— Так позовите сюда целителя. — Нэрренират раздраженно хлестнула по полу хвостом. — И поскорее, мне надоело ждать. Если вы будете вот так транжирить мое время, смертные, я в полтора раза подниму тарифы на грузовые перевозки по рельсовым дорогам!
Зловещая угроза произвела впечатление: старший судья велел одному из стражников со всех ног бежать за целителем.
— Есть более простое решение, — заговорил второй судья, после новой короткой консультации с матерью Вария. — Если Знак богини — под коростой, достаточно будет срезать коросту, чтобы убедиться…
— И мы это сделаем, если господин маг уберет экран, — подхватил Клазиний?царедворец. Выступив вперед, он кивнул одному из стражников: — Дай?ка мне нож!
Об этом немолодом, но до сих пор красивом мужчине с глубоко посаженными холодными глазами, в эффектном темном плаще с серебряным шитьем Парлус слыхал немного — и ничего хорошего. В юности знаменитый дуэлянт, ныне расчетливый и жестокий интриган, нежно привязанный к убитому племяннику.
В юности знаменитый дуэлянт, ныне расчетливый и жестокий интриган, нежно привязанный к убитому племяннику. Встретив его властный взгляд, стражник вынул из ножен на поясе и протянул ему церемониальный кинжал. Клазиний кивнул магу.
Романа прижалась лопатками к шершавой гранитной стене позади скамьи.
— Я протестую! — громко сказал адвокат. Усмехнувшись, царедворец медленно направился к девушке.
— Вы что, смертные, охерели? — рявкнула Нэрренират. — Я избрала Роману До?Энселе для жертвоприношения, и я хочу получить ее в неповрежденном виде!
— Это поправимо, великая. — Клазиний отвесил в ее сторону холодно?элегантный поклон. — Мы срежем коросту и посмотрим, а потом, если на руке есть ваш Знак, ее можно будет исцелить.
Он шагнул к скамье подсудимых, но тут хвост богини черным жгутом захлестнулся вокруг его шеи. Брызнула кровь, тело забилось в конвульсиях. Звякнул выпавший нож. Богиня выпустила жертву, и Клазиний, с разодранным шипами горлом, осел на каменные плиты.
— Здесь есть еще желающие портить мое имущество? — оглядев зал, осведомилась Нэрренират.
Все молчали. Очевидно, желающих не было.
— Я не имущество… — пробормотала Романа. Так тихо, что услышал ее только Парлус.
В зале суда воцарилась тягостная напряженная тишина. Люди в смятении переглядывались, но уйти никто не смел. Все чувствовали себя неуютно — кроме адвоката, который, наоборот, воспрянул духом: перед ним вроде бы блеснула надежда спасти клиентку и поддержать свою профессиональную честь.
— Романа, — шепнул он, вплотную приблизив лицо к магическому экрану, — у нас есть шанс. Только не противоречьте мне, ради Создателя! Наш шанс — это Нэрренират.
— Нет. Она меня живьем разорвет.
— Не думаю. Она не позволила Клазинию кромсать вас ножом, это хороший знак. Надо попросить у нее прощения… ну, и согласиться на ее требования.
— Я не могу. — Романа упрямо и обреченно наклонила голову. — Она такая кошмарная… и так отвратительно ругается…
— Она может принять любой облик, в том числе человеческий. Среди наших богов она далеко не самая худшая. Вы молчите, а я буду говорить. Главное, не возражайте, я не хочу из?за вас проиграть этот процесс!
Отвернувшись от клиентки, он обратился к богине:
— Преклоните ко мне свой слух, великая! Я адвокат и представляю здесь интересы Романы До?Энселе. Моя подзащитная искренне сожалеет о том, что прогневала вас. Пожалуйста, будьте к ней снисходительны! Она уничтожила Знак, поддавшись неразумному моментному страху, и после этого боялась показаться вам на глаза. Она раскаивается и просит у вас прощения, великая!
Парлус оглянулся на Роману. Та скованно кивнула, не сводя с богини испуганного взгляда. Видимо, решила, что лучше уж Нэрренират, чем мучительная смерть и разрушение личности.
