— Если бы то, что мне необходимо сказать ему, касалось тебя, я бы не искал его. Достаточно было бы доехать до хлева, и если бы я не застал там тебя, то наверняка встретил бы твоих родственников.
— Что?! — взревел стражник. — Не много ли ты на себя берешь, смерд!
— Я Рейнар Лис, — свысока поглядывая на голоногого фельдфебеля, заявил мой друг. — И если ты скажешь, что тебе неизвестно мое имя, то лучше выбрось оружие и иди отпугивать ворон с вересковых пустошей.
— Точно, — всполошился ветеран, — я ж говорю, рожа мне твоя знакома. А ну… — Кинжал, мгновение назад висевший на поясе, блеснул у него в руке. В тот же миг Лис, презрительно следивший за действиями караульщика, правой рукой перехватил его запястье, левой несильно ударил по кисти.
— Брось каку, недоносок! — Оружие отлетело шага на три, а обескураженный часовой попытался вырваться из цепких рук моего напарника. Пустая затея! — Я что, по?твоему, — с напором заговорил Лис, не обращая внимания на выжидательно опущенные копья оставшихся без руководства стражников, — приехал сюда, чтоб вы меня зарезали? Мне трудно это было найти в другом месте? Я Рейнар Лис, комит сэра Торвальда герцога Инистора, его правая рука, левый глаз и центральное полушарие головного мозга. Раз я здесь, значит, так надо. Беги к своему господину и сообщи ему, что у меня к нему секретное дело. Если ты где?нибудь задержишься, клянусь плащом святого Мартина, тан велит содрать с тебя шкуру и наделать из нее штанов для твоих детей. Ты понял меня? — Лис оттолкнул от себя ополоумевшего охранника. — На вот, передай ему это. — Рейнар вытащил из сапога пергамент с восковой печатью, любовно изготовленный мною сегодня утром.
Вряд ли при «дворе» каледонского тана, даже «могущественного», нашелся бы кто?нибудь, способный прочесть текст, составленный на классической латыни. В лучшем случае подобный грамотей умел бы разбирать ту кухонную латынь, которую оставили на память бриттам и их северным соседям римские легионеры, сами отродясь не бывавшие в метрополии. С тем же успехом человек, сведущий лишь в шотландском, взялся бы читать Шекспира. В любом случае мандат моего «тайного посланника» несказанно прибавлял ему веса в глазах безграмотных северян.
Начальник караула скрылся, осторожно неся доверенный ему документ, а его подчиненные остались стеречь незваного гостя, опасливо косясь и тихо переговариваясь на гельском диалекте.
— Кто такой этот Рейнар Лис? — спрашивал один из караульных, безусый и явно лишь совсем недавно приобщившийся к военной братии.
— Это человек, убивший короля Шнека. Он первое лицо в комитате принца Торвальда, несколько лет тому назад пленившего Ангуса, а пятого дня сразившего его у Камланнского поля, — пояснил ему второй стражник.
— Тише! Тише, он хотя и из Галлии, но везде шляется с этим чертовым Торвальдом и вполне уже может понимать по?нашему.
— «Ну, тут начинается неприкрытая лесть и яростные восхваления, поэтому я скромно выключаюсь… То есть не выключаюсь, а вырубаю связь, чтобы насладиться своей крутью в гордом одиночестве. Будет что?то интересное, обязательно дам знать».
Лиса не было довольно долго. Пару раз я вызывал его, волнуясь из?за этого молчания. Один раз я застал его в самый разгар разгрузки вожделенной емкости с вересковым медом.
— Давай пошевеливайся! — командовал Лис. — Пришел король саксонский, безжалостный к врагам, догнал он бедных пиктов и дал им по рогам. Давайте, давайте! Осторожнее, не дай бог, разобьете, живьем в землю закопаю! Капитан, шо, тебе заняться нечем? Не отвлекай меня, не видишь, народ строю!
В следующий раз я застал Лиса уже в покоях Марка, явно ничего не понявшего в моем трактате, но впечатленного и ровными строчками латиницы на пергаменте, и оттиснутым профилем Октавиана Августа с завалявшегося у меня в кошеле старинного солида.
