Ну и ну! Мало того что в Москве, оказывается, существует Высшая школа магии, во всяком случае, три года назад точно существовала и имела свое собственное издательство, так еще и о числе волшебников остается только догадываться. Если только дополнительный тираж составил 5000 экземпляров, то каким был основной? Десять, пятнадцать, тридцать тысяч? А ведь они живут с ней бок о бок, наверное, так же, как она, ездят в метро (ну не на метлах же они летают, в самом деле? И не на коврах-самолетах!) и чтят законы. Вот только законы у них свои, магические… А вкусы вполне людские — из книги выпало еще несколько фантиков от конфет. Гликерия уселась в кресло у окна и погрузилась в чтение.
Увлеченная кодексом, она не сразу услышала, как распахнулась тяжелая дубовая дверь. Она обернулась на шум и увидела низенький темный силуэт в залитом солнцем дверном проеме. Из-за яркого света ей не удалось разглядеть лицо гостя, но в первые же секунды слегка перетрусившая Гликерия просканировала его фигуру на предмет присутствия рогов или хвоста и немножко расслабилась. Ни рогов, ни хвоста незваный гость не носил. И на том спасибо.
— Мериталь Кларисса? [2] — напряженно спросил незнакомец, выступая из круга света.
Теперь Глаша могла разглядеть его достаточно ясно. Это был невысокий молодой мужчина лет двадцати пяти, одетый в старинный костюм, словно сошедший со страниц исторического романа. Брюнет с голубыми глазами — звучит романтично, а выглядит куда прозаичней. Его лицо было вытянутым и некрасивым, с крупными неправильными чертами, оттопыренными ушами и живыми лучистыми глазами. Внешность его не была отталкивающей, но и отнюдь не внушала симпатии. Глаша даже расслабилась — на героя ее романа он никак не тянет, значит, с этим проходным персонажем можно особенно не церемониться. В свою очередь незнакомец тоже не испытал особой радости по случаю встречи с молодой привлекательной девушкой, какой искренне считала себя самолюбивая Глаша.
В свою очередь незнакомец тоже не испытал особой радости по случаю встречи с молодой привлекательной девушкой, какой искренне считала себя самолюбивая Глаша. Его рука сжимала рукоять кинжала, заткнутого за пояс куртки, а напряженное как струна тело готово было в любой момент броситься на несостоявшуюся студентку ГИТИСа. По его словам Гликерия догадалась, что он спрашивает у нее то же, что спрашивал щеголь в жабо, и не нашла ничего лучшего, как повторить в ответ:
— Ду ю спик инглиш?
— Куа? [3] — растерянно переспросил тот, не убирая ладони с кинжала.
— Ни куа вас не понимаю,- осторожно развела руками Глаша, всем своим видом демонстрируя дружелюбное расположение и желание сотрудничать.
— Келла вис Кларисса? Куа таво лейни дарни? [4] — не сводя с нее подозрительного взгляда, продолжал задавать вопросы тот.
— Не понимаю,- быстро замотала головой Глаша, опасаясь, как бы этот галантный на первый взгляд кавалер не перешел в наступление.- Но я пришла с миром и готова вести переговоры — в присутствии переводчика. И адвоката,- подумав, добавила она.
— Фигаро балбесум [5] ,- с досадой пробормотал он.
— Сам дурак,- не осталась в долгу Гликерия. Причем произнесла она это с такой милой улыбкой, что парень мог бы подумать, что ему признаются в любви.
От теплого взгляда лучистых серо-зеленых Глашиных глаз тот смягчился, наконец-то убрал руку с пояса и, сделав знак, чтобы девушка оставалась на месте, попятился к витрине со склянками. Дойдя до серванта, он распахнул его створки, поводил носом вдоль полок, дважды взял пару бутылочек, повертел в руках, покачал головой, поцокал языком и поставил на место. Потом наконец отодвинул передние баночки и выудил из недр шкафчика узкую, похожую на пробирку бутылочку с темно-синей, словно чернила, жидкостью. Незнакомец выдернул пробку, понюхал содержимое, довольно улыбнулся и подошел к девушке, предлагая взять склянку. Теперь настала пора Глаши недоверчиво хмуриться и сверлить ушастого подозрительным взглядом.
