— Боюсь, друзья, вам придется позволить Рику прочесть вас, — хихикнул Вадиус. — Юноша имеет право убедиться в нашей правдивости.
Грациус с видом мученика прикрыл глаза, пропуская меня в свое сознание. Так… ну, магические резервы я изучать не стал, мне это было не интересно.
Грациус с видом мученика прикрыл глаза, пропуская меня в свое сознание. Так… ну, магические резервы я изучать не стал, мне это было не интересно. Мотивы, побуждающие его рисковать, мне тоже были ясны, для этого и читать волшебника не требовалось. Достаточно того, что его разум наполнен темными заклятиями. Рано или поздно храмовники придут за ним. А вот душевные качества… смел, даже дерзок, азартен. Игрок, любит идти ва-банк. Склонен к принятию нестандартных решений и тем опасен. Остроумен, ироничен, смешлив… Нашел. Он знаком с дядей Ге. Вот они, воспоминания. Он видел, как уводили моего опекуна. Видел, но ничего не смог сделать. Это было посреди дня, за дядюшкой явился целый отряд храмовников, с пятью магами. Один из них — член Совета. Грациус и сообщил об этом лорду Глейнору.
Я перешел к насупившемуся Дживайну. Полная противоположность своему напарнику. Наверное, они очень дополняют друг друга. Серьезен, склонен к глубокому анализу ситуации. Просчитывает каждый свой шаг, мыслит на три хода вперед. Не любит риск. Он тоже знает дядю Ге и уважает его, как сильного мага. И он не лжет.
— Убедились, Рик? — спросил Вадиус.
Его я читать, конечно, не пытался. Что толку изучать астральную проекцию? Призрак, он и есть призрак. Остановился напротив Лауриты, но передумал. Во-первых, она ясно озвучила свои мотивы. Во-вторых, все же жрица посвящена Нее. Кто знает, какие могут быть последствия от соприкосновения с ее энергетикой? А вот герцог Марслейн — загадочная личность. Его необходимо изучить. Я прикоснулся к светло-синей ауре, потянулся к сознанию и вдруг понял, что не могу двинуться дальше. Аристократ не поддавался чтению. Еще попытка — и снова на моем пути встала какая-то неведомая преграда. Я вернулся в свое тело.
— Теперь вы с нами, Рик? — усмехнулся фантом Копыла.
— Да.
— Я тоже, — медленно проговорил Дрианн.
— Меня можете даже не спрашивать, — оскалился Лютый. — У меня давние счеты с Вериллием.
Лорд Глейнор, даже не почувствовавший моей попытки вторжения в его разум, спросил:
— Что произошло?
— Говоря упрощенным языком, Рик читал ваши мысли с помощью тонкой магии, — пояснил Вадиус.
Герцог недовольно нахмурился:
— Это было необходимо? Разве моего слова недостаточно?
— Только не надо этих дворянских штучек! — проворчал Копыл. — Слово чести, присяга императору — все это прекрасно. Я и сам знатного рода. Но сейчас мы не можем позволить себе такой роскоши. Рик совершенно прав: нужно проверять всех и каждого! Я, кстати, тоже неоднократно читал вас, лорд Глейнор, прежде чем начал вам доверять.
— Хорошо, — было видно, что такая сдержанность дается герцогу с большим трудом, — если мы все выяснили, приступим к разработке плана действий.
Он расстелил на столе карту города, и мы склонились над ней. Теперь это была и моя война тоже. Моя война с Вериллием.
* * *
— Светозарная… — Кай’Санраир, маг из Дома Жемчужного тумана, лучший вопрошающий во всем Аллириле, склонился в тщательно выверенном поклоне. — Мы изучили пряди волос злоумышленников.
— И какими будут ваши выводы? — мягко спросила Лиа, привычно скрывая свои истинные чувства под маской гордой невозмутимости.
Белое платье паутинного шелка кипенными волнами ниспадало к подножию трона.
Мягкие солнечные лучи, проникая сквозь окна большого зала, окутывали мерцающей дымкой жемчужину диадемы. Сегодня — никакой простоты. Она должна предстать перед своими подданными истинной владычицей, хозяйкой Аллирила.