— Не бойся меня, — улыбнулась богиня. — Я не такая страшная, как тебе кажется.
В устах бронированного монстра с окровавленным шипастым хвостом это утверждение прозвучало более чем спорно. Зато адвокат позволил себе внутренне ухмыльнуться: он все?таки спасет девчонку от казни и не ударит лицом в грязь перед своим нанимателем, знаменитым Арсением Шертоном.
— Да ведь она так избежит возмездия! — гневно выкрикнул Фоймус. — Как действительный член Высшей Торговой Палаты я накладываю вето на любое решение суда! Требую препроводить преступницу обратно в тюрьму!
Капитан стражи вопросительно посмотрел на судей, те замялись, так как не хотели испортить отношения ни с Фоймусом, ни с Нэрренират.
— Ты будешь перечить мне, смертный? — Богиня сверху вниз поглядела на Фоймуса.
— Ты будешь перечить мне, смертный? — Богиня сверху вниз поглядела на Фоймуса. — Хорошо… На перегоне между Манглааши и Зугом находится состав с твоей рудой. Сейчас я остановлю его — и ты не выполнишь условия контракта. Но это еще не все! Ты не получишь вовремя наркоту, которую твои люди добывают в мире Ильелери, доставляют в Панадар контрабандой и перевозят в выдолбленных изнутри кристаллах кварца. Уж не знаю, кому в Верхнем Городе ты толкаешь эту дрянь, но твои постоянные клиенты будут очень недовольны.
Фоймус побагровел и замер на месте. На виске у него задергалась жилка. Кто?то охнул.
— А вы думали, ублюдки, я не в курсе, какие грузы транспортируются по моим рельсовым дорогам? — процедила Нэрренират.
— Вероятно, ваше требование снято? — спросил у Фоймуса старший судья.
Тот не ответил: он никак не мог оправиться от шока, вызванного неожиданным разоблачением.
— Вы можете назвать имена его соучастников, великая? — поинтересовался один из профессоров университета.
Давний враг Фоймуса, отметил адвокат.
— Я не знаю, что за дерьмо навалено у вас в Верхнем Городе, — фыркнула богиня. — Это ваше дерьмо, смертные, сами его разгребайте. Хм, зато я знаю, кому из твоих студентов сбывал наркоту его сын Обран, которого убила эта девчонка. Они регулярно спускались развлекаться в Нижний Город и много болтали.
— Кому?! — Профессор подобрался, как охотничий пес.
Нэрренират назвала две дюжины имен. Злобно кивая, профессор вытащил бумажку и карандаш и начал записывать, пристроившись на скамье.
— Неправда! — всплеснула руками мать Обрана. — Мальчик никогда ничего не брал без спроса! Он не стал бы тащить что?то из дома тайком от родителей!
— Заткнись, дура несчастная! — осадил ее опомнившийся Фоймус?отец.
Мать Обрана мелкими шажками попятилась к выходу, но не к той арке, за которой виднелся проспект Неумолимой Длани, а к противоположной.
Расталкивая людей, в зал вошли вернувшийся стражник, смуглый старик в бело?зеленой мантии мага?целителя и чиновник Департамента Жертвоприношений, взмокший, раскрасневшийся, однако в парадной форменной тунике с золотым шитьем.
— Это дело находится в моей компетенции! — крикнул он с порога. — Великая, примите мои нижайшие поклоны! Вы сможете забрать эту девушку, как только мы увидим Знак на ее теле. Императорский двор и Высшая Торговая Палата смиренно выражают надежду, что вопрос насчет эскалаторов после этого будет улажен.
Старик и чиновник направились к нише. Молодой маг прошептал заклинание над амулетом, экран исчез. Парлус, непроизвольно облокотившийся на него, потерял равновесие и чуть не уселся на скамью подсудимых, заработав укоризненный взгляд чиновника. Сконфуженно и чуть насмешливо улыбнувшись, адвокат выпрямился. Дело выиграно? Пожалуй, да, хоть и не вполне традиционным способом.