— И что мне с ней прикажешь делать? Пить???
Тот сделал вид, что опрокидывает бутылочку и пьет, и выжидающе посмотрел на Гликерию.
— Нет уж, благодарю покорно,- вежливо сказала она, собираясь вернуть флакончик гостю.
Тот рассмеялся и изобразил целую пантомиму. Сперва схватил себя руками за горло, изображая отравленного, потом ткнул рукой в бутыль, которую Глаша по-прежнему протягивала ему, и кивнул головой, мол, правильно я понял, чего боишься? Девушка отпираться не стала и так же красноречиво постаралась изобразить, что пить подозрительную жидкость неизвестного происхождения не станет и под дулом пистолета.
Тогда незнакомец взял бутылочку и слегка пригубил ее содержимое, а затем вновь протянул Глаше.
«Знакомство, что ли, предлагает отпраздновать?» — недоумевала та, но флакончик взяла и тоже сделала глоточек. Чернила оказались по вкусу похожими на вишневый сок, без единой капли алкоголя.
Брюнет одобряюще кивнул и показал: «Пей до дна!» Затем молитвенно сложил ладони: «Пожалуйста!»
— Боже, что я делаю! — пробормотала Глаша, а затем запрокинула голову и выпила чернила со вкусом вишни до последней капли. В ушах зазвенело, на мгновение стиснуло виски.
— Канн… лава небесам! — донеслось до нее откуда-то издалека.- Надеюсь, я не перепутал зелья.
Глаша тряхнула головой, и приступ мигрени тут же прошел, сознание стало ясным как никогда, прекратился и звон в ушах.
— Блин, что за отраву я выпила!
— Сработало! — вскричал обрадованный «отравитель».- Меня зовут Оливье, маркиз Беруши,- представился он.- Кто ты и что тут делаешь? И где сейчас Кларисса?
Глаша пару секунд растерянно таращилась на гостя, а потом выдохнула:
— Я тебя понимаю!
— Вот и отлично,- поторопил он.- Так кто ты такая?
— Это чернила? Из-за них я могу тебя понимать? — спросила Гликерия, не сводя глаз с Оливье. Имя-то какое смешное, как у любимого салата ее мамы. А что за фамилия — Беруши? Нет, на кандидата в мужчины ее мечты он явно не тянет, с такой-то фамилией и с таким-то ростом! А может, он волшебник, который ее сюда вызвал? Вон и зельем ее как ловко опоил…
— И не только понимать, но и говорить,- тем временем кивнул он.- Так…
— Кто я такая? — усмехнулась девушка, перебив его.- Меня зовут Гликерия. Я из Москвы.
— Это же королевство, из которого родом Кларисса! — просиял Оливье.- Гликерия, ты ее подруга?
— Кто такая Кларисса? — в свою очередь удивилась Глаша.
— Кларисса — хозяйка этого замка,- в недоумении ответил маркиз.- Мы сейчас в ее комнате.
— Она колдунья? — Девушка покосилась на Магический кодекс, который по-прежнему лежал у нее на коленях.
Значит, любительница «Мишки» и «Белочки» — москвичка? Вот только с каких пор Москва стала королевством?
— Она волшебница,- обиженно возразил Оливье.
«Интересно, кем он приходится этой Клариссе?» — с любопытством подумала Гликерия, а вслух усмехнулась:
— А есть разница?
— Разница есть,- многозначительно произнес он.
— Я не знаю Клариссу и не представляю, где она может быть,- покачала головой Глаша.
Гость помрачнел, бросил взгляд на кодекс и о чем-то задумался. Что-то не похож он на кудесника, который ее сюда вызвал.
— Хорошо,- произнес он.- Я верю, что ты не волшебница и у тебя нет враждебных намерений, иначе ты бы уже давно применила чары против меня. Тогда расскажи, как ты здесь оказалась.
