Такого с ним еще не бывало. Зимородок сел и потер подбородок. Итоги неутешительны. Он один, в густом тумане — и понятия не имеет, в какую сторону идти. Зимородок переобул сапоги, одев правый на левую ногу и наоборот. Трижды повернулся на каблуках и плюнул на все четыре стороны. В тот же миг, словно по волшебству, туман рассеялся, и Зимородок увидел, что стоит на широкой зеленой поляне.
У противоположного края поляны суетились какие-то люди, устанавливая высокие белые щиты. Приглядевшись, Зимородок понял, что это мишени.
Из леса один за другим выходили молодые люди, празднично одетые и веселые. Все они были вооружены луками.
Поляна наполнилась народом. Появились герольды с трубами, разносчики сладостей и напитков, прехорошенькие девицы со щечками как наливные яблочки. Зимородок не успел и глазом моргнуть, как оказался в толпе.
Вперед выступили герольды и трижды протрубили в трубы. Затем они громко прокричали:
— Соревнуются искуснейшие лучники Зеленого Края, самые твердые руки и самые верные глаза, наша краса и гордость: Джон Осенняя Грива, Ганс Прищуренный Глаз, Фома Хрюкающий, Коляба Кривой Палец и Зимородок-Следопыт!
После чего вновь вскинули трубы к небу и протрубили три раза.
Вперед выступили молодцы с луками, однако стрелять почему-то медлили, словно ждали кого-то. Зимородок запоздало сообразил, что ждут именно его. Что ж, он никогда не уклонялся, если ему бросали вызов.
Зимородок натянул тетиву и встал рядом с остальными. Впереди мелькнул белый платок — знак начинать состязание. Стрелки один за другим пустили стрелы. Зимородок не верил своим глазам: все четыре стрелы теснились вокруг центра мишени. Зимородок прицелился, и его стрела расщепила стрелу Ганса Прищуренный Глаз.
Герольды опять протрубили трижды и прокричали:
— Хвала и слава самым метким лучникам Зеленого Края! Мы сохраним эту мишень для потомства.
А сейчас вновь состязаются самые прославленные лучники Зеленого Края: Джон Осенняя Грива, Ганс Прищуренный Глаз, Фома Хрюкающий, Коляба Кривой Палец и Зимородок-Следопыт!
Пока они трубили, новую мишень установили на месте прежней. Впереди взмахнул белый платок, и первый лучник выпустил стрелу. Вторая, третья, четвертая — все они воткнулись в щит рядом с первой. Стрела Зимородка расщепила стрелу Джона Осенняя Грива.
Герольды оглушительно протрубили трижды, и один из них прокричал:
— Вечная слава героям — искусным стрелкам из лука! Эту мишень мы сохраним для потомства. А сейчас на состязание вызываются лучшие стрелки Зеленого Края: Джон Осенняя Грива, Ганс Прищуренный Глаз, Фома Хрюкающий, Коляба Кривой Палец, а также Зимородок-Следопыт!
Расторопные парни уже унесли истыканную стрелами мишень, а на ее место воздвигли новую. Все пять лучников, стреляя один за другим, попали в десятку. У Зимородка вдруг нехорошо засосало в животе, а герольды вновь приветствовали участников троекратным трубным ревом и завопили что есть мочи:
— Честь и хвала отважным стрелкам из лука! Эту мишень мы сохраним для потомства! А теперь на честный поединок вызываются лучшие стрелки Зеленого Края…
Зимородку показалось, что эту мишень установили дальше прежней, но затем он убедился в своей ошибке. Мишень была точнехонько на старом месте.
«Какое-то дурацкое состязание», — смятенно подумал Зимородок. У него появилось желание высказать устроителям турнира все начистоту и потребовать, чтобы они хотя бы отодвинули мишень. Но говорить было уже некогда. Стрелы летели в цель, и трубы снова трубили. Мишень уносили в архивы для потомства, новую водружали на место предыдущей.
