус. — Уже лучше. Был сердечный друг. Кто же, не напомнишь?
— Аветус Стайн, — опуская голову и вновь краснея, прошептала Аглая. Архимаг Игнациус изумлённо вскинул кустистые брови.
— Надо же! Ну кто бы мог подумать! Аветус! Но… он же давно пропал, не так ли? Погиб, если мне не изменяет память, чуть ли не вместе с Витаром Лаэдой во время Восстания Безумных Богов?
— Никак нет, мэтр, — заспешила Аглая. — Восстание Безумных Богов — это только Витар. Аветус предпринял поход, как он говорил, «ко Дну Миров», не знаю, что это значит, мэтр, ведь всем известно, что в Упорядоченном нет ни верха, ни низа и, следовательно, не может быть никакого «дна». Из этого похода он не вернулся.
— Дно Миров… хм, хм… давненько не слыхал я этих слов… — негромко пробормотал Игнациус. Архимаг казался сейчас полностью погружённым в размышления. — Дно Миров… вот ведь как! Что ж, неудивительно, что он оттуда не вернулся. А ты не помнишь, Аглая, с чего это вдруг вполне благополучный член Гильдии боевых магов с именем, положением и репутацией решил заняться свободным мореплаванием?
Свободным мореплаванием в Долине назывались путешествия по Межреальности, в которые порой отправлялись молодые чародеи — как говорится, Упорядоченное посмотреть и себя показать.
Порой искатели приключений забирались довольно далеко; известны были случаи, когда их приходилось вытаскивать из всякого рода заварух специальными спасательными командами.
Аглая помедлила. В словах Игнациуса ей чудился какой?то подвох. Неужели мессир Архимаг настолько не помнит одного из лучших боевых магов, какого только знала Долина?
— Мэтр, нет… то есть да… — с перепугу она путалась в словах. — Мэтр, он ведь всегда рвался куда?то туда… ну… за горизонт, как он говорил. Вечно ему было в Долине тесно и скучно. Последние года два своей жизни он тут и не появлялся почти. Клара его где?то по пути перехватывала.
— Ага, ага, — закивал Игнациус. — Значит, авантюрист, сорви?голова, которому на месте не сидится. Но, насколько я знаю, он не пропал без вести? Были доставлены неоспоримые доказательства его гибели, я правильно помню?
— Могу только позавидовать вашей памяти, мэтр, — поклонилась Аглая.
— Брось, Аля, деточка, лесть тебе не идёт, — отмахнулся Игнациус. — Кто доставил доказательства?
— Ричард д'Ассини, мэтр. И его команда страж?орков.
— Верно?верно, припоминаю… Они нашли…
— Нашли гробницу Аветуса. Местные дикари поклонялись его мощам, считая их чудотворными.
— Ничего удивительного, — проворчал Игнациус, — остаточное действие магического дара… Д'Ассини выяснил, как погиб Аветус?
— Нет, мэтр. И Клара тоже ничего не узнала. Перепуганные дикари только и твердили о великой битве небесных воинов. Ещё они там вроде как видели каких?то тварей навроде драконов, но подтверждения этому так и не нашли.
— Верно?верно… И, если я не ошибаюсь, тело Аветуса распалось пеплом при попытке доставить его в Долину?
— Совершенно верно, мэтр. Дик вернулся только с некоторыми вещами, принадлежавшими Аветусу.
— И, конечно, никаких дневников? Аветус, я припоминаю, имел обыкновение вести подробные записи во время своих странствий. Кое?какие из них читались просто как романы. У него было бойкое перо.
— Да, Аветус писал замечательно, — Аглая не удержалась, всхлипнула. — Нет, мэтр, никаких записей не нашлось. А потом и сам Ричард погиб… при очень странных обстоятельствах.
— «Потом» — это лет через тридцать, верно? Война Ангелов?
— Да, мэтр. Война Ангелов, спятивший мир, решивший, что настал последний день Вселенной и попытавшийся…
— Я помню, — суховато остановил Аглаю старый чародей. — Наглядный пример, к чему приводит слепая вера в Спасителя.
