Светлый, кажется, сам запутался.
— Да, что-то не так во всем этом. — Синекрылый даже смутился. — Но сильное я бы почувствовал! Ведь я специально проверял!
— А может, все проще? — Грым как-то нехорошо осклабился. — Допустим, этот кто-то — маг покруче нас и сумел все сделать без сучка без задоринки?
Его собеседники совсем скисли.
— Тогда нам можно и не пытаться в чем-то разобраться, — вздохнул Златко.
— Допустим, этот кто-то — маг покруче нас и сумел все сделать без сучка без задоринки?
Его собеседники совсем скисли.
— Тогда нам можно и не пытаться в чем-то разобраться, — вздохнул Златко. — Более опытного и сильного мага мы не поймаем и не победим.
— Эй, что за пораженческие мысли? — Калли поднял голову и улыбнулся. — Все возможно, но ты сам, Синекрылый, говоришь, что надо делать то, что нам по силам, а там будь что будет.
Бэррин ответил на улыбку. Эта мысль была очень популярна в его семье. Если есть проблема, надо делать то, что может помочь ее решить, пусть это и не спасет полностью, но, по крайней мере, избавит от мук совести, кричащих о том, что ты мог, но ничего не сделал.
— Надо с девчонками посоветоваться. Свежие головы, глядишь, и увидят то, чего мы проглядели, — уверенно заявил тролль.
— Несомненно, — кивнул Златко, потом потер лоб. — У меня такое чувство, будто о чем-то подобном я где-то читал… Но вот не могу вспомнить — и все тут!!!
— Ну тогда вспоминай! — вынес вердикт Грым. — Но сейчас — спать!
Несмотря на приказной тон — а его никто в пятерке в отношении себя не любил, — послушались все. Вытянулись на кроватях, укрылись одеялами, почти синхронно зевнули (эльф деликатно прикрыл рот ладошкой, Златко и тролль не утруждали себя этикетом в такой ситуации) и начали засыпать. Грым захрапел почти сразу. А последнее, что слышал Синекрылый перед тем, как провалиться в темную пропасть сна, был голос Калли:
— Еще и крысы эти…
Метель, отдохнув за ночь, принялась усиленно наверстывать упущенное. Если прежде ничего не было видно на расстоянии в несколько локтей, то теперь видимость уменьшилась до одного. Складывалось впечатление, что снег решил окончательно похоронить под собой и без того не слишком уж высокое строение. Однако постояльцы из местных, в том числе и Златко, ни капли не беспокоились, считая подобное в порядке вещей.
Завтракать лучшая пятерка Земли решила в общем зале. В это морозное утро тут было как-то особенно уютно. Хозяева уже начали готовиться к Зимним праздникам. То там, то тут висели веточки ели, омелы, кисти зимних, или так называемых «морозных» ягод. На стенах, дверях, люстрах, балках развесили искусно выполненные деревянные и даже стеклянные расписные шары, колокольчики, шишки, орехи и прочую блестяще украшенную ерунду.
И вот сейчас, обозревая эту новую, еще не приевшуюся глазу красоту, друзья уплетали восхитительные теплые сырники, обильно поливая их вареньем и запивая душистым чаем из самовара.
— Эх, хороши! — высказалась Ива, чувствуя, как тяжесть последних дней куда-то улетучивается, и подмечая за собой, что как-то заинтересованно поглядывает на омелу. — Давно уже я не пробовала таких вкусных сырников. Хочу добавки!
— И не ты одна! — поддержала ее гаргулья, эротично облизываясь при виде как раз вовремя поднесенной дополнительной порции. — Это, пожалуй, самое вкусное, что мы тут ели. Да? Как думаешь, Златко? — Дэй толкнула локтем задумавшегося приятеля. Синекрылый и сам был не дурак покушать, но сегодня его мысли летали вокруг ночного разговора. Поэтому он только согласно хмыкнул. Но, видать, друзья решили его сегодня не оставлять в покое, потому что следующим вопрос задал Грым:
— Слушай, Златко, а может, нам ночью ехать, а? Метели в ночное время нет, а днем посмотри, какое безобразие!
