«Сегодня Урзагу будут переданы верительные грамоты. Завтра он отнесет их королю Гурвану и официально станет нашим послом в Кантилиме, а послезавтра ты должен под любым предлогом вытащить его к Гайранскому пруду. Ровно в полдень его будут там ждать».
В записке не было ни адреса, ни подписи, однако содержание говорило само за себя. Урзаг теперь точно знал, что находится в запечатанном пакете. У него сразу пропало желание менять обстановку в кабинете.
«Это конец! За что? Сами бы попробовали справиться с Архазом. — Черный колдун был близок к панике. — Гайранский пруд? Это где? По-моему, на западе. Там еще какие-то странности с магией происходят».
Огарец прочитал записку еще раз.
«А что, если письмо не дойдет до адресата? Его же потеряли? — Приговоренный к смерти быстро сообразил, что такой вариант не в его интересах. Исполнителю могут прислать другой приказ, и тогда время и место, скорее всего, изменят. А тут появлялся шанс подготовить соответствующую встречу тем, кто придет по его душу, а заодно и выявить шпиона среди своих людей. — Не стоит упускать случай, который нам дарит судьба».
Урзаг положил письмо на пол таким образом, чтобы из-под тумбы стола был виден только краешек. Через минуту в комнате снова возник посредник. Он поискал пропажу глазами. Обнаружив лист, бородач обратился к клиенту:
— Забыл сказать: меня просили проследить, чтобы вы при мне открыли пакет и ознакомились с его содержимым.
Пока огарец распечатывал конверт, бородач подобрал оброненное послание. Как и подозревал Урзаг, внутри пакета оказались верительные грамоты и приказ завтра же передать их королю Кантилима.
— Я просмотрел бумаги.
— Тогда я удаляюсь.
Посредник исчез, оставив хозяина кабинета в тревожном состоянии.
«Одному мне с убийцами не справиться. Нужна помощь. Где ее взять? Допустим, я найду себе помощников. Как обставить дело, чтобы меня не уличили в том, что я… пытаюсь спасти собственную шкуру? Проблема не из легких. Решать ее нужно срочно, иначе всю оставшуюся жизнь придется скрываться. У дядюшки хоть имеются связи в королевском окружении и, если он до них доберется, — защитят. А мне и приткнуться не к кому. Разве что к рундайцам? Брр!» От отвращения черный колдун вздрогнул.
Глава 17
ПОБЕГ
— Мы наконец-то выбрались из юго-восточного округа, — облегченно вздохнул Станс, когда гористая местность сменилась равнинным пейзажем.
Сомов выглянул в окно. Справа от дороги показалось огромное озеро. Оно напомнило парню его излюбленное место в Подмосковье, где они с Коневым обычно ловили карпа.
— Притормози, — попросил он возничего. — Давайте сделаем небольшой привал. Хочется ноги размять.
Путешествие по краю пропасти оказалось ужасно утомительным. Дорога сплошь состояла из бугров и рытвин, а если и попадались ровные участки, то они были густо усеяны разнокалиберными булыжниками, и пассажиров мотало по салону, как кубики льда в шейкере. В общем, тряска в чудом не развалившейся карете измотала всех.
— Михаил, ты случайно не забыл, что мы очень спешим? — напомнил Зерг.
Отмеченный тенью к этому времени уже сбросил обувь, закатал брюки и блаженствовал, стоя по колено в воде.
— Я бы с удовольствием забыл, да удавка не позволяет, — тяжело вздохнул парень. Нахмурившись, он коснулся пальцами обруча. Тревожные мысли заметно подпортили настроение. Сомов повернулся к кучеру: — До Кантилима еще далеко?
— Через два дня доберемся до границы. Но вы же понимаете, без пропуска нас не выпустят.
— Что еще за пропуск?
— Бумага, разрешающая въезд и выезд.
— У кого ее можно добыть? — по-деловому спросил Гога. Парень разделся по пояс и поливал себя водой, зачерпывая ее ладонями.
