— Ах, милорд,- Глаша взволнованно сжала в руках платочек,- боюсь, после того, что со мной случилось, я навеки потеряла аппетит. Уж лучше умереть с голода, чем жить так.
Ее расчет был верен — на прекрасном лице магнетика мигом нарисовалось любопытство.
— А что случилось? — живо заинтересовался он.- Быть может, я смогу помочь прелестной даме?
— Увы,- трагически всхлипнула Глаша,- прелестной меня теперь может назвать только безнадежно слепой.
— Да не может такого быть! — воскликнул Орландо.
— Может! — упрямо возразила Гликерия.
— Не может! — протестующе вскричал он.
— Еще как может! — настаивала девушка.
— Да вы на себя наговариваете! — не верил магнетик.
— Ах так, судите сами! — И девушка молниеносным движением фокусника, невзирая на все запрещающие знаки Оливье, сбросила вуаль.
А потом случилась катастрофа.
Орландо отшатнулся от нее в ужасе, а Глаша потянулась к нему всем телом, каждой его клеточкой, ощутив страстное желание прикоснуться, потрогать, погладить, стать его… «Мне большего не надо — коснуться только взглядом, до кончиков ресниц твоих на несколько секунд» — пронеслась в голове строчка навязчивой песенки из ее мира. Как она могла быть такой слепой и не видеть его совершенства? Смотреть на эти черты лица и не замечать их пленительности? Смотреть на его зовущие губы и не желать ощутить их вкус? Вглядываться в его глаза и не замечать их влажного блеска и мерцающих золотых искорок, которые сейчас ослепили ее, словно огнем? Перед ней стоял самый прекрасный, самый чудесный, самый нежный мужчина на свете, и от него исходила такая волна обаяния и тепла, что Гликерия вдруг ясно поняла: никогда, ни с одним мужчиной, ни в одном из миров она не будет так счастлива, как с этим высоким брюнетом с глазами цвета вечернего июльского моря. И в то же мгновение она сделалась самой несчастной девушкой на свете, потому что этот совершенный мужчина, эта ожившая мечта из ее грез взирал на нее с таким отвращением, что Глаша вспомнила, как она выглядит в этот момент, и захотела провалиться сквозь землю.
Весь этот вихрь эмоций она ощутила за какие-то несколько секунд, затем подскочивший к ней Оливье накинул на ее лицо вуаль, и мир снова перевернулся. Перед глазами Глаши заплясали разноцветные точки, по щекам потекли слезы, а когда она вытерла их и через вуаль отыскала взглядом свою потерянную мечту, своего недосягаемого принца, тот показался ей жалкой копией того, кем она любовалась минуту назад. Не веря своим глазам, девушка вглядывалась в его лицо, стараясь отыскать в нем следы того блеска, который ослепил ее мгновение назад, и хотя бы частичку того тепла, в которое ее окунуло стремительной волной, но ничего этого не осталось и в помине. Казалось, с Орландо мигом стерся весь лоск, и он стал таким… обыкновенным, что у Глаши защемило сердце.
— Сочувствую,- наконец произнес он, справившись с замешательством, в которое его повергла демонстрация прелестей Гюльчатай.
— Сочувствую,- наконец произнес он, справившись с замешательством, в которое его повергла демонстрация прелестей Гюльчатай.- Клянусь, я готов сделать все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Что я могу сделать для вас?
«Поцелуй меня, чтобы лягушка превратилась в красавицу»,- грустно усмехнулась Глаша про себя, а вслух ответила:
— Я стала жертвой коварного заклятия, и ни один волшебник королевства не в силах снять его…
— Увы, я не волшебник,- развел руками магнетик.
— Не волшебник,- согласилась она и с намеком добавила: — но вы обладаете тем, что способно повернуть время вспять и исправить то, что со мной случилось.
— Что же это? — Орландо удивился так искренне, что сердце Глаши екнуло: неужели и этот шанс оказался тупиком?
