— Хотел, обманно приняв силу Разрушителя, заставив Сущность раскрыться мне, нанести удар. Ты был прав, Сфайрат.
— В прошлый раз ты так и не сказал мне, чем же именно ты собираешься нанести этот удар, — припомнил дракон. — А сейчас я ощущаю в тебе пустоту и неуверенность. Раньше их не было. Что случилось?
Фесс и Рыся переглянулись.
— У меня было оружие против Западной Тьмы, — медленно сказал Фесс. — Оружие, вынесенное мной из другого мира. Оружие, за которым жадно охотятся такие силы, что… — Он махнул рукой. — Мощь этого оружия трудно представить даже тебе, мудрый Сфайрат.
— Почему же тогда ты допустил, что Салладорец воскрес?! — вскипел дракон.
— Потому что это оружие можно использовать только один раз. Я открыт перед тобой, Сфайрат. — Мало?помалу Фесс забывал добавлять «досточтимый» или «многомудрый», вспоминая, как запросто он говорил с драконом, когда они вместе склонялись над раненой Рысью?Аэсоннэ. — Ты знаешь, что мы сделали всё возможное. Однако потерпели неудачу.
— С этого и следовало начинать… — бросил Сфайрат.
— Прости. Тут ничего не сделаешь. Салладорец — достойный соперник.
— Я подтолкнул тебя к мысли о нём именно потому, что ещё надеялся: старый порядок вещей удастся сохранить, — после краткого молчания отозвался дракон.
— Салладорец — новый Разрушитель? Истинный Разрушитель? — вновь не утерпела Рыся, но на сей раз Сфайрат не стал упоминать об этикете. — А и папа, и Этлау — только для отвода глаз, верно?
— Не думаю, Аэсоннэ, — покачал головой Сфайрат. — Всё ещё сложнее, чем кажется даже мне. Салладорец — нечто совершенно новое. Он не станет предсказанным Разрушителем. Он станет совершенно иным, то есть тем самым, о чём ты говорил мне, Кэр. Разрушитель должен был, помимо всего прочего, обратить во прах сам этот мир, смести власти и троны — Салладорца же волнует только Аркин, после чего, как ему представляется, всё пойдёт само собой.
— Признаться, я зашёл в тупик — почему он тогда отправил против Аркина только птенцов? Почему не озаботился сам, если это настолько важно?
— Значит, он хотел уверить тебя, что это неважно на самом?то деле, — заметил дракон. — Он мог рассуждать именно так, как ты. Раз против Аркина отправлены какие?то там мальчишки и девчонки, это не может иметь никакого значения, а сам Салладорец просто отводит нам глаза.
— То есть на самом деле Аркин имеет значение?
Дракон покачал головой. Пышный плюмаж нелепо качнулся туда?сюда.
— А вот этого никто не знает, даже мы, Хранители. Храм Океанов, быть может, ответил бы тебе, но не я. В тайны Инквизиции проникнуть непросто. Но мы отвлеклись. Что же с тем оружием, которым ты рассчитывал поразить Сущность? Что с ним стало, раз теперь ты вспоминаешь о моём мече?
— Его похитили, — с трудом выдавил Фесс.
Дракон молча склонил голову набок, словно желая сказать: «Да как же так?то?!»
— Похитила некая Клара Хюммель… — Фесс ожидал, что сейчас придётся долго и нудно рассказывать, кто это такая, однако ничего этого не потребовалось.
— Я знаю её, — коротко отмолвил Сфайрат. — Мы виделись. Она… была здесь. Я, признаюсь, тогда сыграл не совсем… э?э?э… красиво. — Уточнять, в чём именно, ему явно не хотелось. — Она шла по твоим следам, Кэр, и, как я понимаю, по следам твоего оружия. Ну что ж… настырность в конце концов вознаграждена. — Дракон печально хмыкнул. — Можно только догадываться, что она с ними сделает… И о Мечах, Алмазном и Деревянном, я тоже знаю, Кэр. Прочёл о них в памяти Клары. Жаль… я использовал самое сильное средство, чтобы остановить её, не убивая.
