— Слушайте меня, сэр Торвальд, — продолжал раненый, — передайте герцогу Ллевелину, что я виновен, ибо позволил мятежникам незамеченными подобраться к бастиде. Эти дикари прячутся меж камней точно змеи. — Он замолчал, широко открытым ртом хватая воздух. — Передайте, что я честно сражался… — Он вновь умолк.
— Сэр Богер, — спросил я, не отпуская руки рыцаря, — скажите мне, что это были за звуки, кои спасли нам жизнь?
— Органон, — почти прошептал умирающий и, собравшись с силами, позвал своего недавнего оруженосца. — Кархэйн, окажи мне последнюю услугу.
— Я слушаю вас, сэр. — Стоящий за моим плечом юноша склонился над своим господином.
— Выдерни обломок из раны.
— Но это убьет вас!
— Вот и славно. Я и так слишком долго задержался между мирами. Делай, что тебе велят!
— Повинуюсь вам, сэр, — тихо промолвил рыцарь и, ухватив сломанное древко дротика у самой раны, резким рывком вырвал из его груди железное жало.
— Мария Дева, — шевельнулись губы сэра Богера, и рука, из последних сил поднятая им, безвольно упала на пол.
— Умер. — Я повернулся к своему рыцарственному собрату, стаскивая с головы железный колпак шлема.
— «Эй, Капитан!» — прорезался в моей голове неуместно радостный голос Лиса. — «Я понял, почему эти лица скоттской национальности ломились сюда шо те хохлы в пивной ларек. У них тут нехилая заначка верескового меда! Бочек десять».[3]
— «Сережа, сэр Богер умер».
— «Да?» — Рейнар замялся. — «Нехорошо, конечно, получилось. Однако, думаю, стоит помянуть его из здешних запасов. Полагаю, он бы одобрил».
Я собрался было что?то ответить моему другу, но тут в люке показалась голова того самого воина, которому Кархэйн поручил счет потерь и заботу о раненых.
— Готово, господа рыцари, — бросил он, взглядом спрашивая разрешения подняться в зал.
— Докладывай, — скомандовал ему я, и коренастый и основательный валлиец, быстро забравшись вверх по лестнице, очутился перед нами целиком.
— С вашего позволения, господа, — начал он. — Три десятка да еще полдесятка наших начисто полегли. Еще десяток, да десяток без двух совсем плохи были. Я им помог. — Валлиец положил руку на висевший у пояса украшенный моржовым клыком кинжал. Я невольно вздрогнул, представляя себе эту помощь, но говорившего, похоже, подобные издержки ремесла ничуть не смущали. — Десяток, да еще четыре, — он поднял вверх указанное количество пальцев, — ранены, но еще держатся.
Памятуя о неумолимом кинжале валлийца, я осознал, что в число этих четырнадцати вполне могут входить и те, кто, как и мы с Лисом отделался ушибами и царапинами, и те, чья душа еще просто не определилась, через какую дырку в теле вылетать к небесам.
— Стало быть, вот, — флегматично завершил свой доклад старый воин.
— Еще семеро осталось лежать за воротами, — хмуро добавил я.
— Сэр Богер, — негромко напомнил Кархэйн.
— Да, теперь еще и он.
Сколько всего воинов было в крепости?
— Шесть дюжин да мы с господином. Три дюжины пришли с вами.
— Стало быть, — я принялся суммировать названные цифры, — мы с тобой, Рейнар, две дюжины бойцов, да чертова дюжина с одним из тех, кто еще на что?то годен. Не густо. Если утром мятежники снова пойдут на приступ, нам несладко придется.
— «Слушай, Капитан», — вновь раздался на канале голос Лиса, все это время державшегося на связи, — «у меня есть гениальный план, полный элегантности и самоотречения. Надеюсь, ты это оценишь, когда будешь писать отчет о проделанной работе. Давай выкатим крошенным горцам пару?тройку бочек вересковки. Они ужрутся так, шо красно?синий цвет лица станет для них натуральным, а те, кто не ужрется, поубивают друг друга от безысходной тоски и острой алкогольной недостаточности. А мы тем временем валим отсюда тыгыдымским аллюром, ибо чего ради здесь торчать, лично мне абсолютно непонятно».
