— Нинанна, твой народ брал сегодня сыр из этого ларя? Мышь презрительно посмотрела на ворона и что?то возмущенно запищала.
— Ага! Этот черный мироед стащил головку сыра и спрятал ее у себя в гнезде. Понятно. И ты можешь ее найти? Мать мышей утвердительно пискнула.
— Тогда вели принести его сюда.
Ворон настороженно посмотрел на свою маленькую соперницу, на хозяйку и снова на соперницу. Не прошло и трех минут, как внушительная процессия серых тварей, пыхтя, тащила к столу увесистую головку сыра, на которой следы вороновых когтей соседствовали со следами мышиных зубов.
— Кар?р! Ка?а?ар! К?к?кар.
— Ах, тебе его подбросили? Тебя пытаются очернить? Очернить? — Девушка невольно улыбнулась такому каламбуру.
— Пи?и?и! — Нинанна опустилась на четыре лапки и, став, кажется, в пару раз больше от возмущения, приготовилась отстаивать свою правоту любыми возможными средствами.
— Кар! К?кар?р! — Ворон расправил крылья и угрожающе шагнул к матери мышей.
— А ну прекратите! Сладу с вами нет. Возвращайтесь к себе и не появляйтесь, покуда я вас не позову!
Ворон исчез так же стремительно и внезапно, как и появился. Лишь звук его прощального карканья еще висел в воздухе. Мышиный караван немедленно развернулся и опрометью кинулся прочь, унося с собой сыр.
— Нет, сыр оставьте.
Процессия с явной неохотой затормозила, и пропажа наконец?то была возвращена владелице.
— И так всегда. Постоянно ссорятся, — пожаловалась красавица.
— Вот так мы и живем, — согласился дотоле молчавший Крис.
Похоже, весь этот сырный конфликт дал ему время прийти в себя. Объятый приливом галантности, стажер обнажил кинжал и начал нарезать сыр кусочками. Клинок прошел сквозь головку, как сквозь воздух, и вонзился в столешницу, оставляя на ней глубокую царапину. Чуть помедлив, она стала затягиваться.
Чуть помедлив, она стала затягиваться.
— Не так, мой милый воин. — Хозяйка провела пальцем над сыром, и тот распался на аккуратно порезанные части. — Однако сыра будет, пожалуй, маловато, — задумчиво произнесла она, созерцая ненасытный блеск Виконтовых глаз. — Ладно, сейчас мы это поправим.
Девушка вытянула руку по направлению к лесу, видневшемуся сквозь бойницу. Раздался свист втягиваемого воздуха; крупный заяц, возмущенно дергая лапами, влетел в комнату. И к тому времени, когда нам посчастливилось закрыть рты, он уже призывно шипел салом на вертеле, вращаемом неведомой силой. Наконец Виконт вновь пришел в себя настолько, чтобы поддержать свое реноме учтивого юноши.
— А?а?а?а… Э?э?э… мнэ?гм… Сожалею, что некому представить меня вам, прекрасная госпожа. — Он склонился в глубоком поклоне. — С вашего позволения, я позволю себе… э?э… н?н… в общем, представлюсь сам.
«А также позвольте мне извиниться за то, что я позволил себе быть непредставленным вам непозволительно долго», — моментально съязвил Лис.
Не обращая внимания на выпады недоспавшего начальства, стажер продолжал свою учтивую речь:
— Мое имя Кристиан де Ла Доннель, виконт де Монгийе, оруженосец доблестного рыцаря Вальдара Камдила.
— Когда вот тот дуб можно было обхватить одной рукой, — леди указала на маячившего за бойницей исполина в четыре обхвата, — забредший сюда охотник назвал меня Хена[24]. Воин из твоего народа, бывший здесь тогда, когда этот дуб можно было обхватить двумя руками, назвал меня Ану[25]… — Хозяйка замка тихо вздохнула и, помолчав, добавила: — Ты даже похож на него. Очень похож.
Она еще раз внимательно посмотрела на Криса и отвела взгляд.
— Можешь называть меня так, а можешь придумать что?то свое. Однако оставим беседу на потом. Время трапезы, — закончила свою речь хозяйка зачарованного замка.
