— Ребята, — вдруг усмехнулась гаргулья. Она, кстати, очень быстро пришла в себя, — вы морды-то свои сотрите.
Военные переглянулись, и лес содрогнулся от хохота. Еще посмеиваясь, они начали вытирать лица тряпками, а то и просто снегом.
— Ты, Серый, лучше пока расскажи, чего это тебя перекинуло тогда, две ночи назад?
Перевертыш сдавленно ругнулся и, бросив взгляд на любопытные мордочки молодых магов, начал рассказывать:
— Мы две ночи назад возвращались… ну…
— От друзей, — подсказал Эрил.
Ива с Дэй хмыкнули, выражая свое мнение относительно их деликатности. Грым, наоборот, одобрительно, но уже касаемо «друзей».
— Ну да… поздно что-то выехали, и явно надо было заночевать в этой деревушке.
— Мы так часто делаем, — внес свою лепту в разговор Рель, выдавая их с потрохами. Хотя в тот момент его слова просто подтвердили подозрения всей пятерки чародеев. — Но ведь до полнолуния еще есть дни. Что тебя перекинуло-то?!
— Да сам не знаю. Ехал, вроде ничего не предвещало… — Серый вздохнул и кинул взгляд на компанию чародеев. — Я с детства такой, лет с десяти. И худо-бедно научился с этим жить. Зелья там всякие, амулеты есть, что позволяют контролировать волчью ипостась. Недавно, ну с месяцев пять, я вообще у мага, специалиста по этому вопросу, был.
Недавно, ну с месяцев пять, я вообще у мага, специалиста по этому вопросу, был. Я теперь могу, — он многозначительно глянул на друзей, те отчего-то смущенно потупились, — обращаясь в волка, сохранять разум почти полностью. Если, конечно, речь идет не о ночи полнолуния. Тогда… тогда все серьезней. — Слова давались ему тяжело. — Я знаю… что это непросто, но вы как маги должны понять, что я при определенных условиях не более опасен, чем любой другой…
— Ты друг Эрила. — Златко оглянулся на своих сокурсников и ответил за всех. Слова не дались ему легко, но он произнес их, зная, что они правильные. Он действительно не сомневался, что оборотни сотворенные — это сродни болезни… «Ведь человек, заболевший оспой, не виноват в этом. Так разве это нормально — отворачиваться от него. С другой стороны, такой человек может заразить еще кучу других, а это не есть хорошо. Интересно, Серый заразный? Надо будет как-то узнать. И ведь есть еще один момент… за больным нужно ухаживать, даже если это рискованно. Но отказать ему в этом, в своей дружбе — разве это правильно? Конечно, болезнь — это опасность, но… отвернуться от друга — было бы предательством. Да и когда они, Бэррины, боялись рисковать?» — Значит, так надо.
Серый кивнул.
— Ты так и не объяснил, что произошло, — прервал трогательную сцену Чуб.
— Да говорю же — не знаю. Вот мы ехали. Ночь, хорошо. У меня в дни перед полнолунием чувствительность, конечно, обостряется. Слышу голоса девичьи… — Мужчина оглянулся на представительниц прекрасного пола. — Только ребятам сказать хотел. Думал, может, сейчас позабавимся — попугаем там или подшутим как. И тут — бац! Чувствую, что изменение идет. Причем уже не остановиться. С коня рухнул. Этот гад, — Серж легонько хлопнул жеребца по шее (тот что-то фыркнул, то ли извиняясь, то ли оправдываясь, а может, и возмущаясь), — понести вздумал.
— А чему ты удивляешься? Они… — Рель явно имел в виду лошадей, — всегда пугаются, когда ты перекидываешься. Наши тоже понесли. Причем в разные стороны. То-то была картинка! Пять коней на полной скорости мчатся в разные стороны. И на четырех из них мало что соображающие всадники! Но наши потом успокоились… Хорошо, что мы наездники опытные, а то по лесу на обезумевшем коне… Гоблин, я чуть сам от ужаса не помер, когда эти придурки понесли. Мы-то потом собрались, а твоего нету. Ну все, думаем, где его теперь искать? Но утром сам явился. Злой, недовольный, жрать хочет…
— Да вот же… я с него свалился, трансформировался. А тут дуры эти, девки. Увидели меня, заорали и бежать. А я от них. — Оборотень немного помолчал. — Я стараюсь, когда в волчьей шкуре, подальше от людей держаться. А то… мало ли? У меня же амулета при себе не было! Он в одежде остался, его постоянно носить нельзя. А одежда при обращении лежать остается на земле. Если я обращаюсь не сам, мозги дурные. Итак в волчьей шкуре себя еле контролируешь, а тут еще и насильно! Одежда так и осталась лежать.
