— Она подбросила им идею. И не запрещает, потому что ей это нравится. Все боги такие. За тобой никто не следил?
— Нет. Они пришли вчера вечером, перед закатом. Наверное, уже выбрали кого?то по жребию, но раз я появился, решили заменить… Понимаешь, соседи меня не любят из?за того, что я служу в Налоговом Департаменте. Я же там статистикой занимаюсь, а не чем?то еще, а им без разницы! Они связать меня хотели, и я бы пропал, если б Арс нас всему не научил… Вначале я растерялся, а потом схватил у Зулахиуса меч из ножен — он всегда с ним ходит, отставной стражник. Кажется, я кого?то ранил в живот… Я не хотел! — Лаймо с несчастным видом посмотрел на Роми. — Просто надо было прорваться, и я прорвался… Прыгнул в окно со второго этажа, такого они от меня не ждали. Меч я выбросил, чтоб с ним не поймали. Потом я специально петлял по улицам, а переночевал в гостинице в квартале Небесной Резеды, меня там никто не знает. И пошел сюда… До сих пор не могу поверить, что все это на самом деле. Я же этих людей с детства знаю…
Роми отошла к столику в углу, наполнила три кружки апельсиновым соком из запотевшего, ледяного на ощупь охлаждающего кувшина.
— На, выпей. А это вам, Бирвот.
Маг поблагодарил кивком. Прикрыв воспаленные глаза — видимо, так ему было легче, — он втирал в кожу целебные мази из неказистых глиняных баночек.
— Нэрренират хотела меня съесть, потому что умирала от голода, это я еще могу понять, — отхлебнув сока, жалобно добавил Лаймо. — Но зачем доброй Омфариоле мои уши и яйца понадобились?!
— Она богиня, — девушка неприязненно пожала плечами. — Этим все сказано.
— Тут какое?то повальное сумасшествие! Роми, что они сделали с моей мамой… Ее забирали в храм Омфариолы для «промывания мозгов», и вернулась она совсем не такая, как раньше. Тихая, со всем подряд соглашается, а глаза неживые, стеклянные… Страшно.
— Заклятье, — не прерывая своего занятия, проворчал Бирвот. — Заклятье можно наложить, можно снять. Конец света — вот это гораздо хуже… Но есть ведь и другие миры, и у нас есть магическая машина. Поговорим об этом с Шертоном, когда он вернется.
Для него, чужака, Панадар значил не больше, чем любой другой из несметного множества миров. Осуждать его за это Роми не могла. Держа кружку с соком, она с ногами забралась на койку. Охватившее ее тоскливое чувство постепенно усиливалось. Конец света. Всего того, к чему она привыкла с детства, что ей нравилось, что она когда?то мечтала увидеть, но так и не увидела, скоро не будет. Просто не будет, и все. Из?за прихоти чокнутого божества. Она обеими руками стиснула холодную кружку.
Когда за дверью послышались шаги, Лаймо вскочил и опять взял на изготовку табурет, но это вернулся Арс. Вопросительно приподняв бровь, поглядел на Лаймодия, сбросил на пол разбухший заплечный мешок. В мешке что?то тяжело звякнуло.
— Похоже на звон монет, — заметил Бирвот.
— Угадали, — подтвердил Шертон. — Лаймо, ты что здесь делаешь?
Лаймо сбивчиво пересказал свою историю и закончил:
— Не знаю, куда я теперь пойду…
— Можешь присоединиться к нам. — Сунув руку в карман, Шертон вынул ладанку на цепочке и подал магу.
— Наденьте. Кристалл Сойон.
— Спасающий от богов? — Бирвот цепкими узловатыми пальцами пощупал мешочек.
— Относительно. Сойон делает нас незримыми для богов и духов. Вообще?то, если божество явится сюда в физическом облике, оно увидит нас — так же, как мы видим друг друга. Но обнаружить на расстоянии не сможет.
Шаркающие шаги. Тибора принесла ужин. На облупленном лакированном подносе, среди тарелок и кастрюлек, стояли весы для пряностей, старые, из позеленевшей бронзы. Пустые миниатюрные чашечки, подвешенные на тонких цепочках, непрерывно колебались.
