Бэррин как-то сразу сник:
— Думаешь?
Травница пожала плечами:
— Без работы над ошибками не бывает роста, а не давать себе права на ошибку, значит, приравнивать себя к богам, а это попросту гордыня.
— Ты же не эльф, — заржал Грым.
Калли скривился, а все остальные рассмеялись. И сразу стало легче.
Златко только махнул рукой.
— Я не со всем согласен, но что уж с вами поделаешь? — Улыбка коснулась его уст.
— Вот-вот, — в ответ ухмыльнулась Ива, — к тому же девушкам не принято отказывать.
— Ива, ты это, надеюсь, о вас с клыкастой? — осторожно уточнил Грым.
— Конечно, о нас с Дэй, — хихикнула та.
— Ива, ты это, надеюсь, о вас с клыкастой? — осторожно уточнил Грым.
— Конечно, о нас с Дэй, — хихикнула та. — Это нашего Калли в темноте и без особых опознавательных знаков от девушки не отличишь, а тебя даже по пьяни с женщиной не спутаешь!
Все вновь засмеялись. А эльф произнес:
— Ну вот, ни за что уже второй раз за пару минут по шапке получил. — Однако в его чудесном голосе угадывалась улыбка. — Ива, утешь меня и скажи, что ты пошутила.
— Я тебе комплимент сделала, — пояснила девушка. И комната вновь наполнилась хохотом. Даже Щапа проснулся, с удивлением оглядел смеющихся хозяев, неодобрительно покачал мордочкой и вновь расплющил ее на коленях травницы.
— Ну ладно, о том, что делать, будем думать потом. Сейчас у нас на носу Зимние праздники. Не думаю, что в них я найду возможность… проявить свою человечность, — наконец смог произнести Бэррин. — А отметить оные просто отлично — наша прямая обязанность! Так ведь?!
— Та-а-а-к!!! — был слаженный ответ. Зимние праздники обожали все.
Тогда они на том и порешили. И вот пришла пора к этому вопросу вернуться. Как ни хороши Зимние праздники, а сил веселиться больше не было.
— Знаешь, Златко, я во время праздников тут думал кое-что… — начал было Калли, но его слова потонули во взрыве хохота.
— Ты мог во время праздников думать?!! — выразил общее мнение Грым.
Эльф спокойно переждал всеобщее веселье и уже в тишине продолжил:
— Да, я, в отличие от всех здесь присутствующих, думаю всегда.
— Даже во сне? — подначила Ива.
— Можно и так сказать. В любом случае это неважно. Важно другое — мне покоя не дает один вопрос.
— Какой? — сумел из себя выдавить Златко.
— Почему все же маги перестали рождаться в вашей семье?
Все тут же приуныли. Возвращаться к разговору о проклятии все равно когда-нибудь бы пришлось, но удовольствия это никому не доставляло.
Бэррин вздохнул:
— Как я понял из записей Адриана, там не очень четко это обозначено, но вроде бы таковым было решение самого Родрика. Сам он так и не женился. Не хотел… Или, скорее всего, не пожелал плодить проклятых… А может, не верил в то, что его потомки смогут выдержать эту постоянную нагрузку — быть всегда на высоте. Но проклятие оказалось хитрее. Оно перешло на его племянников и их потомков. Равно как и дар Короля. И, подозреваю, сам Родрик, а может, его брат или кто-то из его ближайших потомков сообразил, что синие крылья и их проклятие завязаны на магическом даре, вот и решил, что обезопасить свой род можно одним способом: надо, чтобы маги больше не рождались в семье. Нет магов, нет проклятых.
— А разве такое возможно? Если наследственность сплошь магическая? — удивилась гаргулья.
— Наверное, да, — пожал плечами Златко. — Вы же помните, что учителя говорили о той эпохе. Тогда магия совсем не была такой, как сейчас. Она буйствовала, сходила с ума… Возможно, именно потому тогда рождались маги такой запредельной силы, как Король или Родрик. В те времена магию вполне можно было связать с наследственностью… Ну или отвязать… Как это будет правильнее звучать?
Все задумались.