— Мы выяснили имена эльфов, дерзнувших напасть на вас, Светозарная.
— Мне ни к чему имена, скажите лучше, к каким Домам они принадлежали.
Лицо Кай’Санраира не выражало ничего, кроме вежливого почтения, но Лиа сумела уловить оттенок смятения в его интонации, когда маг ответил:
— Среди них эльфы почти всех Домов, Светозарная.
— Всех? — этого владычица не ожидала.
— Двадцать нападавших. По двое от каждого Дома.
— Кроме Домов Жемчужного тумана и Хрустального дождя, верно?
Смятение усилилось, теперь оно читалось во взгляде вопрошающего, проговорившего:
— Кроме Домов Рубиновой луны и Хрустального дождя…
Как хочется переспросить, уточнить, уверен ли он. Но не стоит обнаруживать слабость. Тем более что Кай’Санраир выразился вполне определенно. Двое из разбойников принадлежали к ее Дому. Осталась последняя надежда:
— Они находились под воздействием магии?
— Нет, Светозарная.
Плохо. Очень плохо. Эльфы сознательно пошли против нее.
— Вы нашли их семьи?
— Все эти эльфы молоды, не старше двухсот, неженаты, жили отдельно от родителей, — маг немного помолчал, потом произнес. — Один из них — мой младший брат, Светозарная.
— Вот как? И каким он был?
— Мы не поддерживали с ним отношений около двадцати лет. Он не захотел продолжать традиции рода, отказался обучаться искусству вопрошания. Отец изгнал его из дома. Брат был непокорным, вечно ищущим приключений авантюристом. Он исчез, и нам ничего о нем не известно.
— Должна ли я понимать, что отряд был сформирован из изгоев?
— Именно это я и хотел сказать, Светозарная.
— Что-нибудь еще?
— Больше ничего не удалось найти. Ни связей, ни знакомств. Быть может, внутренняя разведка…
— Хорошо. Ступайте.
Кай’Санраир сделал шаг назад и ровно, с достоинством спросил:
— Могу ли я искупить вину своего брата?
— Нет. Вы нужнее Аллирилу живым. Самоубийство ничего не изменит.
— Но задета честь нашей семьи…
— Я запрещаю.
— Как вам будет угодно, Светозарная, — маг почтительно и вместе с тем изящно поклонился и вышел.
Только тогда Лиа позволила себе на мгновение прикрыть глаза и усталым жестом провела по лбу. Результаты вопрошания ошеломили ее. Она была почти уверена, что нападавшие принадлежат к одному Дому. И не обязательно к тому, которым правит организатор покушения. Это было бы слишком просто. Но чтобы ее собственные подданные осмелились поднять руку на владычицу… И почему исключениями явились именно Дома Рубиновой росы и Хрустального дождя? Случайность? Не похоже. Подданные ее смертельной врагини и самого близкого друга. Как это совместить? Если бы в покушении не принимал участия один Дом Рубиновой луны, это можно было бы объяснить. Хотели обелить себя, остаться в стороне. С другой стороны, Сири слишком мудра и опытна, чтобы оставлять такие прямые указания своей причастности.
Хотели обелить себя, остаться в стороне. С другой стороны, Сири слишком мудра и опытна, чтобы оставлять такие прямые указания своей причастности. Не потому ли исключила еще и эльфов Тая? Запутать? Навести на подозрение? Или… сговор? Кто может подобраться ближе, чем любовник? Кто знает о ней почти все? Откровенная нелепость нападения не давала покоя. Ведь каждому ребенку известно, что ни один маг не справится с владычицей Аллирила. Тем более, человеческий маг. Что это, вызов? Предупреждение? Объявление войны? Скорее всего, предупреждение. Откровенная, наглая демонстрация непокорности и несогласия с ее правлением.
Лиа ласкающим движением прикоснулась к радужному шару, украшавшему подлокотник трона. Переливающаяся вещица, словно невесомый мыльный пузырь, мягко поднялась в воздух и повисла перед владычицей на расстоянии вытянутой руки.
