Это действительно оказалось красиво.
Их компания пробиралась через укутанный снегом лес, оставляя за собой дорожки перепутанных следов. Темнота же все густела вокруг. А деревья отливали серебром, просвечивая темными стволами сквозь фату морозного богатства. На синем небе посверкивал ясный месяц, и его свет, многократно отражаясь миллионами узорчатых снежинок, лился вокруг.
Казалось, лес прислушивается к тихим шагам. Разглядывает неожиданных гостей. И ждет. Чего-то ждет.
Молодые маги не переговаривались. Не хотелось каким-либо лишним звуком нарушить совершенную красоту царственного бора. Просто скользили меж толстых — не каждый и обхватишь — стволов и даже не пытались сбросить с себя чары леса. Этим чарам хотелось поддаваться.
Озеро оказалось большим. Не таким, какие бывают на открытой местности, но для такого бора действительно приличным. Оно даже не замерзло в эту холодную пору. Только по краям тонкий лед. Высокие деревья несли караул вокруг этого совершенства. В темных водах таинственно подмигивал месяц. Увидев выходящих к берегу магов, поднял голову невысокий олень, недоуменно посмотрел на них, потом все же решил скрыться от непонятных существ. Но сделал это не так уж и торопливо.
«Что же это за лес такой», — читалось на лицах друзей.
— Смотрите, — тихо, но вполне различимо в морозной тишине произнес Калли.
Взор его дивных глаз был устремлен к середине озера. И юные маги смогли увидеть такое волшебство, какое никто из них даже не мечтал когда-нибудь узреть. Прямо посреди незамерзших вод выткался из воздуха и мороза ледяной дворец. Высокие стены, башенки, стрельчатые окна, даже балкончики для прекрасных принцесс, распахнутые двери.
— Сдается мне, Златко, нам туда, — хмыкнул Грым. — Зря бы такое представление не стали устраивать.
С таким доводом трудно было не согласиться. Бэррин кивнул.
— Вот только как нам туда добраться? — задумчиво спросил Светлый.
— Что, не научились еще эльфы по воде ходить? — съехидничала (и так она долго терпела) Дэй. — Странно, право, странно.
Калли лишь бросил на вредину мимолетный взгляд.
— И вправду, как туда попасть? — озадачился Грым. — В такую погоду что-то в воду лезть не хочется. Ива, конечно, что-то колдонула тепла ради, но не думаю, что оно выдержит холодную воду.
— Не выдержит, — кивнула знахарка.
— Дэй и ты, Златко, можете перелететь, — предложил Калли.
— Шли вместе и дальше пойдем вместе, — отрезал Бэррин, в том числе и потому, что не был уверен, будто сможет призвать Синие крылья.
— А лодки нет? — оглядывалась гаргулья.
— У меня есть идея, — вдруг улыбнулась Ива. Сила Природы сладким зовом кружила вокруг.
— Какая? — Что-то в ее голосе заставило всех остальных из команды очень внимательно посмотреть на знахарку.
— Златко, Калли, поможете мне? — Словно чародейство леса сверкало на кончиках ее ресниц.
— А что требуется? — Вопрос предоставлять помощь или нет, даже не обсуждался. Они слишком привыкли друг другу доверять.
— Мне нужна дополнительная магия Воды.
Эта стихия была второй после профилирующей у всех троих.
— Договорились, — кивнул юноша. — Скажешь, что будешь делать?
— Не-а, пусть сюрприз будет. — Все та же колдовская улыбка.
Эльф с Бэррином переглянулись, но последовали за девушкой, а она шла к воде.
Вблизи озеро казалось еще темнее. Особенно по сравнению с белой кромкой инея и снеговой периной берега.
Ива присела на корточки и кивнула друзьям: «Сейчас». Изящная ладонь Калли легла на ее левое плечо, рука Златко — на правое. Чужие, но такие знакомые силы хлынули в девушку, и она сосредоточилась. Впрочем, особых усилий колдовство не потребовало. Сила Природа была повсюду, даже в избытке. Она пьянила кровь и дарила легкую эйфорию, рвущуюся улыбкой с губ травницы. И в деле, что знахарка задумала, именно эта магия играла ведущую роль. Волшебство воды лишь помогало ей в этом.