— Не слишком ли нереально? — засомневалась Дэй.
— А как ты это еще объяснишь? — задал почти риторический вопрос Синекрылый. — У меня, по крайней мере, другого объяснения нет.
— Ладно, — повел Калли рукой, — допустим, что это аксиома. Так что будем делать с твоим родовым проклятием, Златко Бэррин по прозвищу Синекрылый?
Только Светлому удавалось говорить подобные вещи с таким непередаваемым изяществом, будто сидел он в чертогах королей и держал совет с владыками. И при всем это никогда не выглядело пафосно. Иногда аж придушить его за это совершенство хотелось.
— Прямо, что делать, у Адриана не сказано, — вздохнул Златко. — Но он пишет, что надо съездить в долины. Ну в те, из-за которых и была драка. А там найти место, где держали ребенка… и где похоронен шаман.
— М-да… на могилку, так сказать, наведаться, — проворчал тролль. — Почему мне уже не нравится?
— Потому что у тебя хорошее чутье на неприятности, — хмыкнул эльф. — И тут я полностью согласен с Грымом, вряд ли нам понравится то, что мы там увидим, или то, с чем мы там столкнемся. Но выбора у нас нет, насколько я понимаю.
— Так что придется ехать, — беззаботно закончила мысль гаргулья. Ива давно заметила, что ситуации, в которых есть только одна перспектива дальнейших действий, чем-то неизменно радовали Дэй.
— Нет так нет, — пожала плечами знахарка. — Как раз праздники кончились, по идее началась практика. Вот ею и займемся.
Златко, Грым и Дэй слаженно застонали.
— Ива, ты, когда говорила это, рассчитывала вызвать в нас энтузиазм? — возмутился тролль.
— С чего ты взял? — хихикнула травница. — Просто гадость какую сказать хотелось. А то все уже в этом преуспели, а я — нет. Обидно!
Юмора народ не оценил.
— Что-то мы плохо на Иву влияем, — протянул Калли, тем не менее улыбаясь.
— А по-моему, хорошо, — возразила вечный дух противоречия Дэй.
— Ты, клыкастая, по себе не суди, — фыркнул Грым. — Это тебе чем языкастей, тем лучше, а…
— А тебе нет, что ли?! — тут же не преминула перебить его гаргулья.
— А вот и нет! Я люблю девушек покладистых!
— С каких это пор? — удивилась знахарка. — Тебе же всегда стервы нравились!
— Ну так это… того… — попытался объяснить Грым.
— Ага, как в койку тащить, так…
— Дэй, Грым! — оборвал начинающуюся перепалку Калли. — Ну что за дурацкая дискуссия. Вот Златко за это время успел уже опять куда-то в мыслях улететь!
— Это он с тебя пример берет, — тут же высказался тролль, но в ответ на укоризненные взгляды поднял руки, мол, молчу.
— Да ничего я не улетел, — буркнул Синекрылый. — Я просто думаю, как нам ехать.
— Долго небось туда добираться? — тоже задумался Грым.
— Да нет в принципе. Если телепортами… — качнул златокудрой головой Бэррин.
— Да нет в принципе. Если телепортами… — качнул златокудрой головой Бэррин. — Только придется через Сквор Подбережный. Оттуда есть телепорт практически куда нам надо. А если через Елиц, как мы ехали, то круг надо будет такой закладывать — разоримся!
— Сквор Подбережный… — повторила Ива. — Это тот, за который вы враждуете с вашими соседями?
— Ну не то, чтобы враждуем… — протянул Златко. — Скажем так, не очень друг друга любим.
— То есть цепляетесь друг к другу, если находите повод? — лукаво уточнила гаргулья.
— Мм… по крайней мере, будет лучше не встречаться ни с кем из Ллетов, — резюмировал Бэррин.
— Да зачем нам с ними встречаться? — пожала плечиками знахарка. — Нам просто надо доехать до телепортов, и все.
— Ага, а ты думаешь, что стража на воротах, когда увидит шевелюру нашего Златко, — скептически высказалась Дэй, — не доложит кому следует о том, что мы явились в город?