У Зимородка мелькнула мысль, что пора уходить и разыскивать остальных, но вместо этого он поднял лук, и вскоре его стрела расщепила стрелу Фомы Хрюкающего…
Интересно, что за приз ждет победителя? Зимородок вдруг понял, что очень хочет заполучить его. С этой мыслью он снова прицелился…
Вокруг поляны по-прежнему колыхался туман, поэтому никто из потерявшихся ее не видел. Мэгг Морриган поняла, что отбилась от отряда и каким-то образом осталась одна в плотной серой пелене. Она постояла немного, прислушиваясь. Никого и ничего. Ни тяжкой поступи пана Борживоя, ни нескончаемой перебранки Гловача с Канделой, ни ойканий Марион, которая постоянно оступалась…
С невидимого в тумане дерева сорвалась капля. Мэгг Морриган потрясла головой. Она сердилась. Что за наваждение! Она, лесная маркитантка, ухитрилась сбиться с дороги!
— Эй! — крикнула она. — Кто-нибудь! Штранден! Зимородок!
Ответа не последовало. Но теперь ей показалось, что кто-то смотрит на нее из тумана. Ей стало не по себе.
— Кто здесь? — крикнула она еще раз.
Неожиданно ей отозвался голос незнакомого мужчины.
— А здесь кто? — посмеиваясь, переспросил он.
Мэгг Морриган отступила на шаг. Из тумана показался высокий стройный молодец, остроносый и быстроглазый, с копной соломенных волос и улыбкой от уха до уха.
— Привет, Мэгг Морриган! — крикнул он. — Вот так встреча! Ты что же, не узнаешь меня? — Казалось, это обстоятельство веселило его больше всего. — Да мы же с тобой старые друзья, Мэггенн! Я — Кленовый Лист. Неужели забыла? Идем, все уже собрались!
Он схватил Мэгг Морриган за руку, и вдруг она оказалась в большом хороводе. Правую ее руку крепко держал Кленовый Лист, левую сжимал какой-то разудалый малый в коротком красном плаще.
Неужели забыла? Идем, все уже собрались!
Он схватил Мэгг Морриган за руку, и вдруг она оказалась в большом хороводе. Правую ее руку крепко держал Кленовый Лист, левую сжимал какой-то разудалый малый в коротком красном плаще. Все распевали вразнобой какие-то веселые песни, где перепутались радостное пробуждение весны и зрелое изобилие осени. В припевах упоминались то зацветающие яблони, то спелые колосья. А в куплетах целовались, прятались в соломе, плели венки и перебрасывались яблоками. В хороводе мелькали босые ноги и мягкие сапожки, кружевные нижние юбки и полосатые фартуки, зеленые и коричневые штаны, лоскутные рубахи, шляпы с перьями, капюшоны, чепчики и шевелюры всех мастей. Все это скакало и кружилось вокруг высокого шеста, украшенного лентами, листьями и цветами.
Все заботы и волнения вдруг покинули Мэгг Морриган. Она кружилась и смеялась и с радостью чувствовала, что сама становится частью этого неистового веселья. Давно уже у нее не было так легко на сердце. В последний раз она веселилась от души, когда была еще маленькой, и отец брал ее на рыбачий праздник. Ей казалось, что этот хоровод способен возместить долгие печальные годы, проведенные в одиночестве.
Танцующие то подбегали к шесту, сжимая руки, то разбегались, растягивая круг, то вдруг на всем скаку меняли направление, и возникала веселая суета.
Мэгг Морриган кружилась и кружилась. Кружилась и кружилась… И наконец почувствовала, что начинает уставать.
— Я бы пожалуй передохнула, — крикнула она Кленовому Листу и попыталась высвободить руку.
Но он как будто не расслышал. Мэгг Морриган подергала рукой.
— Эй, ты! — крикнула она погромче. — Эй, Кленовый Лист! Я устала, слышишь? Отпусти, я хочу посидеть на травке.
Однако пальцы Кленового Листа словно приросли к ее ладони, и как она ни старалась, ослабить его хватку не могла. Хоровод несся по кругу, не останавливаясь ни на миг и увлекая за собою Мэгг Морриган.
