А кто выглянет-то!…
Но для того, чтобы приобрести необходимый камень, Сереже еще созреть надо. Ничего, ничего, недолго уж осталось…
Глава десятая, экспериментальная
— Могут ли так уплотниться молекулы человеческого тела, чтобы въехать в камень? — спросил бывший энергетик. — И что для этого требуется?
— Если смотреть с молекулярной или атомной точки зрения, то человек есть ходячее облако из элементарных частиц, — отвечал бывший электронщик. — Но если их сбить в ком — возможно, ком будет крупнее этого чертова авантюрина…
— Не поминай нечистую силу всуе, — одернул одноклассника отец Амвросий. — Все это очень похоже на ее пакости. Что там выкликала твоя ведьма? Она же демонов призывала, не иначе.
— По-твоему, Данка тоже призывала демонов, когда исчезла? — спросил Сережа. — Да она и слов-то таких не знает!
— А Майка?
Вот как раз за бывшую супругу Сережа поручиться и не мог. Майкина голова вечно была набита всякой псевдонаучной и псевдомистической ахинеей.
Одноклассники сидели в столовой священничьего дома и заедали теории неизменным грибным супом.
— Вот десять лет назад я бы этот камушек отправил на анализ куда следует, — размечтался отец Амвросий. — Ведь состав авантюрина известен — это минерал группы полевых шпатов и кварца, а блестки в нем — либо оксиды и гидрооксиды железа, либо слюда, либо самородная медь…
— Где ты химии нахватался? — удивился Сережа.
И отец Амвросий предъявил открытую на нужной странице книгу про камни, позаимствованную в тот бурный вечер из библиотеки сгинувшего Наследника.
— Так вот, — продолжал красавец-батюшка, — в доброе старое время, когда в этой стране еще финансировали науку, мы бы нашли возможность сделать анализ камушка на высшем уровне! И если молекулы Наследника туда проникли — их бы нам сосчитали и пронумеровали!
Сережа покачал головой. И издал совершенно атлетический вздох.
— Наследник сам пытался докопаться до тайны камней, — сказал он. — Нужно перешерстить все его имущество — может, записи сохранились, закладки в книгах… Не бывает так, чтобы дорога — в один конец. Должен быть способ выйти из камня.
— Этот твой алкоголик роется сейчас в средневековой восточной литературе, — сообщил отец Амвросий. — Ищет сказку про царевну-из-сапфира. И в 1001 ночи тоже, говорит, есть какие-то намеки. Я снова главы из Исхода перечитал — оказывается, на камнях еще что-то написано было. Может, это играет роль? У арабов на сердоликовых талисманах обязательно цитату из Корана писали…
— Писали? Чем? — усомнился бывший электронщик.
Но бывший энергетик хорошо похозяйничал в библиотеке Наследника. Он достал еще одну книгу, открыл заложенное газетным клочком место и прочитал:
— Раствор поташа смешивался с нашатырем, этой жидкостью наносили тексты-заклинания на сердолик и нагревали его. Написанное в виде эмалевидных белых знаков четко пропечатывалось на камне. Таким образом избегали дорогостоящих граверных работ…
Отец Амвросий задумался.
— Слушай! — воскликнул он. — Эврика! Нужно начертать на этом проклятом авантюрине честной крест! Может, тогда он отпустит Наследника!
— Не надо, — возразил Сережа. — Все эти выкрутасы на порядок старше христианства. Может, у тех, кто заварил эту каменную кашу, крест обозначал что-то этакое… для нас неподходящее…
— А любопытно — кто бы мог ее заварить…
И бывшие технари задумались.
Сказать, что они были не сильны в истории, значило польстить обоим. Отец Амвросий хоть набрался знаний в духовной семинарии, но для него главным источником сведений была Библия и комментарии к ней. Сережа и того не имел.
Каменные же затеи начались, надо полагать, еще в допотопные времена.
Доев суп, Сережа взял минералогическую книгу и принялся ее листать, останавливаясь на самом занятном.
