— Сэр Торвальд, я хотел у вас спросить. — Годвин, отпущенный мной погулять по лагерю, возвращался, переполненный впечатлениями, с полным коробом вопросов, спешащих сорваться с языка.
— Потом, не сейчас, — отмахнулся я.
— Можно я с вами?
— Потом!
Лис ждал меня, укрывшись за одной из солдатских палаток.
— Успел! — возбужденно прошептал он. — Они еще не выходили. Что будем делать?
— Полагаю, следует наведаться к Борсу.
За нашими спинами послышалось возбужденное дыхание. В подступающей тьме обрисовался силуэт бегущего подростка.
— Годвин, что ты здесь делаешь? — возмутился я.
— Я с вами, сэр! — запыхавшись, выдавил малец.
— Куда с нами?! — возмутился я. — Стой, где стоишь. Сейчас может быть драка, еще зашибут невзначай.
— Слышь, приятель, ты свистеть умеешь? — перебил меня Лис.
— Могу птицей кричать, — чуть замешкавшись, ответил оруженосец.
— Вот и славно. Мы сейчас пойдем в шатер, а ты стой здесь. Смотри внимательно, увидишь, что кто?то пытается пройти за нами, кричи своей птицей. Да погромче. Все понял?
— Конечно.
— Вот и славно. Ну что, Капитан, рванули?
Короткой перебежкой мы добрались до шатра и нырнули за тяжелый полог. В небольшом помещении, отведенном для слуг, отвернувшись лицом к стене, на лежанке валялся некто в буйволовой куртке.
— А вот и стража, — прошептал Лис. — Дрыхнет, ети его мать! — Он указал на прислоненные к опорному шесту копье и валяющуюся на земле пустую флягу. Там же возле низкого ложа стояла масляная светильня. — Думаю, сны он может смотреть и в потемках, — прокомментировал Лис, подхватывая ее и погружая спальню во мрак.
— Думаю, сны он может смотреть и в потемках, — прокомментировал Лис, подхватывая ее и погружая спальню во мрак.
— Вперед, — скомандовал я.
— …Посвети сюда, — послышался негромкий голос из?за кожаной перегородки. — Он говорил, что пергамента в резном ларце с геммой на крышке.
Я отдернул полог.
— Не помешали вам, господа?
Рыцарь серебряной совы неуловимо быстрым движением повернулся в мою сторону, обнажая меч.
— Ни шагу дальше, сэр. Или вы умрете.
— Даже так? — усмехнулся я, доставая Катгабайл. — Как вы говорите, сколько шагов мне нужно сделать, чтобы умереть? Один? — Я шагнул вперед. — Два?
Мы сошлись. И клинки зазвенели сталью о сталь, выпевая свою бравурную песнь, одному из нас грозившую прозвучать похоронным маршем. Черт возьми, мой противник нисколько не блефовал, грозя мне смертью! Непонятно уж, как удалось мне остаться незнакомым с ним до этой встречи, но я готов был поклясться, что здесь мне не доводилось встречать фехтовальщика лучшего, чем он. «Дзинь», — жалобно звякнул меч неведомого рыцаря, и большая часть его клинка отлетела в сторону. Катгабайл был великим мечом, а это в схватке значило немало.
— Повезло, — процедил незнакомец, отбрасывая рукоять в сторону. — Ну что?ж, теперь попробуй меня убить. — Он принял стойку для боя на кулаках. — Давай же! Ты ведь не решишься драться со мной без оружия, один на один!
Это было откровенное хамство. Не говоря ни слова, я вернул меч в ножны и, расстегнув пояс, кинул его Лису, замершему, как и спутник моего противника, в стороне от боя. Светильня в руках у одного и факел в руках у другого — не лучшее оружие для боя в шатре.
— Начнем?
Он ударил левой, прямым в голову, прощупывая оборону. Немудрёно, но порой весьма эффективно. Я закрылся предплечьем, подставляя под удар левый бок. Начни он сейчас тянуться к этой сладкой цели, и вмиг окажется на земле, перелетев через заботливо подставленную ногу. Удар кулаком сверху был для меня полнейшей неожиданностью. Я едва успел убрать голову, подставить плечо, крутануться и ударить, вернее, толкнуть противника локтем в спину. Толстые кожаные гамбизоны снижали эффективность таких ударов почти да нуля, однако противник пробежал несколько шагов и остановился удивленный.
