Железный век

Пойми меня правильно. Ты ведь тоже чей?то сын. Я не против сыновей. Но случалось ли тебе видеть появившегося на свет младенца? Так вот, не легко было бы сказать, девочка это или мальчик. У всех младенцев между ног — одна и та же пухлая складка. Та почка, тот росток, который якобы выделяет мальчиков, не такая уж важная штука на самом?то деле. Не настолько, чтобы определять жизнь и смерть. Тем не менее все остальное, все, чему нет определения, все, что подается при нажатии, обречено остаться неуслышанным. Я говорю от его лица. Тебе надоело слушать старых людей, я понимаю. Тебе не терпится стать мужчиной и делать то, что они делают. Надоело готовиться к жизни. Ты думаешь: вот она, жизнь. Как же ты ошибаешься! Жить не значит следовать за палкой, за флагштоком, за ружьем, куда бы они тебя ни привели. Жизнь не где?то впереди. Ты уже в центре жизни. Зазвонил телефон.

— Не беспокойся, я не собираюсь брать трубку, — сказала я.

Мы молча ждали, пока звонок прекратится.

— Я не знаю твоего имени.

— Джон.

Джон: nom de guerre[13], вне всякого сомнения.

— Какие у тебя планы?

Он, кажется, не понял, о чем я.

— Что ты намерен делать? Хочешь остаться здесь?

— Мне надо домой.

— А где твой дом?

Он смотрел на меня упрямо, не в силах выдумать новую ложь. «Бедное дитя», — прошептала я.

Я не собиралась за ним подглядывать. Но на мне были шлепанцы, дверь в комнату Флоренс была открыта, и он сидел ко мне спиной. Сидел на кровати, поглощенный тем, что держал в руке. Услышав шаги, он вздрогнул и сунул этот предмет в постель.

— Что это у тебя там? — спросила я.

— Ничего, — ответил он, как всегда поневоле встречаясь со мной взглядом.

Вероятно, я бы оставила его в покое, но тут я заметила, что кусок плинтуса отломан и лежит на полу, а за ним открылась кирпичная кладка.

— Что ты задумал? — сказала я. — Зачем ты разбираешь стену?

Он молчал.

— Покажи, что ты там прячешь. Он покачал головой. Я присмотрелась внимательней. В кладке был оставлен паз для вентилятора, через него можно было просунуть руку под половицы.

— Ты что?то держишь под полом?

— Я ничего не делаю.

Я набрала номер, который оставила Флоренс. Подошел ребенок.

— Мне нужна миссис Мкубукели, — сказала я. Молчание на том конце.- Миссис Мкубукели. Флоренс.

На том конце приглушенный разговор, потом в трубке женский голос:

— Кого вам позвать?

— Миссис Мкубукели. Флоренс.

— Ее здесь нет.

— Это миссис Каррен, — сказала я. — Миссис Мкубукели прежде у меня работала. Я звоню по поводу приятеля ее сына, он назвался Джоном, не знаю, как его настоящее имя. Это очень важно. Если нету Флоренс, могу я поговорить с мистером Табани?

Снова продолжительное молчание. Затем мужской голос:

— Табани слушает.

— Это миссис Каррен. Вы должны меня помнить. Я звоню по поводу приятеля Беки, они вместе учились. Не знаю, известно ли вам, но он попал в больницу.

— Да, я знаю.

— Теперь он вышел из больницы, или сбежал, и явился сюда. У меня есть основания предполагать, что он прячет здесь какое?то оружие, какое именно, я не знаю. Видимо, они с Беки спрятали его у Флоренс в комнате. Я думаю, потому он и вернулся.

— Да, — сказал он без всякого выражения.

— Мистер Табани, я не прошу вас брать на себя опеку над этим мальчиком, но сейчас он нездоров. Он получил тяжелую травму. И мне кажется, что его эмоциональное состояние очень неустойчиво. Я не знаю, как связаться с его семьей. Я даже не представляю, есть ли у него семья в Кейптауне. Он мне этого: не скажет. Я только прошу, чтобы с ним поговорил кто?то, кому он доверяет. Его надо забрать отсюда, пока с ним чего?нибудь не случилось.

— Что вы имеете в виду: его эмоциональное состояние неустойчиво?

— Я хочу сказать, что ему нужна помощь. Что он, возможно, не отвечает за свои поступки. Что у него ушиблена голова. Что я не могу заботиться о нем, у меня нет сил. Пусть кто?нибудь приедет.

— Я подумаю.

— Меня это не устраивает. Мне нужно точно знать.

— Я попрошу кого?нибудь забрать его, но не могу сказать, когда это будет.

— Сегодня?

— Я не обещаю. Может быть, сегодня, может быть, завтра. Посмотрим.

— Мистер Табани, мне хотелось бы, чтоб вы поняли одну вещь. Я не пытаюсь учить этого мальчика или кого?то другого, как ему распорядиться своей жизнью. Он достаточно взрослый и достаточно упрямый, чтобы поступать как ему заблагорассудится. Но эта бойня, это кровопускание во имя товарищества мне глубоко отвратительно. Я считаю это варварством. Вот что я хотела вам сказать.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64