Ладошка юной чародейки коснулась темных холодных вод. Мгновение ничего не происходило. Потом вокруг маленьких пальчиков начало расползаться ледовое кольцо и побежало по воде все дальше и дальше, крепко сковывая озеро в своих объятиях. А Ива с чуточку странноватой улыбкой любовалась причудливостью узоров, что рисовал мороз на водной глади.
Несколько минут — и все озеро покрылось льдом. Тогда травница убрала пальцы от поверхности и попыталась согреть их дыханием. Вторую же ладонь вложила в галантно предложенную руку эльфа. Он помог ей подняться и мягким движением провел по озябшим пальчиками. Их приласкало магией Жизни, и холод мгновенно исчез.
— Идемте, — произнес Златко и первым ступил на белый, во многих местах прозрачный лед.
— Синекрылый, а ты уверен, что он нас выдержит? — Тролль был тут самым заинтересованным лицом: изо всех он был самым тяжелым.
— Не бойся, Грым, — кинула Ива на него взгляд через плечо. — Выдержит.
И под ручку с Калли шагнула следом за Бэррином Дэй с троллем переглянулись, но решили рискнуть. Правда, гаргулья касалась странной дороги лишь кончиками коготков на ногах. Основной вес ее каменного тела держали крылья. У Грыма такого преимущества не было, так что шел он не без опасений. Для него это был, пожалуй, самый неприятный момент всего приключения.
Златко тем временем отважно двигался по заледеневшему озеру и остановился только перед самыми ступеньками странного дворца. Следом подошли Ива и Калли.
— Ну что, заходим? — спросила травница, видя, что Златко медлит с первым шагом на ступеньки.
— Надо, — кивнул он.
— Надо делать только то, что велит сердце, — то ли возразил, то ли просто высказался эльф и тут же с давно забытой горечью подумал: «Да, хорошо советовать. Сам раз уже поступил, как велело сердце. И какой результат? Изгнание. Позор. Недовольство семьи… Зато познакомился с ними… — Светлый неожиданно даже для себя покрепче сжал пальчики знахарки. — И увидел это совершенство… — Он бросил восторженный взгляд на ледяной мираж. — И много чего еще увижу и испытаю».
Златко немного потерянно оглянулся на друзей. Как раз подошли Грым с гаргульей.
— Ну что, идем в хату? — поинтересовался тролль, которому очень не нравилось стоять на льду зимнего озера.
— Тебе лишь решать, — тихо произнес эльф, глядя на Бэррина своими странными синими глазами.
Синекрылый на миг прикрыл веки. Перед внутренним взором тут же пронеслись лица на портретах предков-магов, тяжелые тома истории семьи, Синие крылья на гербе рода… и промелькнуло: «Это ужасно. Все мои идеалы рухнули. Я просто не верю в это. В голове все путается… мысли разбегаются. Я, наверное, промолчу…»
Златко глубоко вздохнул и поставил ногу на первую ступеньку. Они, Бэррины, ничего не боятся и от истины не прячут голову в песок…
Колдовской дворец встретил их холодом. Стоило только вступить под его своды, как мороз укутал молодых магов. Прозрачные стены на самом деле были мутными, и мир за пределами этого волшебного замка терял свои четкие очертания, все смешивалось в какофонию красок и мороков. И казалось, ледяной дворец несется куда-то в ночную бездну — к темному небу или в глубину морозных вод.
И это было красиво: и изящные узоры льдистых стен, и безупречно стройные стрельчатые окна — их мозаика складывалась в странные, непонятные картины, что так похожи на кружево снежинок, — и перила широкой лестницы, которые начинались двумя стройными девичьими бело-прозрачными фигурами. Их тонкие совершенной формы руки указывали путь — вверх и только вверх.