— А почему, кстати? Если она так важна, почему же не убил? — в упор спросил Фесс.
— Не смог, — виновато развёл руками дракон. — Ведь я… как бы это сказать…
— Ты любил её, — вдруг произнесла Рыся. — Мама сказала мне так из моей крови.
По лицу Сфайрата прошла судорога.
— Кейден, — вымученно улыбнулся он, — всегда знала слишком много. Потому что любила совать свой нос…
— И мама тоже любила тебя, — спокойно докончила драконица Аэсоннэ. — Ты мог бы стать… моим…
— Погодите! Ничего не понимаю! — Фесс в отчаянии схватился за голову. — Кто кого любил?! Как дракон Сфайрат, не покидавший пределов Эвиала, мог любить Клару Хюммель, душевную подружку моей дражайшей тётушки Аглаи?!
Дракон тяжело вздохнул.
— Наступает время признаний, не так ли, Кэр?.. А ты удивишься, если я скажу, что бывал в вашей Долине? В другом обличье, под другим именем… А? Удивишься?
— Удивлюсь, — едва вымолвил некромант. — Как такое возможно? Эвиал — закрытый мир! Драконы никогда не покидали его!
— Иногда, — блёкло улыбнулся Сфайрат. — Иногда, при особом расположении звёзд и когда ещё был жив старший Хранитель того Кристалла, который они должны были унаследовать. И… если у них было на это желание. Потому что повидать Упорядоченное — а потом возвращаться и нести долгую, почти что вечную службу… не все хотели знать, что теряют. Далеко не все. Да и родители… — Он махнул рукой. — Одним словом, молодой дракон Сфайрат в один прекрасный день покинул родной Эвиал, оставил Пик Судеб, где пока ещё восседал на Кристалле Магии почтенный отец Сфайрата, — и отправился в странствие. Он прослышал о Долине — и ему захотелось испробовать иной жизни. Он воспользовался обликом и памятью погибшего чародея по имени Аветус Стайн. Это оказалось нетрудно, я случайно стал свидетелем его конца.
Вобрал в себя его воспоминания. Похоронил… достойно. Правда, пришлось сделать так, чтобы тело не перенесло бы… э?э?э… эксгумации. В противном случае любой маг заметил бы следы моего, гм, вмешательства. Два года я любил Клару. Правда, в самой Долине почти не появлялся, когда понял, насколько могущественные чародеи её населяют. Архимаг Игнациус Коппер, в частности. Ему я на глаза не попадался.
Поражённый Фесс не знал, что сказать.
— А если бы ты не вернулся? Остался бы в Долине? Или просто отправился в любой другой мир?
— Тогда меня ждала бы очень печальная судьба, — холодно заметил дракон. — Такая, что всего мужества и стойкости моей расы не хватило бы, чтобы её принять или хотя бы достойно погибнуть. Те, кто ставил нас на стражу, знали своё дело.
— Кто же вас поставил?
— Об этом я не могу говорить, — отрезал Сфайрат.
— Мне интересно, как же вы вообще выживали — ведь Кристаллов всего девять… э?э?э, было девять, и насчитывалось девять хранителей. Вы все должны были стать кровными родственниками и…
— На нас не распространяются многие законы, коим подчинены смертные, — с горькой гордостью заметил дракон. — У нас не было постоянных семейных пар. Дракон и драконица встречались, зачинали дитя. Если рождался дракон, он переходил к отцу. Если драконица, то к матери. Инцесты, столь страшные с вашей точки зрения, — для нас совершенно обычное дело.
— Невероятно, — выдохнул Фесс. — Сфайрат, но почему же ты с самого начала…
— Так было нужно, — ледяным голосом отрезал дракон.
Помолчали.
— Полагаю, с признаниями и объяснениями закончено? — сухо поинтересовался Сфайрат. — Перейдём к более насущному?
— П?перейдём, — еле вымолвил некромант.
— Ты наверняка потерял след похитительницы Мечей, не так ли?
Фесс кивнул.
— Она вступила на тайные пути. Открыла портал и…
Дракон сумрачно кивнул, качнув плюмажем.