— «Лис, боюсь, двух?трех бочек на эту ораву не хватит», — усомнился я. — «Если здесь обещанная Ллевелином армия Горры, то это никак не меньше двадцати тысяч воинов. Но даже если перед нами всего лишь передовой отряд, то и на них меда не хватит. Ну а только пойдет слух, что у бастиды поят даром, — к завтрашнему вечеру здесь будет все мужское население Каледонии, включая стариков и подростков».
— «Ну ладно?ладно, уболтал! Выставим пять бочек! Хотя это уже транжирство и прямая растрата казенного имущества. Пока население будет сбегаться, мы уже окажемся за Адриановым валом».
— Сэр Торвальд. — Не слышавший нашей оживленной беседы Кархэйн уже скомандовал своему помощнику выставить стражу на стенах и осмотреть крепление засовов на воротах и теперь, дождавшись, когда мы остались одни, обратился ко мне: — Положение весьма затруднительно, однако в нашем распоряжении имеется органон, свидетелем действия которого вы были, и «адское жерло».
— Что? — непонимающе спросил я.
— О, — улыбнувшийся сэр Кархэйн бросил взгляд на мертвого рыцаря, — мой покойный господин не зря носил сеньяль Разумный. Ему удалось здесь обнаружить давно забытые боевые устройства, которыми во времена Империи легионеры держали в страхе окрестный сброд. Пойдемте, пойдемте скорее, я вам все покажу.
— «Ух ты!» — Лис, очевидно, осознавший, что в нашей несокрушимой твердыне еще остались неисследованные уголки, устремился к нам. — «Шо там у вас еще за лекция о килыпе кельта и культе кольта? Я тоже хочу посмотреть на задницу Вельзевула и прочие его органоны».
Едва успели слова напарника отзвучать в моей голове, как он и сам появился на нашем этаже с безапелляционным:
— Короче, бардак во дворе полный. Я распорядился сбрасывать убитых каледонцев со стены с таким расчетом, чтоб, падая, они ломали дротики. А то скотты поутру к нам в бастиду, шо по бульвару, загуляют.
— О, сэр Рейнар, — почтительно приветствовал юноша.
— Да ну, к чему условности! Оставим сэров сэрам. Можно попросту, без чинов — энц Рейнар л’Арсо де Гайрен д’Орбиньяк. Да, кстати, дружище! Я тут хотел у тебя спросить: то, что ночью пыхтело, это не органон случайно? Уж больно звук похож.
Я метнул на друга негодующий взгляд.
— Вы знаете об органоне? — с нескрываемым удивлением расширил глаза Кархэйн.
— Тю?! Да у нас на родине такой штуковиной ворон от полей отгоняют.
— Империя, — восторженно прошептал наш новый боевой товарищ.
— Кстати, Капитан, к слову: ты можешь объяснить мне, шо это за штуковина?
— Сейчас увидим, — заверил я. — Судя по названию, это такой духовой инструмент.
— Знавал я один духовой инструмент. Им, если помнишь, Шерлоку Холмсу чуть было башку не разнесли.
Кархэйн не обманул. Стоило нам подняться этажом выше под самую боевую галерею бастиды, и мы увидели сооружение, способное вызвать душевный трепет последователя премудрого Архимеда. Хитроумная система колес была связана с кузнечными мехами, такими большими, что, вероятно, некогда они принадлежали самому Виланду — отцу мечей[4]. От мехов к стенам отходило множество труб разной толщины и конфигурации, бесследно исчезавших в скальном граните постройки.
— Вот он, органон, — гордо произнес Кархэйн, словно представляя нам своего закадычного друга. — Кельты отважные бойцы, — пояснил молодой рыцарь, — но весьма боятся злых духов, бродящих по земле в ночное время. Когда?то римляне подметили эту черту своих врагов и стали сооружать такие органоны.
