Труп конвульсивно дёрнулся и, пошатнувшись, шагнул вперёд, сжимая в руках обломок копья. Остальные пикинёры дрогнули, невольно попятились, однако один из них, похрабрее остальных, с отчаянным гаканьем всадил остриё в грудь недавнего товарища. Мертвец пошатнулся, однако не остановился. Одним ударом переломил вонзившееся в его плоть древко, вырвал его из рук живого и широко размахнулся обломком. «Обидчик» отлетел в сторону с пробитым шлемом и наполовину размозжённой головой. Нечувствительный к боли, уже один раз убитый труп успел сразить пятерых, прежде чем его в буквальном смысле изрубили в капусту и сбросили с жертвенника.
Но своё дело он сделал. Некромант Бельт успел «оживить» и послать навстречу преследователям ещё двоих зомби — из числа тех, кого срубили Тави или Ниакрис и чьи тела не сорвались вниз.
Лицо старого некроманта превратилось в жуткую кровавую маску, но его неупокоенные знали своё дело. Их век был недолог. Даже если не успевали постараться копья и косы недавних соратников — ходячие трупы сами падали, распадаясь отвратительной грудой гниющих останков. Но до этого момента они успевали собрать немалую дань с пытавшихся нападать копейщиков.
Ниакрис и Тави расчистили почти весь мост. За ними следовала Райна с бесчувственной Кларой на плече. Замыкал шествие старый некромант; Бельт с трудом держался на ногах, но теперь спины отчаянной пятёрки прикрывало полдюжины зомби — остальные тела просто сорвались вниз.
…Отряд вырвался из гибельной ловушки, Ниакрис в полной темноте повела их к выходу из лабиринта. Клара Хюммель пришла в себя, когда они оказались уже глубоко в лабиринтах Великой Пирамиды.
— С?стойте… — простонала чародейка, сползая с плеча валькирии. — Стойте… нам… нельзя… уходить.
— Почему?! — разом вырвалось у Тави и Ниакрис.
— Почему?! — разом вырвалось у Тави и Ниакрис.
— Нельзя… оставлять… это… чудовище. — Голос Клары креп с каждой секундой. — Когда я расскажу, что видела в Кристалле… вы… согласитесь. Мы не можем уйти, пока стоит Великая Пирамида!
Глава пятая
САЛЛАДОР
— Это здесь, папа, — девочка широко повела рукой.
Фесс и Рысь стояли на невысоком, но остром скальном гребне. Нагая красноватая скала поднималась над последними волнами песчаных дюн, с разбега ударявшимися о негустой барьер полузасохшего пустынного кустарника. Дальше на восток начиналась та самая «зелёная полоса», где сбегавшие с гор Восточной стены потоки давали жизнь траве и деревьям, отчаянно вцепившимся корнями в неплодородную почву. Напор суховеев из пустыни не ослабевал никогда — и всё?таки мёртвое песчаное море нехотя отступало здесь перед невысокими, пустившими глубокие корни деревцами.
И когда?то здесь стоял город. Его обитатели заботливо собирали воды срывавшихся с гор потоков, большое круглое озеро служило резервуаром. До сих пор сохранились каменные набережные из плотно подогнанных друг к другу красноватых глыб. Вокруг несколькими кольцами расходились улицы; можно было рассмотреть основания глинобитных стен, столбов, некогда подпиравших крыши, и тому подобное. Очевидно, обитатели погибшего (или просто покинутого) города занимались горнодобычей — даже отсюда были видны заброшенные карьеры, каменоломни, кое?где на отвесном склоне Восточной стены ещё можно было заметить входы в шахты с почти полностью развалившимися деревянными воротами и лебёдками. Уцелели и проложенные к скалам дороги — но больше ничего. Озеро давно высохло, ручьи нашли себе новые русла.
Но сейчас Фесса интересовали отнюдь не развалины чего?то наподобие дворца в самом сердце города или храма — на противоположном берегу круглого озера. Он искал городской погост. Люди жили здесь долгие столетия, в тени Восточной стены сменилось множество поколений. Здесь некромант мог рассчитывать на богатую поживу. Тем более что здешние обитатели никогда не знали кремации, предпочитая хоронить мертвых в сухом песке, где тела, не подверженные гниению, могли сохраняться чуть ли не веками.
— Во?он там, папа, — вновь пришла на помощь Рыся. Она?то и нашла этот город, в образе дракона облетая округу.
Но Фесс уже и сам увидел погост — небольшой, куда меньше, чем он рассчитывал. На три четверти занесён песками, надгробия повалены, от небольшого храма при входе остался один фундамент. Но это было кладбище, а в положении Фесса выбирать не приходилось.
Он не сомневался, что его послание к поури уже прочли и в Аркине, и в Ордосе. Отец Этлау не может не понимать, что тут происходит. И двое врагов, скорее всего, вновь сойдутся именно здесь, в жаркой салладорской пустыне. Но основная гвардия Святой Церкви, инквизиторы, понесли изрядные потери ещё во время первой встречи
— недаром к Чёрной башне их добралось лишь несколько десятков. Правда, если отцы?экзекуторы пустят в дело свой последний резерв — воинов замка Бреннер, с четвёркой которых он, Фесс, едва справился в Вечном лесу, — ему несдобровать. Поэтому действовать надо быстро, не дожидаясь, пока воинственные карлики услышат его призыв.
— Идём, Рыся.
Солнце садилось, беспощадный жар утихал. Фесс торопился — ночь коротка, а сделать предстояло многое. Некромант начинал вести войну по всем правилам.
…Они с Рысей трудились до самой темноты и много после заката, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами.
— Пап, эту линию левее надо. Ага, ага, вот так… хорошо!..
Сперва потребовалось раскопать как можно больше надгробий. Потом Фесс и Рысь при свете луны начали очерчивать погост, заключая его в одну огромную магическую фигуру.
Не мудрствуя лукаво, Фесс раз за разом прибегал к магии начертаний, несмотря на всю сложность и капризность гигантских многолучевых построений. И, конечно же, это заклятье будет засечено. Его, как и послание к поури, почувствуют и маги и инквизиторы. Карательная экспедиция не заставит себя ждать.
Рысь не задавала вопросов, не спрашивала «а зачем?». Гордая драконица не слишком одобряла план Фесса, однако и она соглашалась — иного выхода просто нет.
…Действовать они начали, когда ночь вступила в полную силу. Сбор потребных ингредиентов для воплощения такого заклятия занял бы целый год, и потому Фесс, не колеблясь, проколол остриём кинжала палец, аккуратно капнув собственной кровью в вершину каждого из лучей магической звезды. Последнюю каплю он уронил в самый центр вычерченной фигуры, с астрономической точностью определённый Рысей.
Оставалось только привести в действие само заклинание, и тут Фесс отчего?то заколебался. Кровь волшебника всегда считалась могущественным компонентом, но сейчас у Кэра не было уверенности — словно его магическая конструкция возведена была на песке не только в прямом, но и в переносном смысле.
— Папа? — Рыся тревожно заглянула ему в глаза. — Пап, звёзды сместятся. С таким трудом выстраивали…
Она была совершенно права. Звезда ориентирована по небесным светилам, каждая минута промедления означает утраченную Силу. Фесс глубоко вздохнул, перед мысленным взором вновь и вновь представала вся конструкция его заклинания, конструкция, полностью соответствующая самым чёрным канонам некромантии. Вполне достойно Разрушителя, вполне. Оставалось только отдать приказ, произнести беззвучное слово — и пески пустыни оживут, могилы вернут своих мертвецов.