— Добро на пересечение границы дает или начальник пропускного пункта, или глава приграничного поселка. Но далеко не всем. Пропуск в Огаре выписывают только черным колдунам, отправляющимся в Кантилим по приказу знатных вельмож, и торговцам.
— Подойдет. У нас есть сертификат.
— Вы купцы?!
— Конечно. Гога у нас знатный коммерсант. Эдуард — чародей, а мы с Зергом — телохранители, — усмехнулся Сомов.
— Не может быть! Это ж зона моих жизненных интересов! — воскликнул возничий. Он впервые внимательно осмотрел каждого из попутчиков. — Но у вас же нет главного — товаров. Без них нельзя, могут заподозрить неладное.
— Деньги — тоже товар, — заметил Марицкий. — Мы продали свое добро, а чужого нам не надо.
— Вы ж понимаете, это по меньшей мере глупо! — не удержался Станс. — Ехать из Огара с пустыми руками?! Люди жизнью рискуют, чтобы попасть сюда и провернуть хотя бы одну сделку. Одна монета, потраченная здесь, дает пять, а при удачном раскладе — и десять там, у нас, в Кантилиме!
Мишка даже присвистнул:
— Ничего себе прибыль! Чем же здесь торгуют?
— Да кто ж вам признается. Но любой купец, кому посчастливилось сюда добраться, в первую очередь покупает сушеный грюнд и кофейные зерна. Кто побогаче — изумруды и рубины, цены на них в три раза ниже наших. А если разбираешься в магических снадобьях, тут можно достать такие компоненты, которых в Кантилиме днем с огнем не разыщешь!
Глаза Станса заблестели сильнее его собственной лысины, словно все перечисленные богатства уже были аккуратно сложены в карете.
— Так ты купец? — спросил Сомов.
— Был им, — вздохнул кучер, мысленно возвращаясь к реальности.
— Гога, принимай помощника. Теперь у нас настоящая фирма. Зерг, как у тебя с деньгами? Разбойники не отобрали?
— Меня обыскивать не рискнули, но монет осталось совсем немного — и полсотни не наберется.
— Обещаю как минимум утроить капитал, — горячо заверил Станс.
— Не получится, — осадил его прыть Мишка. — Мы очень спешим и не можем тратить драгоценное время на походы по местным рынкам.
— Зачем рынки? Заедем всего в одну деревеньку. Чтобы совершить сделку, мне хватит полчаса. Мы ведь далеко от главных торговых путей, тут цены вообще должны быть бросовые. Вы же понимаете: нам все равно нужно починить карету — она вот-вот развалится. Опять же пора запастись продуктами. — Возничий умоляюще посмотрел на отмеченного тенью огня. — Да и лошади на одной траве недолго протянут.
— Насчет пищи он действительно прав, — поддержал Гога. — Если меня в ближайшее время не покормить, я съем Каланчу. Прямо со всей его желчью.
Час назад эти двое сильно поругались. Как обычно, из-за пустяка. Эдуард неласково высказался по поводу гористой местности, тряска по которой довела его до морской болезни, а Скальнов принялся бурно защищать полюбившиеся горы.
— Подавишься, — огрызнулся Марицкий.
— Скажи лучше — отравишься. В тебе яду — любая змея позавидует.
— Зато ты у нас сладкий и толстый, как пасхальный кулич, — не остался в долгу студент.
— Ладно, поехали искать пропитание, — остановил разгорающийся скандал Мишка. — Каннибализм — не наш метод решения проблем.
После встречи с Вуризом победитель турнира последней надежды сделал для себя один важный вывод: надо стараться не думать о том, что на шее висит кошмарная удавка. Мысли о ней действовали на психику, превращая парня в нервного, неуравновешенного типа, а Мишка таким никогда не был. Во взвинченном состоянии невозможно принять выверенное решение, от которого подчас зависит жизнь. Парень никогда не сомневался в том, что нельзя под напором надвигающейся беды сидеть сложа руки, бороться нужно до конца. Любыми способами. Ведь второй жизни не будет… Но при этом следует все-таки оставаться самим собой. Иначе ничего хорошего не получится.