— Галит… — вдруг произнес он. — Соль! Надо же, как она по-научному называется…
И вдруг замер.
Идея, зародившись в мозгу атлета, стремительно обретала очертания и даже замаячило на горизонте практическое применение.
— Растворимый кристалл! — воскликнул Сережа.
Отец Амвросий уставился на него с тревогой.
— Растворимый кристалл! — и атлет принялся трясти за плечи красавца-батюшку, как в годы золотой юности. — Не понял? Десантный кристалл!
— Господи, спаси и сохрани раба Божия Сергия! — отвечал на это отец Амвросий. — Ибо разумом скорбен и… и…
— Десантный кристалл! — возглашал между тем Сережа. — Вот как мы добудем шкатулку!
Он стал копаться в бумагах на столе священника.
— Ну, вот же он! Смотри — вот особняк, вот ограда, а вот — бассейн!
Отец Амвросий вытянул шею и увидел план виллы Николая Юрьевича, откуда он вынес пулю от пневматического пистолета.
— Ну, бассейн?
— Он же почти у ограды, — несколько успокоившись, стал вразумлять одноклассника Сережа. — Если заклинание этой ведьмы таки действует, я могу войти в кристалл, потом этот кристалл будет переброшен через ограду в бассейн, растворится — и мне не останется ничего другого, как принять прежний образ облака из элементарных частиц и вылезть на поверхность. Остальное — дело техники!
— Погоди, погоди! — отец Амвросий тоже загорелся идеей. — Ведь в кристалл можно войти с оружием! Взяла же Данка с собой пистолет! Ты проникнешь ночью на территорию особняка, войдешь, возьмешь шкатулку…
При этом красавец-батюшка взволнованно черкал план, изображая тонким красным фломастером Сережин маршрут. Вдруг фломастер застыл в воздухе.
— А как ты оттуда выйдешь?…
— Я же говорю — кристалл растворится…
Сообразив, что имел в виду отец Амвросий, Сережа замолчал.
И молчал довольно долго.
— Сделаем так, — сказал он решительно. — Я возьму с собой все оружие, какое только удастся купить, и побольше гранат. Ты на машине будешь ждать меня поблизости. Скорее всего, этот дом — на сигнализации. Я подниму переполох и со шкатулкой пробьюсь во двор.
Стремительно разработанный план свидетельствовал о том, как вредно атлетам смотреть заграничные боевики.
— А как ты сиганешь через колючую проволоку? — осведомился бывший энергетик. — В виде молекулярного облака?
— Пока я буду разносить особняк гранатами, ты с обычной удочкой подойдешь к ограде и перекинешь леску с крючком на ту сторону, — подумав, распорядился Сережа. — Им там будет не до того, чтобы еще за каменным забором присматривать. На крючке будет что-нибудь вроде авоськи. Я суну туда шкатулку…
— … и залезешь сам…
— Без Лилианы не обойтись, — вдруг заявил Сережа. — Понадобится еще один кристалл — чтобы я ушел в него. И тогда ты просто-напросто вытащишь нас всех удочкой. И — ходу!
— Хватит с меня черной магии! — вдруг заорал отец Амвросий. — В грех я из-за вас впал! Теперь не замолю! Вот наложат на меня из-за этой ведьмы епитимью!…
— Кто наложит?
— Владыка!
— А откуда он узнает?
— А исповедь?!.
— Исповедь? — Сережа знал, что бывший энергетик уверовал, но не до такой же степени, чтобы ради благого дела не соврать… — Но тебя же за сумасшедшего примут.
— За бесноватого, — поправил отец Амвросий. — И за одержимого. Чего доброго, в обитель к старцам отправят, на покаяние, и чтобы они меня там отчитывали… пока из меня нечистая сила не выйдет…
Он пригорюнился.
— Ну, так что же ты решил? — спросил Сережа.
— Не надо было тебе с этой ведьмой связываться, — отвечал отец Амвросий. Другого ответа на свой вопрос атлет не дождался. Ну что же…
