Адвокат узнал, что я отслужил своё и вновь вернулся к профессии частного детектива и вечным денежным затруднениям, поэтому быстро нашёл подходящее решение. Я нуждался в деньгах, гном в статуэтке. Мы были хорошей парой и нуждались друг в друге сильнее, чем сиамские близнецы. Отсюда и аттракцион невиданной щедрости, проявленный гномом. Он согласился на мои грабительские расценки, лишь бы я разыскал столь драгоценную его сердцу статуэтку Ган-Ли.
Мы не стали дожидаться эльфийки. Я оставил для неё на письменном столе клочок бумаги, на котором написал следующее: 'Заплати за аренду, скоро вернусь, Гэбрил'. Перед словом Гэбрил расплылась большая клякса. Она маскировала неосторожно написанное желание 'целую'. Впрочем, Лиринна девочка уже большая и вполне способна догадаться, чем я хотел заняться по возвращению.
Гном приехал на собственной карете. Богачи могут себе это позволить.
Богачи могут себе это позволить. На козлах сидел кучер, я не удивился тому, что он был человеком. Когда у тебя хорошая зарплата, какая разница кто твой наниматель: гном, человек или эльф?
Дирк хотел было сунуться к нам в кабину, но мастер Таг отправил его на запятки. Я думал, что гном хотел со мной поговорить без лишней пары ушей, но мастер Таг всю дорогу молчал, словно набрал в рот воды и не хотел расплескать. Так мы и ехали: гном смотрел в своё окно, а я в противоположное.
Жил мой наниматель в Туземном Квартале. Иного я и не ожидал. После неоднократных волнений и массовых беспорядков всех Других селили только на этом острове, отделенном от материка разводным мостом. Даже не верится, что год тому назад я был среди защитников моста, не пускавших озверевших молодчиков в Туземный Квартал. Вот был ли на мосту мастер Таг, мне что-то не припоминалось. Когда я спросил его об этом в упор, гном пробурчал неразборчиво:
'Меня в тот день не было в столице'.
На этом наш разговор окончился.
Карета прикатила к особняку гнома. Он выглядел так, словно был высечен из скалы, как выяснилось позднее — я не ошибался. Вся прислуга у мастера Тага тоже была набрана из людей. Я слышал, что гномы терпеть не могут служить, а теперь в этом убедился собственными глазами. Бородатые карлики предпочитают вкалывать до седьмого пота в мастерских и каменоломнях или биться стенка на стенку с врагами. Они принципиально не признают над собой хозяев, однако предпочитают оставаться лояльными к их монаршему величеству, нашему королю. Думаю, потому что считают это наименьшим из зол.
Внутри особняка было светло — работящие гномы пробуравили скалу как черви яблоко и проделали массу оконных отверстий и высоких (в первую очередь для гномов) коридоров, поэтому я успел пересчитать головой почти все пороги.
— Где вы хранили вашу статуэтку? — спросил я Тага, пока он вёл меня по одному из на редкость запутанных проходов.
Архитектор, строивший этот дом, должно быть, провёл остаток дней в психушке.
— В самом надёжном месте, — вздохнул гном. — Во всяком случае, до вчерашнего дня я именно так и думал.
— И что это за место?
— Я называю его сейфом, хотя на самом деле это выдолбленная в скальной породе комната, похожая на каменный мешок, с одним единственным выходом, на который наложено охранное заклятие.
— Очень смахивает на королевское хранилище, — усмехнулся я.
— Да, такое же надёжное, — доверительно сообщил гном.
Действительно, такое же 'надёжное'. Никто до сих пор не знает, что в прошлом году королевская казна была ограблена и из неё вынесли очень ценный артефакт. Тогда я вляпался в эту историю с похищением Ключа от Портала по полной программе. Вот и в этом случае, пропала какая-то глиняная свистулька, а голова Гэбрила Сухаря уже торчит здесь по самые уши.
— Охрана у входа, разумеется, имеется?
— Да, — лаконично ответил гном.
Мне что — уронить его на холодный пол и пинать до тех пор, пока он не научится разговаривать?
— 'Да' — это ответ недостаточный. Мне нужны подробности.
— Вход охраняют двое. Охранники меняются через каждые три часа. Ни один из них не может проникнуть внутрь: сожжёт на месте.
Знакомая схема. Вместо того, чтобы обездвижить воришку, дабы потом допросить его как следует (вдруг удастся выйти на наводчика и раскрутить всю шайку), заклинание просто его испепелит и перед вами останется лежать обыкновенная кучка пепла, расспрашивать которую — самое бесполезное занятие на свете.
С другой стороны, такое защитное устройство играет огромную воспитательную роль: отпугивает многих потенциальных воров и грабителей.
— Я смогу попасть в ваш сейф?
— Сможете. Сейчас я произнесу кодовое слово и деактивирую ловушку, — пояснил гном.
— Скажите, а кто-то другой мог узнать кодовое слово и им воспользоваться? — спросил я.
— Его и так здесь каждая собака знает, — ухмыльнулся гном. — Но это ничего не даёт. Заклинание срабатывает только на мой голос. Любой, кто попытается его подделать, обречён.
А я как раз собирался спросить его о пародистах!
Дверь, ведущая в комнату, откуда испарился Ган-Ли, смахивала на огромный канализационный люк, поставленный вертикально. Однако, в отличие от городской канализации, за ней водились совсем иные сокровища. И пахли эти сокровища совсем по иному. Именно так пахнут все деньги мира, собранные в одном месте.
Я никогда в своей жизни не видел так много золота, серебра, драгоценных камней и прочих дорогих вещей, хранившихся в столь восхитительном беспорядке. Должно быть, у гнома имелась какая-то система хранения всего этого добра, но человеку со стороны эти залежи напоминали обычную мусорную кучу, в которой вперемешку лежали картофельные очистки и обрывки старых обоев.
Здесь было темно. Единственным источником света служила небольшая нещадно чадившая масляная лампа, висевшая на крюке, вделанном в потолок.
Гном хорошо ориентировался и моментально подвёл меня к пустовавшей нише, расположенной на высоте в полметра от уровня пола.
— Статуэтка стояла здесь, — с горечью сообщил гном, вытирая украдкой слёзы.
— Не очень уютное местечко, — я обвёл глазами своды каменного мешка и почти сразу поёжился. Невесть откуда взявшийся сквозняк промораживал до самых костей. — Может, вашей статуэтке здесь надоело, и она отправилась искать более тёплое местечко? Скажем, на юг…
— Я плачу вам не за сомнительные шуточки, — процедил сквозь зубы мастер Таг.
— Они не более чем бесплатное приложение к моим услугам.
— Всё равно, я нанимал частного сыщика, а не циркового шута, — упрямо протвердил гном.
— Вам придётся принимать меня таким, каким я есть, — парировал я, разглядываю осиротевшую нишу.
Интересно, каким образом сюда мог проникнуть воришка? Может быть, не обошлось без магии? Какой-нибудь волшебник вроде Алура телепортировался сюда, взял, что ему надо и смылся обратно? Да нет, вряд ли. Здесь очень ограниченное пространство, а при телепортации маг не может рассчитать точку своего перемещения с точностью до одного метра (это я слышал от Алура), значит, он рискует угодить прямиком в гранитную породу скалы и остаться в ней навеки.
— Почему вы не заперли столь драгоценную для вас вещь под замок?
— Какой ещё замок? Единственный вход защищён заклятием, снаружи стоит охрана. Если кто-то вздумает продолбиться сквозь скальную породу — я буду первым, кто это услышит. Сюда и мышь не проскочит, — разъярился гном.
