«И стоило так стремиться к этой победе, чтобы кому-то одну ссылку сменили на другую? Но в том милом городке хотя бы можно было жить. А тут?»
Получив от фортуны очередной подарок, парень даже не удивился новому ландшафту. Финальный поединок, Ромкуш, почему-то оказавшийся мрагом, вмешательство устроителей турнира и заступничество Зерга — после таких перипетий незапланированное «турне по пескам Каракума» уже не казалось чем-то из ряда вон выходящим.
Мишка не торопясь осмотрелся по сторонам. Куда ни глянь — везде простиралось красное море песка. И никаких признаков жизни.
Седого рядом тоже не наблюдалось.
«Вот это первый приз, я понимаю! Выбросили в раскаленную пустыню без капли воды, да еще нацепили чертов ошейник. Без него я хотя бы посредника вызвать мог. А теперь и не знаю… Вот так соединишь печати срочного вызова, появится мужичок в зеленой рубахе и найдет мой труп с удавкой на шее… Может быть, потом так и придется сделать, когда совсем худо станет. Какая разница, от чего умирать — от жажды или от этой мерзкой петли? А что он мне там пытался говорить о Руене, будто ее магия должна меня сжечь?»
Михаил потянулся к вороту рубахи. На месте неизвестно кем пришитой пуговицы теперь осталась лишь оплавленная дыра.
«С этой пуговицей явно было что-то не так. Неужели огромное пламя возгорелось от маленького кругляшка? Что ж, надо будет при встрече поблагодарить подругу Скальнова. Хотя… о какой встрече может идти речь? А с другой стороны, если не надеяться, что мне тогда вообще остается?»
Победитель турнира присел на корточки и поднес пригоршню песка к глазам. Крупинки оказались двух видов: те, что покрупнее, были желтоватого цвета, а совсем мелкие, но более тяжелые (ветер не смог их выдуть с ладони), красные.
«Я, конечно, не ожидал ничего хорошего ни от Зерга, ни от его соплеменников, но и на подобную подлость тоже не рассчитывал. Эх, грехи мои тяжкие! — Сомов поднялся. — Значит, они обиделись. Ну еще бы — обычный гладиатор положил на обе лопатки выходца из мрачного мира! Этого, по их мнению, вообще не может быть. В результате от нас решили попросту избавиться. Но так, чтобы сохранить видимость справедливости. Зерга объявили прощенным, а за то, что он пытался отстоять свои права, ему «слегка» удлинили дорогу домой. Получается, как в том анекдоте — и все кругом честные люди. Только вот смеяться почему-то не хочется…»
— Ешкин кот и хрен морковкин в одном флаконе! — раздалось сзади.
Мишка резко повернулся:
— Гога? А ты здесь как оказался?
— Спроси чего полегче. Нас с Каланчой только что собирались сделать рабами. Потом — бац! — и я здесь.
— А Эдуард?
— Я почем знаю! — Скальнов недовольно озирался по сторонам. Видимо, песчаный пейзаж его тоже не слишком устраивал. — Мы выскочили на арену, я схватился за топор и потребовал, чтобы нас отправили вместе с вами. Но, судя по выражению морды мерзкого главаря мрагов, ему мое требование было до лампочки.
— А где в это время был студент?
— Когда ребятишки в ярких маскарадных мундирах собирались вокруг нас хороводы водить, мы стояли спина к спине.
— Выходит, Марицкого унесло к Зергу? — предположил Мишка. — Или он так и остался на арене?
— Да хрен с ним, с Марицким, выпутается как-нибудь. Ты лучше скажи, что нам делать? Меня не особо вдохновляют здешние климатические условия.
— Надо отсюда двигать, это понятно. Но куда именно? Ни одной стоящей мысли. А спросить, сам видишь, не у кого.
— Ситуация, чтоб ее… — Скальнов приложил ладонь козырьком и медленно оглядел горизонт, крутанувшись вокруг своей оси. — Никаких примет, кругом сплошная красная гладь.
— Гога, а откуда у тебя ранец? — Мишка только сейчас заметил мешок, висевший за спиной друга.
