Калашников опустил голову и молча сел на место. По крайней мере, я их повеселил. Что ж, буду работать массовиком-затейником. Было бы смешно думать, что дурак из двадцатого века может прийтись ко двору в двадцать третьем.
— А как же вопросы? — прокатился над столом голос Миноуи. — У меня есть вопрос, коллега Калашников!
— Лекция окончена, — улыбнулся тот, — лектор кашу ест. Так что отвечать буду неофициально!
— В начале выступления вы сказали, что операция «Спрут» еще не завершена, — напомнила Миноуи. — А теперь? Мы продолжаем?
— Мы? — дрогнувшим голосом переспросил Калашников. — Боюсь, это не совсем ко мне вопрос…
Он посмотрел на Сида Майера. Тот удивленно вскинул брови и покосился на Гринберга. Гринберг, в свою очередь, сверкнул глазами на Лапина. Тот огладил бороду и пробурчал:
— Епитимью еще не отработал…
— Ну так пусть отрабатывает! — рявкнул Гринберг. — Что, Галактике так и погибать из-за этой епитимьи?!
Калашников вздрогнул и вытянул шею. При чем здесь моя епитимья?!
— Артем Сергеевич, — строго сказал Лапин. — Сам видишь, кроме тебя некому. Еще два дня, как вчера, выдержишь?
— Некому что? — пробормотал Калашников.
Лапин оперся на стол локтями и тяжело посмотрел на Майера.
— Ну хорошо, — вздохнул тот. — Объясню. Задание ваше, Артем Сергеевич, разумеется было тренировочным — не по книжкам же вам Галактику изучать? Выполнили вы это задание на пять с плюсом, как и предсказывал ваш куратор. А вот дальше случилось непредвиденное. Уж не знаю, кто вас надоумил сразу после выполнения задания на сто двадцать часов задумываться — но в результате этих размышлений вы у нас стали самым квалифицированным экспертом по Шалли Фах. По вашему любимому Спруту, то есть. Понимаете, о чем я?
— Понимаю, — улыбнулся Калашников. — Еще одно тренировочное задание?
— Нет, — приподнял руки Майер. — Никаких заданий. Вы больше не нуждаетесь ни в обучении, ни в тренировке. Наоборот, это Звездная Россия нуждается в вас. Вы — лучший эксперт по Спруту. Значит, вам с ним и бороться. Конечно, есть и другие желающие… но представляете, как вы себя будете чувствовать, если они не справятся?
Эпилог.
Павел Макаров звякнул бутылкой о край граненого стакана.
— Разливай всю, — сказал Калашников. — Думаю, больше она нам не понадобится.
— Думаю, больше она нам не понадобится.
Макаров выдавил из бутылки последние капли и поставил «Особую очищенную» на заботливо расстеленную газету. Придвинул к себе бутерброд с копченой колбасой, уселся поудобнее.
— Как тебе Лернер? — спросил он, беря стакан в руки.
— Лернер еще полбеды, — махнул рукой Калашников. — Что будем с твоим Ями Хиллом делать? Откуда он вообще про нашу группу узнал?
— Это все «Рифей», — пояснил Макаров. — Нановодку на нем проверял, искинт с инициативой! Так что теперь Ями Хилл нам товарищ и брат.
— Все мы из одного исма, — усмехнулся Калашников. — Ну, если нановодка, тогда никаких проблем. Завтра соберем всю шоблу у меня в садике, и держись, Спрут. До сих пор не могу поверить, что я уже не совсем Звездный Пророк.
— Пророк из тебя… — начал было Макаров. — Ну, сам понимаешь.
— Ты еще не видел, какой из меня координатор проекта получится, — ответил Калашников. — Как бы не пришлось обратно в Пророки переквалифицироваться.
— Без паники, — скомандовал Макаров и поднял стакан. — Видел же, сколько желающих объявилось? Будь ты совсем уж бестолочью, вряд ли кто к тебе попросился!
— Миллион леммингов не может ошибаться, — сказал на это Калашников и тоже поднял стакан. — Ну что, за победу?
— За нашу победу! — поддержал Макаров.
Друзья выпили, не сговариваясь занюхали довольно-таки паршивую водку рукавами и посмотрели на восток, где из-за черных гор уже показался краешек восходящего солнца. Над Звездной Россией занималась заря первого дня галактической войны.
Пермь, 03 февраля 2003 года — 28 января 2005 года.
Окончательная редакция — 31 января 2005 года.
Авторская версия 14 октября 2008.