— Я должен кое?что вам объяснить и надеюсь на вашу сообразительность, — заговорил Шертон, когда она вышла. Тронул пальцем весы. Чашечки закачались. — Бирвот, эта штука пригодится вам, чтобы готовить снадобья от солнечных ожогов. Давайте ужинать.
Его серые глаза светились мрачноватой энергией, на лице порой появлялось сосредоточенное выражение, словно он погружался в обдумывание каких?то сложных планов.
— Ешьте получше, — посоветовал он остальным. — Потом соберем вещи — и пойдем. Мы обязаны уладить одно дело, времени мало.
— Куда пойдем, Арс? — грустно спросила Роми. — Ты что?нибудь узнал в Верхнем Городе?
— Узнал. Ты оправдана, все обвинения с тебя сняты. Документ у меня за пазухой, после покажу.
— Но каким образом?.. — От удивления она чуть не выронила вилку.
— Им некуда было деваться, — загадочно объяснил Арс. — Так или иначе, ошибка исправлена. Мы тоже должны исправить одну ошибку. Добрая Омфариола в своих мудрых поучениях сказала кое?что, крайне для нас важное… — Слушатели оторопели, но он, как ни в чем не бывало, продолжил: — Нельзя выбрасывать на улицу домашних животных, великая богиня трижды права! Наши неприятности начались из?за того, что мы об этом забыли. Надо вернуться в Суаму и забрать наше животное из королевского зверинца.
Он отломил кусочек от лепешки с изюмом и бросил на левую чашечку весов. Правая тут же взметнулась вверх.
Хоть Лаймо и был прирожденным аналитиком, на этот раз Роми первая поняла, что к чему. Широко раскрытыми глазами она уставилась на весы, потом подняла взгляд на Шертона:
— Значит, так?.. Ох, что мы натворили… Мы должны вернуться за ней!
— Мы жестокосердно бросили на произвол судьбы совсем ручное животное, — с совершенно серьезным выражением на лице кивнул Шертон. — Конечно, кое?какие вопросы придется уладить, обговорить…
Лаймодия тоже озарило:
— Да, я ведь читал про Закон…
Свирепый взгляд Шертона, подкрепленный пинком по щиколотке, заставил его замолчать. Опять чуть не ляпнул вслух… Гостиница Тиборы — достаточно надежное место, но, когда на карту поставлена судьба целого мира, лучше помнить о том, что и у стен бывают уши. В такой ситуации даже на Сойон нельзя безоглядно полагаться. Лаймо пристыженно опустил голову, а Шертон, перехватив инициативу, договорил за него:
— Есть закон милосердия, повелевающий людям заботиться о животных, так же как о людях заботится добрая Омфариола.
Бирвот рискованных вопросов не задавал. Он бы умным магом. И о Законе Равновесия слыхал — Шертон и Роми еще во время путешествия много рассказывали ему об устройстве Вселенной за пределами Облачного мира.
— Полагаю, без меня вам не обойтись, — заметил он, допив свой горячий шоколад. — Вкусная вещь. Ладно, у меня хоть глаза от вашего солнца отдохнут… Когда отправляемся?
— Сейчас. Двадцать минут на сборы.
Глава 3
На улицах никого не было. Словно катастрофа уже произошла, и теперь Омах и Сийис, два небесных серебряных лика, скорбно разглядывали обезлюдевший город.
Словно катастрофа уже произошла, и теперь Омах и Сийис, два небесных серебряных лика, скорбно разглядывали обезлюдевший город.
Шертон держал наготове самострел, Бирвот — связку боевых амулетов. Пока ничто не указывало на близкие неприятности. Тихо. Слышна только возня зильдов на крышах да вой собак, растревоженных двойным полнолунием. На шее у каждого из четверки висела ладанка с Сойоном, заплечные мешки были набиты купленной у Тиборы провизией и мешочками с золотом. Кое?какое снаряжение с прошлого раза осталось в машине, но о том, чтобы подготовиться к экспедиции поосновательней, не могло быть и речи.