Аглая немедленно вспыхнула.
— Разве ж это истинная вера, мэтр! Богомерзкие ересиархи извратили подлинное вероучение! Выплеснули на страницы священных книг свою злобу и желчь! Подделали, исказили, подмешали гнусной лжи! Спаситель — это Любовь, а они собирались окунуть в огненную купель все близлежащие миры!
— Оставим это, Аля, прошу тебя, — Архимаг досадливо поднял коричневатую кисть. Длинные узловатые пальцы казались древесными сучками. — Сейчас не время и не место спорить о вере. Ты знаешь — я более, чем веротерпим. В Долине есть храм твоего Спасителя, я не препятствую поклоняться ему ни полноправным магам, ни даже последним арендаторам. Но затевать здесь священные войны я никому не позволю. Даже такой милой и замечательной особе, как Аглая Стевенхорст. Я понятно выражаюсь?
— Да, милорд, да, да, конечно, — засмущалась Аглая.
— Вот и хорошо. Значит, Аветус погиб при невыясненных обстоятельствах. Могла ли Клара попытаться оживить его, вернуть из смертных пределов?
Аглая обмерла. Даже посерела от ужаса.
— Но, мэтр… это же высшая некромантия… это глобальное нарушение законов бытия… Вы же сами всегда, когда учили нас… каждый год… никак невозможно… никогда… ни за что…
— Не тараторь, деточка.
Я понятно выражаюсь?
— Да, милорд, да, да, конечно, — засмущалась Аглая.
— Вот и хорошо. Значит, Аветус погиб при невыясненных обстоятельствах. Могла ли Клара попытаться оживить его, вернуть из смертных пределов?
Аглая обмерла. Даже посерела от ужаса.
— Но, мэтр… это же высшая некромантия… это глобальное нарушение законов бытия… Вы же сами всегда, когда учили нас… каждый год… никак невозможно… никогда… ни за что…
— Не тараторь, деточка. Я прекрасно помню, чему и как учил вас. Некромантия — табу в нашей Долине, так было и так будет вовеки. Но что если Клара решила обойти запрет?
— Мэтр… — застонала несчастная Аглая. — Это же невозможно… мёртвые не возвращаются…
— Милочка, — сухо сказал Архимаг. — Если бы это было по?настоящему невозможно, я не имел бы никакой нужды талдычить об этом год за годом, век за веком.
Аглая в ужасе уставилась на Игнациуса округлившимися глазами.
— Ответь мне только на один вопрос, — медленно и отчётливо проговорил он, — могла ли Клара заключить сделку с Падшими Богами, пообещай они ей оживить Аветуса? Могла ли она?
Аглая судорожно замотала головой, однако под строгим совиным взглядом Архимага движения её становились всё менее и менее уверенными.
— Значит, могла? — полуутвердительно заметил Игнациус.
— Н?нет… не знаю, — лепетала Аглая.
— А я считаю, что могла, — негромко, но с нажимом произнёс Архимаг, и Аглая поспешно кивнула. Всё, что угодно — лишь бы избавиться от взыскующего взора этих немигающих, круглых и впрямь как у совы глаз.
— Вот и славно, милочка, — удовлетворённо заметил чародей. — Я считаю, что мотив у Клары был. Самый что ни на есть настоящий. Конечно, в деле могут найтись смягчающие обстоятельства, но это не главное. Мы должны остановить её безумный замысел. Её и… Падших Богов. Они не должны вернуться к власти. Ибо первое, что они сделают, — это сотрут с лица земли… точнее, Межреальности — нас, Долину магов. А потом возьмутся за все так называемые мятежные миры. Представь себе, сколько тогда прольётся крови, Аглая. Не реки, не моря и не океаны. Боюсь, от такого количества выйдет из берегов даже Великая Река времени и хранящие её Драконы захлебнутся в багровых волнах. Клару надо остановить, Аля, остановить, пока она действительно не натворила непоправимого.