Услышав такое предложение, Бэррин чуть со стула не свалился:
— Рехнулся, что ли? Грым, ты в своем уме? Ты хоть представляешь, сколько тут всякой дряни по лесам водится! Зверье, нежити немерено, нечисти всякой тоже выше крыши, монстров! Они и днем-то не особо стесняются, а ночью вообще спасу от них нет! Нет! Нет! И нет!!! Даже думать забудь!
Таким эмоциональным накалом заинтересовался даже эльф.
Поднял свою светлую голову, внимательно посмотрел на распаленного Синекрылого и спросил:
— А что маги?
— «А что маги»? — передразнил тот. — Тут всего Магического Университета не хватит, чтобы один лес вычистить! Да и смысл какой чистить? Тут же из другого места набегут! Ты даже не представляешь, сколько тут всего страшного! А зимой это все еще и звереет.
— Ужас, — высказалась Ива, не в силах надолго оторваться от сырников, — я думала тут относительно безопасные земли.
— Ну, в чем-то это так, — пошел на попятный Бэррин. — Если по дорогам да днем ехать, то опасностей не больше, чем в других местах. Тут на всех крупных трактах стоят всякие отпугивающие и, наоборот, охранные — для людей, ну и нелюдей, конечно, заклятия. Но ночью они фактически теряют свою силу. Поэтому посмотрите: никто и не рыпается куда-то ехать. Потому что по такой погоде не добраться до следующего постоялого двора или деревни, да и заблудиться можно запросто, а ночь под небом проводить — это верный путь на тот свет. И не только из-за холода.
После этих слов за столом воцарилось молчание, прерываемое только стуком столовых приборов. Потом Калли, налив себе еще чаю, произнес:
— Златко, думаю, если мы сейчас поведаем девушкам о нашей идее, то не испортим им аппетит. — И эльф меланхолично отхлебнул из кружки, ничуть не смущаясь под подозрительными взглядами спутниц.
— Да, Дэй, Ива, — Синекрылый, похоже, и сам хотел уже наконец перейти к делу, — мы вот что вчера выяснили…
И он начал рассказ. После того как отзвенели последние слова повествования, повисла обычная в таких случаях тишина.
— Слушай, Ив, — повернулась к подруге гаргулья, — а наши парни неплохо соображают с перепугу. Может, их надо почаще пугать посреди ночи?
Знахарка чуть не захлебнулась смехом и чаем. Златко, стуча ей по спине, укоризненно посмотрел на Дэй, та лишь скалилась.
Наконец Ива отстранилась от руки увлекшегося приятеля и произнесла:
— А что? Вполне рабочая гипотеза. По крайней мере, у нас есть то, над чем можно реально работать.
— А вам что — плохие сны не снились? — Грым с какой-то даже обидой посмотрел на девушек.
Те одновременно замотали головами.
— Не-а, — решила пояснить Дэй.
— Угу, — согласилась знахарка.
— Странно. — Златко и Калли переглянулись, потом Синекрылый добавил: — Но нам в принципе тоже не в одну ночь кошмары снились. Могут еще присниться.
— Добрый ты, Златко, — поежилась Ива, она боялась даже в мыслях перебирать свои страшные воспоминания, хоть они и лезли с настойчивостью уличных торговцев… Костер, призрак… один, второй, демон и темные силы, забравшиеся ей в самую душу… что еще? Ой, лучше даже не думать об этом!
— Да уж, — неприкрыто содрогнулась гаргулья. «Интересно, что она вспоминает? Полную луну и последний звук Полета Кленовых Листьев в самый главный день осени? Ветер в сердце и колдовские серебряные глаза? Что-то еще?»
— Ну, а может, и не приснится, — не очень убедительно поторопился успокоить их Бэррин, а через пару мгновений нетерпеливо спросил: — Ладно, а какие-нибудь мысли по существу есть? Свежим глазом, так сказать.
«Интересно, что она вспоминает? Полную луну и последний звук Полета Кленовых Листьев в самый главный день осени? Ветер в сердце и колдовские серебряные глаза? Что-то еще?»
— Ну, а может, и не приснится, — не очень убедительно поторопился успокоить их Бэррин, а через пару мгновений нетерпеливо спросил: — Ладно, а какие-нибудь мысли по существу есть? Свежим глазом, так сказать.