— Мы ее потом нашли и подобрали…
— Слушайте! — вдруг чуть ли не подпрыгнул на крупе коня Златко. — А я знаю, почему Серый обратился. Ива, помнишь, ты рассказывала, что в ту ночь девушки гадать ходили в лес, а с ними ученица ведьмы была?
— Ну помню.
— Так это, может, она случайно колданула? Все же обстановка располагает. Гадание вполне может включать магический компонент. А сила у нее есть, ты сама сказала.
А сила у нее есть, ты сама сказала. Вот Серого краем и зацепило.
— Слушай, такое возможно, — тут же согласились все чародеи.
— Вполне правдоподобная версия, — произнес Калли. — Если Серый слышал голоса девушек, то, значит, они были не очень далеко, и магия вполне могла долететь до него.
— А может, и вовсе притянулась к нему, — добавила Ива. — Все-таки оборотничество и ведьмовство — вещи примерно одного порядка.
— Ну да… Я всегда особо чувствителен к магии в дни перед полнолунием. Обычно амулет ношу, что уберегает от таких вот случаев, но в этот раз почему-то не надел, думал, еще рано…
— Хорошо, хоть с этим разобрались, — резюмировал Чуб. — А дальше-то ты что делал?
— Ну вот… ночь я пробегал, пар выпустил. К утру мозги просветлели.
— Так что же ты в человека не перекинулся? — недоуменно спросил Эрил.
— А ты пробовал по такому морозу голышом походить?! — возопил оборотень.
На лицах его друзей отразилось смущение. Об этом они явно не подумали.
— Но ты же мог нас найти, — попытался гнуть свою линию старший Бэррин.
— Я искал! Я прибежал в тот домик заброшенный, где мы иногда ночуем. Но там вас не оказалось!
— А почему мы должны быть там?! — возмутился Эрил. — Туда же гоблин знает сколько ехать!
— Бешеной собаке семь верст не крюк! — пошутил над самим собой Серый. — Я думал, вы догадаетесь туда приехать.
— Зачем? Мы тебя у… — Рель покосился на девушек, — друзей ждали.
— Идиоты! — почти взвыл — а уж он это умел — оборотень. — Как я должен был там объявиться — волчьей лапой в окошко поскрестись или голым задом в дверь?
По лицам вояк было видно, что и этот момент они не продумали.
— Ой, да что теперь говорить! — Перевертыш махнул рукой и продолжил рассказ: — Я день просидел, прождал вас, потом понял, что вы не придете. Но уж ночь на дворе. А ночью, сами знаете, я в волчьем обличье дурной. Думаю, ладно, побегаю немного по лесу, поохочусь на какую-нибудь зверушку, а утром пойду вас по следам искать. Так и сделал. Отдохнул чуть, потом давай шастать по вашим следам, а их полно около этой деревеньки. Вам тут что — медом намазано? Вот что вы там делали, скажите мне?!
— Да-да, и мне интересно знать, что это за маскарад с разрисованными лицами и косой? — Златко кивнул в сторону сельскохозяйственного орудия, что до сих пор держал в руке Тони. Тот смутился и опустил косу пониже.
— Ну-у… — Эрил оглянулся на своих собратьев по идиотизму в поисках поддержки. — Тут вот какая ситуация вышла. Мы же знаем, что ты, Серый, к магу ездил, вроде все чин по чину было. Однако когда ты вдруг ни с того ни с сего перекинулся… мы решили, что ты… ну как в полнолуние. Ну Серый, мы же не знали, что эта девка, ведьма маленькая, колданула! Мы подумали, что это сбой какой-то пошел, намудрил что-то маг, а то и вовсе деньги захапал, а работу не сделал! Побоялись, что ты… взбесишься.