Виконт галантно предложил ей руку и повел девушку к столу, который непонятным образом был уже вполне прилично сервирован.
Лис, чей ужин сегодня был весьма условным, немедленно вломился на канал связи и потребовал полной передачи всех вкусовых ощущений в научных целях.
— Сейчас! — сказал Виконт и стал еще более ожесточенно работать могучими челюстями. — Нет, не могу! Видимо, связь барахлит.
— Чтоб у тебя желудок так барахлил, жлоб проклятый! — возмутился Рейнар и, отключив свою связь, деланно зевая, пробурчал: — Не вижу ровным счетом ничего интересного. Понятное дело, парень с дороги проголодался, пусть себе подкрепится, а я пойду спать. Если что, буди.
Между тем Кристиан самозабвенно расправлялся с зайцем, словно тот был его заклятым врагом.
— Мой юный друг, — обратился я к Крису, внутренне признавая правоту Лиса. — Ты что, жрать сюда пришел?
— Угу! И за этим тоже, — незамедлительно радостно отозвался Вик, тщательно пережевывая пищу.
— Стажер, ближе к делу! — Лишенный возможности физически урезонить зарвавшегося юношу, я перешел на официальный тон. — В этот замок просто так не попадают. Задача: узнать, что эта Старая Леди имеет тебе сообщить.
— А как? — благодушно отозвался сытый в первом приближении Виконт.
— Послал Господь помощничка! — тяжело вздохнул я. — Чему вас там в ваших колледжах учат?
— А, не знаю! Я за сборную Оксфорда в футбол играл. — Стажера после еды пробило на откровенность.
— Займи ее куртуазной беседой! — обреченно посоветовал я, понимая, что добиться толку от моего оруженосца все равно не удастся. — Если я что?то в этом понимаю, она сама перейдет к делу.
Виконт, загадочно улыбаясь, подсел поближе к своей очаровательной соседке.
— Сударыня, вот вы тут в лесу все одна да одна, и не скучно вам?..
— Виконт, тормози! Этой сударыне лет больше, чем тому дубу за окном! Ты что, еще этого не понял?
Мне почему?то показалось, что Крис меня не расслышал.
Девушка печально вздохнула:
— Скучновато… Но когда надоедает весна, делаю лето. Надоедает лето — устраиваю осень… Иногда, конечно, заходит кто?нибудь из обители святого Корнелия[26], а то с Поляной поболтаем. А уж когда совсем тоскливо, смотрю в волшебный кристалл. — Она помолчала немного и добавила: — Это единственная вещь, оставшаяся от моего возлюбленного.
— М?да… — сочувственно отозвался Виконт. — И давно он умер?
— А кто сказал, что он умер? — Хозяйка явно удивилась.
Тут пришла пора изумляться бравому стажеру. Перспектива появления пресловутого возлюбленного его почему?то не обрадовала. Вернувшись в прежнюю позицию, он решил перевести разговор на более нейтральный предмет.
— И что, скажем, видно в этом кристалле?
— Да много чего. И как ты Берту Большеногую по пяткам хлестал. Чем она тебе, кстати, не угодила? Безобиднейшее создание, даром что великанша… Впрочем, если хочешь, взгляни сам. Может, увидишь чего интересного. В нем каждый видит свое…
Девушка прочертила в воздухе пальцем какие?то таинственные знаки. Они вспыхнули голубоватым пламенем и медленно растворились в темноте. На том самом месте, где еще недавно громоздились живописные останки невинноубиенного зайца, сухо потрескивая и искрясь, возник граненый прозрачный кристалл величиной со средний арбуз. Хозяйка поднесла к нему руки:
— Для начала давай найдем твоего рыцаря. Изображение кристалла исчезло, и я увидел себя, сидящего в вальяжной позе на скомканных шкурах в самом непрезентабельном виде: мешки под глазами, солома в волосах, свежая щетина.
«Что?то кудри мои растрепались», — смущенно подумал я, проводя пятерней по густым некогда зарослям. Мое, казалось бы, простое действие произвело весьма неожиданный эффект. Девушка внезапно вскочила, в волнении закрывая рот рукой. Раздался треск, изображение пропало.
