Перекресток

— Ну, и что ты опять надумал?
— Да все то же… — Клим неожиданно поймал себя на мысли, что он впервые не может полноценно расслабиться в Месте Покоя. — Гел, ты что, действительно искренне веришь в магическую силу слова, сказанного в стенах официального учреждения? А что мешает любящим людям сказать то же самое «ДА», не пересекая порог ЗАГСа или церкви?
— Ой, как с тобой сегодня занятно, хоть и немного нудновато, разговаривать! — Ангел был явно доволен. — Видишь ли, Клим, тебе наверняка хорошо известно, что гражданский брак, который ты сейчас пытаешься защитить, это сознательное нежелание отвечать за свои поступки и слова, а также — страх брать друг за друга ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
— О каком страхе ты говоришь? По-твоему, ответственность может быть только узаконенной?
— Я говорю все о том же страхе супругов повторить негативную программу брака своих родителей. Опираясь на сложившийся стереотип, человек на подсознательном уровне боится пережить все те психотравмы, которые он испытал в детстве. Вот такой сильный психологический блок как раз и мешает переступить черту официальной регистрации с произнесением ключевого «магического» слова «ДА». Кроме того, 99 % незарегистрированных пар называют свои отношения «гражданским браком», стесняясь сказать себе правду, что это простое сожительство.
— Все понятно! — Клим решил перескочить на другой вопрос: — Судя по всему, разводиться тоже нельзя?
— Можно, но только один раз, как говорил твой преподаватель по саперно-подрывному делу, — улыбнулся Ангел. — В Инструкции очень конкретно об этом сказано: «Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает».
— А как же официальное разрешение Моисея на выдачу разводных писем? — блеснул своими библейскими знаниями Клим, выхваченными из какого-то источника.
— Иинструктор сам лично это объяснил: «Моисей по жестокосердию вашему позволил вам разводиться с женами вашими; а сначала не было так». Здесь важно, что у ребенка, который никогда не сталкивался с разводом родителей и не видел всех его перипетий, и в сознании, и в подсознании этот разрушительный файл отсутствует. И когда он вырастет, женится и неминуемо встретится с различными семейными проблемами, то у него даже мысли не возникнет о том, что нужно все бросить и немедленно развестись. Скорее он подумает о другом: «Может, я перестал делать что-то такое, что делал раньше, когда мы только полюбили друг друга?» И соответственно он станет наводить порядок на своей территории, а не спасаться с нее бегством.
— Я уверен, что миллионы женщин, если бы они услышали эту речь, благоговейно пали бы ниц и единодушно провозгласили тебя президентом своей Женской республики! — зааплодировал Клим. — Не разводиться ни при каких обстоятельствах — это сродни простому бабскому убеждению: «Пусть плохонький — но свой!» А если супружеская жизнь совсем стала невмоготу? То все равно нужно продолжать тянуть этот воз, в котором не осталось ни любви, ни нежности, ни заботы?
— Но в этом «возе» все же когда-то была и любовь, и нежность, и забота! — настойчиво произнес Хранитель. — Если изначально это было именно так, то там и нужно ее разыскивать, а вместо этого вы все норовите искать на стороне…
— Если ты о вечной «лебединой верности», то брось, Гел, это нереально! — не сдавался Клим. — Ты, конечно, идеальный и высоконравственный парень, обитаешь там у себя, в Облаках, но в земной жизни практически невозможно удержать постоянство — мужчина, который не соблазнится видом красивой и эффектной женщины, или совсем ослеп, или уже умер!
— И не говори! — воодушевленно подхватил Хранитель.

— Ты, конечно, идеальный и высоконравственный парень, обитаешь там у себя, в Облаках, но в земной жизни практически невозможно удержать постоянство — мужчина, который не соблазнится видом красивой и эффектной женщины, или совсем ослеп, или уже умер!
— И не говори! — воодушевленно подхватил Хранитель. — Нужно быть действительно полным шизофреником, чтобы замкнуться в четырех стенах и провести всю жизнь только с одной женщиной. Это такая скукотища! Хорошо, что есть выбор, правда, Клим? — Ангел с иронией посмотрел ему в глаза. — Всегда можно избавиться от серой монотонности и переключиться на яркое разнообразие, не забывая при этом, ЧТО ЗА ВСЕ ПРИХОДИТСЯ ПЛАТИТЬ. А цена в данном случае может оказаться такой «неподъемной», что, пожалуй, будет лучше унять свой пыл и наводить порядок в своем «возу»! Человек, который потратил «налево» свою драгоценную божественную энергию, — допустил утечку в своем «внутреннем контуре», то есть в семье. Следовательно, здесь и произойдет замещение энергий в зависимости от истории взаимоотношений. Удар может задеть жену, коснуться детей, перенестись на здоровье мужа… Да как угодно! Это очень похоже на бухгалтерский дебет-кредит: с одного счета ушло, а на другой — пришло.
Хранитель сделал паузу, будто предоставляя своему собеседнику возможность прочувствовать и осознать все услышанное. Климу тоже не хотелось нарушать внезапно возникшую тишину. Его «петушиный» настрой внезапно развеялся, как легкая тучка на лазурном небе, уступив место чувству покоя и умиротворения.
— Спасибо тебе, Гел, — тихо произнес Клим. — За сегодня — особенное спасибо. Не могу сказать, что я принял «на ура» абсолютно все и сразу, но из нашего долгого и откровенного разговора вынес для себя много важного.
— Не буду спрашивать, что именно, — лучезарно улыбнулся Хранитель.
— Потому что ты и так слишком много обо мне знаешь! — шутливо заметил Клим, но тут же воспоминания о красно-синем мяче из чужого и недоступного настоящего и о прекрасной женщине из своего, но отвергнутого прошлого опять грустью выплеснулись из глубины его сердца. — Гел, а ведь я ПОТЕРЯЛ свою настоящую Любовь! — печально произнес он.
— Ты не потерял свою ЛЮБОВЬ — ты только сейчас смог действительно ее ПРОЧУВСТВОВАТЬ! — мягко сказал Ангел. — Раскрой свое Сердце и поблагодари его за эту удивительную возможность. Для того, чтобы получить ЛЮБОВЬ, ее нужно сначала дать!
Он проснулся с чувством тоски. По ней. Первый раз почти за десять лет. Но, как сказал гениальный классик, «печаль моя светла». Осознание давно сложившейся ситуации помогло Климу не выпустить свои чувства за разрешимые пределы, где уже начинались губительные уныние и глубокая депрессия. Да, это была светлая и легкая, как прозрачная паутинка бабьего лета, грусть. О том искреннем, чистом и настоящем чувстве, которое было только тогда и только с нею.
«Я должен ей сказать главные слова! Пусть она сделает вид, что не помнит, пусть вначале бросит трубку, пусть скажет, что я — самое грязное пятно в ее жизни! Не важно! Я хочу сказать ей эти слова!» — Клим с самого утра знал, что ему нужно делать, точнее, что ему ХОЧЕТСЯ. Сейчас, когда у него есть только одно: энное количество оставшегося времени, он уже привык слушать исключительно свое сердце.
На поиск телефона Надежды ушел не один час. По известному теткиному номеру ему нахамили новые хозяева квартиры, Надины подружки давно канули в Лету и в свои неизвестные судьбы, а на ее бывшей работе произошла «смена караула». Наконец через «пятые-двадцатые» руки, от «товарища товарища» и «подруги ее подруги» он раздобыл домашний номер Надиной мамы.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54