— Проснись, лежебока!
Сон развеялся, а волны превратились в Лорейну, которая требовательно трясла меня за плечо:
— Я ведь предупреждала, что зайду за вами рано утром. Имейте совесть, лентяи! Негоже провести в постели ваш последний день пребывания в Эррендире!
Я приподнялась на локте и обнаружила, что утро уже в самом разгаре. Ребекка, обутая в новые роскошные сапоги, сидела на своем матрасе и полировала ногти, а свежеумытый Беонир стоял в дверях с полотенцем в руках и старательно вытряхивал воду из ушей. Мы наскоро позавтракали, подгоняемые безостановочным ворчанием принцессы, и покинули отведенную нам комнату. Лайил шла последней, с задумчивым видом неся в ладони конфету из водорослей и поглядывая на нее с явным неодобрением.
— Почему эльфы не спят в кроватях? — задала я принцессе вопрос, мучающий меня еще со вчерашнего дня.
— А зачем? — Лорейна по своему обыкновению рассмеялась. — Или наши матрасы оказались недостаточно мягкими для тебя?
— Странные они какие-то, — протянула воительница сквозь зубы. — Неужели в них тоже водоросли?
Она озадаченно подвигала нижней челюстью, и я едва сдержала смех, догадавшись, что за щекой лайил держит конфету, ни в какую не поддающуюся разжевыванию. Еще одну порцию сладкого деликатеса Ребекка втихую скормила чайке, и не подумавшей отказаться от дармового угощения.
— Точно! — кивнула эльфийка. — Особые. Впрочем, на Зачарованном побережье их много, сами увидите, потому что я приглашаю вас прогуляться по городу. А ближе к вечеру, на закате, мы отправимся купаться.
— А это обязательно? — помрачнела Ребекка, подверженная приступам острой неприязни к воде.
— Конечно нет, — удивленно приподняла брови эльфийка. — Можно просто посидеть на берегу, закаты сейчас особенно красивы.
— А я всю жизнь мечтала поплавать в Великом море, — призналась я. — Сколько себя помню, меня всегда тянуло на Зачарованное побережье. Впрочем, теперь я понимаю, насколько мало правды было в словах людей, которые посещали осенние ярмарки и воочию видели эльфов…
— Мы редко выбираемся за защитный магический периметр, окружающий наш берег, — охотно пояснил Горм. — Времена нынче неспокойные.
Но я посмотрела на воина с ехидным недоверием, вспомнив услышанные от принцессы сплетни, касающиеся его бурной в интимном плане молодости. Эльф багрово покраснел и поспешно отвернулся.
— Это в тебе кровь играет, — улыбнулась мне Лорейна, от которой не укрылась забавная реакция ее телохранителя. — Наша, эльфийская, между прочим. Ладно, ноги в руки — и вперед.
До самого вечера мы впятером бродили по улицам Эррендира, жадно вдыхая ароматы моря и подставляя лица Солу, щедро изливающему на Зачарованное побережье жаркие лучи. Лето полностью вступило в законные права, превратив изматывающие зимние ознобы в смутные воспоминания, уже почти стершиеся из моей памяти.
— Наша, эльфийская, между прочим. Ладно, ноги в руки — и вперед.
До самого вечера мы впятером бродили по улицам Эррендира, жадно вдыхая ароматы моря и подставляя лица Солу, щедро изливающему на Зачарованное побережье жаркие лучи. Лето полностью вступило в законные права, превратив изматывающие зимние ознобы в смутные воспоминания, уже почти стершиеся из моей памяти. Даже не верилось, что в это же самое время оставленный нами Блентайр изнемогает от ночного промозглого холода, дневной пыли и отсутствия воды. А впрочем, мне ведь уже объяснили природу столь мягкого прибрежного климата, поддерживаемого магией эльфийских чародеев.
Вскоре я позабыла о былом, отбросив прочь грустные мысли, ибо оказалось, что помимо парящего в небе королевского дворца на побережье достаточно и других завлекательных диковинок. Например, выяснилось, что одежду эльфы делают из водорослей, особым образом высушивая ламинарию и используя ее волокна как нити, из которых местные мастерицы ткут удивительно красивую мягкую ткань. Наша отважная воительница остановилась как вкопанная возле оружейной лавки, любуясь на великолепные клинки, кинжалы изящной формы и метательные лезвия в виде морской звезды. С большим трудом мне удалось уговорить ее оторваться от вожделенных железяк и сдвинуться с места.
Беонира сильно заинтересовала судебная система эльфов, их тюрьмы и методы наказания преступников, однако его вопрос заставил принцессу хохотать до упаду. Отсмеявшись, девушка объяснила, что судопроизводство давно стало совершенно ненужным в эльфийском городе понятием, а единственным хулиганом, которого король Адсхорн мечтает посадить под замок, является она сама.
Побывали мы также и на пристани, где привязанные к причалу лодки соперничали между собой пестрой росписью бортов и искусной резьбой на веслах. Лорейна с гордостью продемонстрировала нам своего «Альбатроса» — это маленькое суденышко сразу же привлекло наше внимание, поскольку выделяясь среди прочих изящно вырезанной фигуркой птицы на носу и серебристыми бортами.
Покинув причал, мы решили не возвращаться в город, а побрели вдоль берега по мягкому золотистому песку, любуясь оранжевым Солом, далеко на горизонте плавно опускающимся в безбрежную гладь моря. Я ощущала неведомое ранее блаженство. На душе стало так спокойно, как никогда доселе. Волны по-собачьи преданно лизали пятки, словно уговаривая окунуться в теплую, как парное молоко, воду и смыть с тела грязь, страхи и боль последних дней.
Наконец принцесса привела нас в маленькую бухточку, надежно укрытую за невысоким холмом. Песок здесь перемежался россыпями разноцветных ракушек, а покатые белые камни создавали естественный волнорез, защищающий залив от шторма.
— Ну вот, это мое укромное замечтательное место…
— Э-э? — озадаченно промямлил Беонир.
— Замечательное место для мечтаний, — томно промурлыкала принцесса.
— То есть о нем никто не знает? — удивилась Ребекка, снова насмешив Лорейну.
— Да нет, знают все, но никто и не собирается посягать на мое уединение. Давайте, долой эти тряпки — и в воду!
— Я, пожалуй, еще чуток пройдусь вдоль берега, если ваше высочество не против! — смущенно заотнекивался Беонир.
— Лорейна! — Девушка с шутливой строгостью зыркнула на юношу. — Еще раз забудешь мое имя, и я скормлю тебя королевским чайкам…
— Я с тобой, — неожиданно заявила Ребекка, и на лице ниуэ проступило некое подобие улыбки. — Что-то меня сегодня совсем не тянет плескаться…
Сладкая парочка влюбленных врагов давно скрылась за изгибом дюны, а я все еще не решалась скинуть рубашку.
У меня возникло странное, не поддающееся рациональному объяснению чувство, что, обнажив свои крылья, я причиню эльфийке сильную душевную боль. Но и просто стоять спиной к принцессе было невежливо, а посему я вздохнула, медленно стащила рубашку через голову и бросила ее на песок, отправляя к уже снятым камзолу и штанам. Позади меня раздался громкий полустон-полувсхлип. Я резко обернулась…
Лорейна сидела все там же, на обточенном морем камне. Крупные прозрачные слезы струились по ее лицу и, не встречая на пути никакой преграды, тяжело падали на песок.
— Услышали… — Только сейчас я поняла, что эльфийская принцесса счастливо улыбается. — Они нас услышали…
— Кто?.. — оторопела я, ожидающая чего угодно, но только не такой загадочной реакции.