— «Погоди чуток. Щас официальные расшаркивания и прихлопывания закончатся, мы сядем, все обчирикаем, думаю, под бочку вересковки и хорошую мясную закуску я быстро доведу этого отца народа до полного консенсуса».
— «Погоди чуток. Щас официальные расшаркивания и прихлопывания закончатся, мы сядем, все обчирикаем, думаю, под бочку вересковки и хорошую мясную закуску я быстро доведу этого отца народа до полного консенсуса».
Я со вздохом отключил связь и уставился на наполняемый свинцовыми кругляшами мешок. На этот раз связь заработала часа через полтора.
— Послушай, Марк, — наклоняясь едва ли не к самому уху тана, проникновенно заговорил Лис. — То, о чем мы сейчас ведем речь, до поры до времени должно остаться строго между нами. Полный секрет, государственная тайна. Сам знаешь, что известно троим — известно свинье. «Вальдар, я не тебя имею в виду».
— Верно, — согласился с ним властитель округи. Судя по амплитуде движения его головы, первый десяток тостов уже отзвучал, и Лису явно не пришлось упрашивать собеседника пить до дна.
— Мы с Торвальдом долго думали, кому это по силам? Лучше тебя не найти.
— Не найти, — согласился тан.
— Ты человек мудрый, твоя знатность просто возвышается над горами. Я уже не говорю о том страхе, который внушает имя Марка нечестивцам, смеющим посягать на твои владения.
— Это верно, — вновь кивнул тан. — Вот намедни тан…
— Ну, это он еще не знает, с кем связался! Тут мы с тобой! Грудью вперед, браво… Да, вели своему кравчему наполнить кубки, а то что?то мы насухую разговариваем.
Марк махнул рукой, делая знак статному молодому мужчине с мрачным лицом, удивительно похожим на самого тана, и тот молча начал лить вересковый мед в кубки.
— Может, его удалить? — поглядывая на неразговорчивого виночерпия, спросил Лис.
— Это мой старший сын Дольбран. Он те… иди, — махнул на него Марк.
— Так вот, — продолжал Лис, — от твоего орлиного взора, конечно, не укрылось известие о страшной битве на камланнской равнине?
— Да. И о победе Ллевелина над повстанцами тоже. Но, клянусь камнем Фала, голосу которого внемлет всякий мудрый правитель, моих воинов там не было.
— Ллевелину известно об этом, — прошептал ему на ухо Рейнар.
— А поговаривают, что сам Ллевелин все это и затеял, — полушепотом ответил Марк.
— Вот ты сказанул! — нахмурился Лис. — Зачем это ему по?твоему нужно?
Его собеседник пожал плечами.
— Кто знает.
— Я знаю, — заверил его Лис. — Не сегодня?завтра Ллевелин станет королем Британии. Артур пропал. Мордред разбит. Все, кто оставался верным Артуру, собираются вокруг его преемника Ллевелина. Скажу тебе по секрету, Ланселот примкнул к Северному Альянсу.
— Да ну? — покачал головой Лисовский собеседник.
— Ну да! Готов биться об заклад, что через три седмицы Ллевелин будет в Камелоте. Так шо, смотри, перед тобой новый король! Ты не на меня смотри, а на Ллевелина.
— Понял, — согласно кивнул тан. — Но только мне точно ведомо, что Ллевелин вел какие?то переговоры с королевой Лендис.
— Эка новость! Конечно, вел. Капитан, ты, кстати, примечай. Пойми, — Лис начал говорить размеренно и четко, постукивая костяшками пальцев, сжатых в кулак, по столу. — Новый король, как никто, знает нравы северян. Ему не нужна война и в Каледонии, и на юге одновременно. Ллевелин вел переговоры с Лендис, надеясь обеспечить свой тыл, а ты сам знаешь, чем закончились переговоры с этой колдуньей. Ллевелин не претендует на Горру. Он желает видеть ее свободным королевством, союзным Британии.
