— Пять грезочипов, — добавил Макаров.
Торговец вскинул голову и принялся разглядывать нежданных покупателей.
— Вы хотели сказать — четыре? — переспросил он.
— Пять, — отрезал Макаров. — А можно и шесть.
Торговец опустил голову, сверкнув отражением потолочного светильника на гладкой коже черепа, и небрежным движением пододвинул к Макарову бумажный каталог:
— Выбирайте.
— На ваш вкус, — сказал Макаров, тщательно проинструктированный Ями Хиллом именно на подобный случай.
— Пять? — вскинул голову торговец.
— Пять, — кивнул Макаров.
— Пожалуйста. — Каким-то образом торговец вытащил чипы из-под абсолютно прозрачного стола. — Только… — Торговец перевел взгляд на макаровский медальон и нервно зашевелил ушами.
— Никаких проблем, — усмехнулся Макаров, запуская руку в карман. — Плачу наличными!
Он вытащил на свет горсть белых квадратиков, помеченных темно-красной спиралью Федерации, и отсчитал двадцать пять штук. Торговец прижал уши к черепу и сгреб наличные эйки в ладонь. На этот раз Макаров тщательно проследил за моментом, когда рука торговца опустилась под стол: она опустела сразу же, как только между ней и глазами Макарова появилась преграда из толстого стекла. Толково, подумал Макаров. Никакое это не стекло, а полупрозрачный экран!
— Как давно вы здесь работаете, торговец? — спросил Макаров, не особо надеясь на удачу.
— Уже двенадцатый сез, пилот, — не без гордости ответил смулпейнец.
Через его руки прошло немало «чипачей», подумал Макаров. Наконец-то я вышел на полезного эрэса.
— У вас не слишком-то много клиентов, торговец, — сказал он, словно размышляя вслух. — Мы собираемся посетить зал водных лилий. Пожалуйста, составьте нам компанию.
4.
Попав в зал водяных лилий, Макаров мысленно помянул Спрута парой недобрых слов. Для своего очередного преступления тот мог бы выбрать место посимпатичнее!
Зал представлял собой залитую бурой жижей травянистую поляну, по которой в полном беспорядке были рассажены здоровенные кусты похожих на лопухи ядовито-желтых растений. Под желтыми лопухами сидели или стояли смулпейнцы — группами по три-четыре эрэса, с опущенными руками и ярко блестевшими черепами. Со всех сторон поляну окружала плотная стена из тростника кирпичного цвета, а сверху над ней нависало серое небо, стекавшее на тростник черными клочьями тумана. Несмотря на пятидесятиградусную жару, Макаров поежился и сделал первый шаг по колышащейся поверхности поляны. Под ногой чавкнула упругая, вязкая масса, — водосодержащий коллоидный раствор, подсказала услужливая Сеть, — Макаров покачнулся, оперся на другую ногу и кое как доковылял до ближайшей свободной «лилии». Его спутники, ловко перебирая тонкими ножками, вмиг облепили растение со всех сторон и принялись наслаждаться его изысканным ароматом. Макаров втянул воздух, пожал плечами — с его точки зрения, подобная гадость могла бы пахнуть и поядренее, — и уселся прямо в жижу, наплевав на всяческие приличия.
Разговор обещал быть долгим, а стоять на трясущейся под ногами траве было все равно что танцевать на батуте.
Трое смулпейнцев как по команде повернулись к Макарову и застыли в немом ожидании. Макаров усмехнулся и вытащил четыре грезочипа. Три из них он вложил в протянувшиеся ладошки смулпейнцев, а четвертый спокойно вставил себе в голову. Ями Хилл настаивал именно на таком способе знакомства: дескать, «трезвому не поверят». Впрочем, тело, сделанное в Звездной России, было способно и не на такие штуки.
Смулпейнцы издали тонкий протяжный свист и уставились друг на друга, словно не веря собственным глазам. Макаров надул комбинезон, сформировав нескладное подобие кресла, и откинулся на спину, разглядывая вернувшихся в разумное состояние аборигенов.