Здесь явно было что?то не то. Постояв передо мной пару секунд, он неожиданно просел в нижнюю стойку, какие обычно встречаются в школах Южного Китая, но никак не в средней Англии. Не дожидаясь действий с его стороны, я сделал ложный выпад кулаком в голову, одновременно попытавшись провести удар в колено. Что за черт?! Уход с подсечкой и довольно болезненный пинок на излете.
Мы вновь разлетелись, вновь сошлись, обмениваясь весьма странными с точки зрения здешних бойцов пируэтами, попросту не доставая друг друга. В конце концов противник замер, плетя руками замысловатую паутину. Я, конечно, с большим уважением отношусь к английским боевым школам, но подобное мне когда?то показывал мастер Ю Сен Чу, утверждая, что это из арсенала Древнего Китая.
Атака! Рука противника змеей вылетела из сплетенных кружев. Я развернулся, провожая ее трущим блоком и вынося ногу для пинка. Короткий удар в колено и еще одна атака. Я успевал перехватить руку рыцаря с совой у запястья, ударить локтем в бицепс, заводя свою руку ему за спину для броска. Вот сейчас?то все и будет закончено! «Сейчас он у меня ляжет, уткнувшись носом в землю», — пронеслось у меня в голове. Как бы не так! Уход в кувырок, и я едва успеваю убрать лицо от пролетающей ноги…
— Больше крови, больше цинизма! — неожиданно выпалил Лис. — Джентльмены, я, конечно, бешено извиняюсь, что мешаю вам развлекаться. Но свет скоро гыкнется, а потому, прежде чем вы продолжите чемпионат по фул?контакту, позвольте пару слов.
Кубок Святого Грааля здесь вручать не будут, можете не суетиться. А поскольку это так, коллеги, хватит ваньку валять, давайте поговорим серьезно.
Глава 17
Если два поезда встречаются у железнодорожной развилки, то обязаны оба остановиться, и ни один из них не имеет права тронуться дальше, пока не пройдет другой.
Закон штата Канзас
На какую?то долю секунды в шатре повисла мертвая тишина. Подъем вращением, и рыцарь серебряной совы стоит, как ни в чем не бывало, готовый продолжить бой.
— Разрешите представиться, — Лис сделал эффектную паузу, раскланиваясь, — Сергей Лисиченко, старший оперативный сотрудник Института экспериментальной истории.
— Уолтер Камдейл, — не спуская настороженного взгляда с оппонента, в тон напарнику продолжил я, — начальник группы Института экспериментальной истории.
Наши противники переглянулись с нескрываемым удивлением.
— Джой Магэран, — отсалютовал рыцарь в лазорево?черной тунике, — ведущий агент Департамента координации исторического процесса Имперского научного общества.
— Марвин Сабрейн, агент, — сознался его соратник, державший факел. — Все тот же Департамент.
«Валлиец и французский шотландец, — невольно отметил я. — Что?то я таких в Институте не помню. Стоп! Какого черта?! Какой еще Департамент?»
— Простите, — я начал обескуражено, — вы сказали, Королевское научное общество?
Магэро, очевидно, французская ветвь Мак?Гвайров, удивленно посмотрел на своего напарника, пожимая плечами:
— Мы сказали Имперское научное общество. А вы, — продолжил он, — надеюсь, не из Северо?Американских Соединенных Штатов? — Он замолчал и вновь заговорил, несколько запинаясь: — Не поймите меня превратно, я с пониманием отношусь к вашим идеям, но, честно говоря, мне не доводилось слышать ни о каком Институте экспериментальной истории.
Тут уж пришла наша очередь удивляться. Насколько я помнил, наименование Северо?Американские Соединенные Штаты не упоминалось в нашем мире уже многие десятки лет, давным?давно смененное на Соединенные Штаты Америки.
