— То есть как это — не обнаружены? — удивился Калашников. — А спонк, которого мы по атомам восстановили?!
— Захваченный пиратом Мак-Аром профессор Хален Вирто, — бесстрастно ответила Миноуи, — принадлежит к гуманоидной расе саньяров, юрисдикция Бадарамхаз-Карамха, и не имеет ни малейшего отношения к Спонк Корпорэйшн. Гипотеза о его принадлежности к расе спонков столь же плохо обоснована, как и гипотеза о виртуальной сущности спонков, использующих тела разумных существ в качестве временных носителей своего разума. Как эксперт Стратегического Управления, я официально заявляю, что любые попытки отождествления Халена Вирто с расой спонков по меньшей мере преждевременны.
Ну да, преждевременны, подумал Калашников.
Ну да, преждевременны, подумал Калашников. То-то мой сетевой ящик от писем ломится, из Спонк Корпорэйшн. Хотя ясно им сказано — в течение недели никаких переговоров!
— Вернемся к теме, — сказала Миноуи. — Субъект, получивший в нашей группе кодовое название «Спрут», предпринял в отношении Звездной России серию достаточно похожих действий. Тем или иным способом — начиная с банального доноса и заканчивая эстафетным нарковолновым внушением — Спрут создает ситуации, в которых граждане Звездной России оказываются замешанными в преступлениях различной степени тяжести. Существенно, что все подобные инциденты произошли на разных планетах, находящихся под юрисдикцией совершенно различных цивилизаций. Таким образом, вариант провокационной кампании, имевшей целью столкнуть Звездную Россию с какой-либо другой цивилизацией, однозначно исключается. Спрут либо пытается дискредитировать звездных русичей в глазах всего галактического сообщества, либо производит разведку боем, определяя спектр возможных реакций Звездной России на неадекватное поведение своих граждан. Поскольку уже имевшие место инциденты практически не получили освещения в галактических средствах информации, наше Управление предположило, что основной целью Спрута является именно разведка. Таким образом, задачей моей работы было установить: кто из противников Звездной России в настоящее время субъективно заинтересован в подобной «разведке боем» и объективно способен ее осуществлять.
— Ну, и кто же? — не выдержал Калашников.
— Никто, — ответила инопланетянка. — Большая часть наших потенциальных противников вообще не использует технологию «разведки боем». А те, что используют, не заинтересованы в ее применении по отношению к Звездной России. У Ядерной Федерации, Парви Сарка и Саратоги хватает других забот.
— Я так понимаю, — задумчиво произнес Гринберг, — что это ваше официальное заключение?
— Совершенно верно, — подтвердила Миноуи. — Мое и Управления в целом.
— В таком случае, — улыбнулся Гринберг, — у нас остается всего три кандидатуры. Спонки, андромедяне и галактические короли.
— А как насчет аналогичных «разведок» против других цивилизаций? — спросил Калашников. — Может быть, кто-то в Галактике ими специально занимается?
— Мною проанализированы семьсот сорок три инцидента, — ответила Миноуи, — структурно схожих с действиями Спрута. Абсолютное большинство из них связано с криминальной деятельностью «Саратоги». Значительная часть оставшихся — это провокации «независимых» экстремал-репортеров в рамках сарковской компании «Информация без границ». Двадцать два инцидента требуют более продолжительного анализа. Пока это все, что я могу сообщить.
— Это уже кое-что, — обрадовался Калашников. — Целых двадцать два эпизода!
— Управление придерживается той же точки зрения, — сказала Миноуи. — Мне рекомендовано безотлагательно приступить к углубленному исследованию аномальных эпизодов. До его завершения я не считаю себя вправе формировать какие-либо рабочие гипотезы.
— И сколько же времени займет «углубленное исследование»? — поинтересовался Калашников.
— От двух до семи дней, — ответила инопланетянка. — Я буду присылать сообщения каждые восемь часов. Пока же рекомендую вам ознакомиться с полной версией обзора.
— Я буду присылать сообщения каждые восемь часов. Пока же рекомендую вам ознакомиться с полной версией обзора.
И Нея Миноуи простерла правую руку в направлении толстой белой книги.
— Спасибо, коллега, — сказал Калашников, отважившись наконец заглянуть инопланетянке в глаза. — Вы сделали намного больше, чем я ожидал…
— Давайте ближе к делу, — прервала его Миноуи. — Теперь ваша очередь отчитываться о проделанной работе!
Калашников отвел глаза в сторону. Нашел время на комплименты, обругал он себя. Нечего глазки строить, работать надо!
— Отчитываюсь, — сказал Калашников и переключил на себя управление экраном. — Перед вами — рейтинг цивилизаций по их упоминаемости в галактических информационных каналах. Как видите, я не терял времени даром.
В комнате воцарилось напряженное молчание. Калашников бросил короткий взгляд на экран — нет, все в порядке, третье место, сразу же за всехафистами и Ядерной Федерацией.
— Реклама сработала, — констатировал Макаров. — Ты теперь у нас — суперстар. Вот только при чем здесь Спрут?
— Всему свое время, — Калашников щелкнул пальцами, меняя картинку. — Вот другой рейтинг, составленный мной на середину прошлого года. Я назвал его «рейтингом тихого омута». Это отношение годового энергопотребления членов ООП к объему достоверных сведений об этих цивилизациях, хранящихся в галактическом сегменте Сети. Обратите внимание на первую строчку данного рейтинга.
— Звездная Россия, — вслух прочитал Макаров.
— Вот именно, — кивнул Калашников, — Звездная Россия. У меня есть основания предполагать, что Спрут в выборе своей цели руководствовался именно этим, или весьма на него похожим рейтингом. Его интересовали именно «тихие омуты» Галактики, цивилизации, обладающие значительным политическим и экономическим, но не информационным весом. Цивилизации, о которых при надлежащей постановке дел можно узнать много нового.
— Вона как! — сказал Лапин и покосился на Гринберга.
— Вот так, — ответил Калашников за Гринберга и виновато развел руками. — Политика «двойного дна» успешно скрывала от противника правду о Звездной России — но не смогла создать достаточного количества вранья. Реальность всегда богаче любой фантастики; стоило одному из наших противников вспомнить эту простую истину, и малая информативность образа Звездной России обратила на себя его внимание. Впрочем, — улыбнулся Калашников, — все это — всего лишь мои предположения. Всего лишь моя рабочая версия.
— Нет, — возразил Гринберг и ткнул пальцем в экран. — Никакая это не версия, Артем Сергеевич. Это наша недоработка.
— Согласен, — кивнул Калашников. — Но мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать недоработки КГБ. Задачей нашей группы является обнаружение Спрута, и вот тут-то мой рейтинг представляет собой всего лишь рабочую версию. Возможно, на самом деле Спрут атаковал нас совсем по другой причине. Но поскольку за три дня напряженных размышлений ничего лучшего я так и не придумал, мы будем проверять именно эту версию!
— Веское обоснование, — бесстрастно заметила Миноуи.
Надо же, удивился Калашников. У нее есть чувство юмора?!
— Какое уж есть, — ответил он вслух.
У нее есть чувство юмора?!
— Какое уж есть, — ответил он вслух. — Итак, сформулировав гипотезу «тихого омута», я решил предоставить Спруту возможность повторить его разведывательную операцию. Повторить против еще одной цивилизации, являющейся точно таким же «тихим омутом», как и Звездная Россия. Как вы наверное уже догадались, этой цивилизацией станет в ближайшем будущем Технотронная Церковь.