Аборигены как по команде вскинули руки и протянули их к Макарову. Точнее, к его медальону.
Макаров снова усмехнулся и на секунду прикрыл медальон ладонью. Дешевая катсюанская поделка недолго сопротивлялась нанотехнике Звездной России; в тот же миг медальон принялся передавать своим хозяевам изображение мирно валяющихся в отрубе смулпейнцев и Макарова, сидящего в позе лотоса под местной «лилией».
— Как вы наверное поняли, я хочу поговорить, — сказал Макаров, убирая руку с медальона. — Можете быть спокойны: нас никто не услышит.
— Ты ведь мутант Мак-Ар? — спросил торговец. — Тебя боится даже Арбитр!
Вот тебе и безмозглые черепа, подумал Макаров. Да они обо мне больше меня знают!
— Так то Арбитр, — ответил Макаров. — Вам пока что бояться нечего.
— Что тебе нужно? — вздрогнул торговец. Остальные аборигены слегка попятились. Видимо, тоже знали, кто такой мутант Мак-Ар.
— Примерно два сеза назад, — начал рассказ Макаров, — здесь, в этом зале, произошло преступление. Трое звездных русичей похитили прогуливавшуюся между цветами смулпейнку и увезли ее далеко в пустыню. Одного из этих зверусов звали Билл Райс. — Макаров продемонстрировал смулпейнцам объемный портрет. — Этот Билл Райс был моим должником.
— Он мертв, — быстро ответил торговец. — Он оказал сопротивление полиции. Его убили в ту же ночь.
— Я знаю, что он мертв, — кивнул Макаров. — Но он не мог умереть просто так. Его подставили.
Кожа на черепе торговца заблестела, словно покрывшись потом.
— Я всего лишь продал ему грезочип, — едва слышно сказал торговец. — Я не тот, кого ты ищешь!
— Ты торгуешь здесь уже так давно, — усмехнулся Макаров, — что должен кое-что понимать в этих делах. Я хочу разыскать эрэса, который подставил моего должника. Ты можешь помочь мне, — Макаров сделал долгую паузу, — или моему врагу — если откажешься. Выбирай.
— Чего ты хочешь? — проскрежетал торговец. — Твой должник сам пригласил Лаанахи разделить с ним сознание! Никто его не заставлял!
— Ты так думаешь? — усмехнулся Макаров. — Ты, приходящий в себя только с чипом в мозгах? Может быть, тебя тоже никто не заставляет?
— Разве у зверусов искусственные мозги? — засипел торговец.
Макаров вытащил из головы чип, помахал им перед носом смулпейнца и вставил обратно.
— Бывают и искусственные, — пояснил он, решив, что торговец не понял намека.
— Бывают и искусственные, — пояснил он, решив, что торговец не понял намека. — Если по естественным хорошенько долбануть.
Пуон Найири тронул торговца за плечо:
— Хаюм, скажи ему!
Торговец даже не шелохнулся.
— Я не знаю, кто мог подменить мозги твоему другу, — сказал он скрипучим официальным голосом.
— Но помочь-то ты мне хочешь? — усмехнулся Макаров.
— Хочу, — покорно согласился торговец. — Но не знаю, как.
— Очень просто, — пояснил Макаров. — Мне нужны записи по всем приезжим, подходившим к Биллу Райсу ближе чем на пятьсот метров. Записи вот с этих штуковин, — он щелкнул пальцем по своему медальону.
— Я не… — начал было торговец, но Пуон Найири снова схватил его за плечо:
— Скажи ему! Это же сам Мак-Ар!
Торговец дернул плечом, но Пуон Найири держал крепко. Макаров заподозрил, что сейчас ему придется стать свидетелем знаменитой смулпейнской драки дубинками.
— Да что он может? — прошипел торговец. — Он ничего не знает…
— Те зверусы тоже ничего не знали, — перебил его Пуон Найири. — А у Куос Лаанахи появился настоящий мозг!
Макаров почувствовал дрожь в коленках и заерзал по грязи, чтобы ненароком не завалиться набок. Настоящий мозг?! Спрут заставил наших ребят сделать ей мозг?!