— Так я думал, мы после твоей победы прямо со стадиона отправимся домой. Вот и собрал кое-чего в дорожку. На всякий случай. Зерг хоть и обещал забросить нас в столицу Кантилима, но, зная его подлую натуру, нужно было готовиться к худшему. Вот я и подстраховался.
— Хочешь сказать, что у тебя там и вода есть? — вкрадчиво спросил Михаил, боясь спугнуть удачу.
— Воды, к сожалению, нет.
Но вина литра три я прихватил. Думал, сразу и отпразднуем.
— Гога, ты прелесть! — Сомов от радости бросился обнимать запасливого «гнома».
— Только не вздумай целоваться! Не посмотрю, что ты мне друг. — Улыбаясь, Скальнов театрально приложил кулак к ладони.
— И ты туда же! Думаешь, мне мордобоя на арене не хватило? Видел, кого они против меня выставили?
— Какого-то урода, хорошо замаскированного под Ромкуша. Ты знаешь, такую когтистую лапу, как у того типа, я один раз уже имел счастье лицезреть.
— Где?
— Как ни странно, у самого Зерга, когда мы к нему домой заявились. Этот гад хотел заграбастать мой амулет. — «Гном» вытащил подарок Руены из-под рубахи. — Представляешь, протянул свою поганую руку, а она вдруг трансформировалась в такую же лапу. Зрелище, скажу тебе, не для слабонервных. К счастью, ничего у него не вышло — клешня обожглась о мой кулон. Седой тогда сильно перепугался. Но сегодня вел себя достойно.
— Еще бы. У него хотели отобрать победу вместе с возможностью вернуться домой.
— И все-таки лихо ты разделал бывшего князя, кем бы он ни был. Жаль только, некоторые мражистые душонки нам всю обедню поломали.
— Да, здорово нам праздник испортили. — Сомов несколько воспрянул духом. Благодаря запасливости «гнома» у них было чем утолить жажду. — Ну что, есть идеи, куда идти?
— Предлагаю, как тогда в Москве, — строго на юг.
— Хорошо, я не против. Осталось разобраться, где здесь юг?
Гога задумчиво почесал затылок — а действительно, где? Когда солнце в зените, определить стороны света не так просто.
— Пожалуй, без головного убора в здешней Сахаре долго не протянешь. — «Гном» снял куртку и начал сооружать себе подобие чалмы.
Мишка тоже решил слегка облегчить свой гардероб и освободился от кольчуги.
— Жалко выбрасывать, но лишняя тяжесть ни к чему.
— Если ты намекаешь на мой топор — и не надейся. Я его ни за что не брошу. Должен же хоть один из нас быть при оружии.
— Я тоже вооружен благодаря тебе. — Мишка раскрыл левую ладонь, в которой сжимал стальное ядрышко, прикрепленное цепочкой к запястью. — Не возражаешь, если пока оставлю его при себе?
— Не жалко. А чего ты на меня уставился? Не нравится мой тюрбан? — «Гном» с трудом закончил сооружение головного убора.
— Да я сначала думал — показалось, а теперь опять…
— Что?
— Твой кристалл. Он загорается, словно сигналы подает.
— Да ну? — «Гном» посмотрел на подарок Руены. — Почему я ничего не вижу?
Скальнов передернул плечами, и кристалл действительно пару раз вспыхнул, будто внутри зажигалась и гасла лампочка.
— Заметил?
— Ага. — Гога взял кулон в руки и покрутил его, полагая, что фокус обусловлен преломлением света, но это ни к чему не привело. — Ты что-нибудь понимаешь?
— Это же твой медальон, тебе и решать загадку.
— Ладно, сейчас мы ее разгадаем.
Скальнов поднимал и опускал камешек, вертел его вокруг себя, сам крутился. Наконец счастливый «гном» окликнул приятеля:
— Смотри.
Кристалл излучал желтый свет.
— А в чем фокус?
— Не знаю почему, но он горит только в том случае, когда я гляжу в ту сторону! — Крепыш поднял голову, указывая подбородком нужное направление.