— Амулет Ренара,- сказала она в ответ, и на лице магнетика отразилось недоумение.- Амулет, с помощью которого можно вернуться в прошлое или попасть в другие миры,- пояснила она.
— Ах это! — проговорил он.- Миледи, я понимаю все степень вашего отчаяния и, будь у меня возможность помочь вам, я непременно бы сделал это, но неужели вы верите в эти сказки про амулет, который способен вернуть прошлое?
— Это была моя последняя надежда,- дрогнувшим голосом произнесла Глаша.- Так амулета у вас нет?
— Нет и никогда не было,- сообщил Орландо.- Мой предшественник что-то рассказывал о волшебном амулете, с помощью которого он спас наш род от какой-то страшной опасности, но я ему никогда не верил.
— Проклятье! — вырвалось у Глаши. Вампир их все-таки не обманул — амулет магнетиков был давным-давно разряжен. Оливье мужественно стерпел удар, превратившись в каменного истукана.
— Ну-ну, не стоит так убиваться,- добродушно сказал Орландо, с интересом взирая на Гликерью.- Вы молодая женщина, для вас еще не все потеряно…
— Не смейтесь надо мной, милорд,- с досадой ответила та.- Кому я такая нужна? Теперь мне два пути: или в петлю, или в монастырь.
— Ну зачем же так кардинально,- мягко возразил магнетик, гипнотизируя ее глазами через вуаль.- У меня есть связи среди ведущих магов, я бы мог попросить их поискать средство от вашего недуга получше, в конце концов, существуют иллюзорные чары… А пока не желаете ли прогуляться со мной вокруг пруда, полюбоваться на лилии и рассказать мне, как это с вами произошло? — с ласковой улыбкой предложил он.
«Я сошла с ума, или он со мной заигрывает?» — в изумлении подумала Гликерия.
— Так как вам мое предложение? — вкрадчиво произнес Орландо.- Надеюсь, вы никуда не спешите?
«Определенно, заигрывает. Он что, с ума сошел?» — поразилась Глаша, а вслух ответила:
— Очень спешим. Мы проделали долгий путь, чтобы увидеть вас, и завтра же должны отправляться обратно.
— О нет! — воскликнул магнетик.- К чему такая спешка? Вы обязательно должны остаться у нас хотя бы на несколько дней.
— Но нам негде остановиться,- возразила девушка, желая поскорее от него избавиться.
— Вы можете пожить у меня,- с готовностью откликнулся Орландо, соблазнительно улыбаясь.
«Может, у него проблемы с кредиторами и он собирается приударить за мной в надежде на щедрое вознаграждение?» — предположила Глаша, все больше разочаровываясь в нравственных устоях магнетиков.
— Но у нас нет денег, чтобы оплатить вашу доброту,- подчеркнула она.
— Да что вы такое говорите! — с негодованием воскликнул тот и с намеком добавил: — Вы сами достойны самых роскошных драгоценностей за то мужество, с которым вы переносите свое несчастье.
«Теперь он собирается меня подкупить?» — опешила Глаша.
— Милорд,- рассерженно сказала она,- меня не спасут самые прекрасные драгоценности мира. Они лишь еще больше подчеркнут мое уродство!
— Не говорите так! — вскричал Орландо.- Вы — красавица!
— Вы больной? — вырвалось у Гликерии.
— Да, я болен! — патетически воскликнул магнетик.- Болен любовью к вам. Вы — самая прекрасная женщина из всех, каких я встречал, и ваша внутренняя красота с лихвой искупает все внешние изъяны.
— Что за вздор! — выпалила девушка.
— Ах, не отвергайте меня, мой ангел,- страдальчески взмолился Орландо и демонстративно пал на колени.- Останьтесь!
— Милорд, стыдно смеяться над чужим несчастьем,- осадила его Гликерия.
— Миледи, не лишайте меня надежды,- попытался поймать ее руку он.
