— Неси её сюда. Сейчас я что-нибудь подберу для этой неверной.
Мы ещё долго шутили примерно в таком духе, пока Гвенни не убедился в том, что готов приступить к выполнению нашего поручения. Встретиться договорились утром в моей конторе. Я поймал для него кэб, и приятель укатил на романтическое свидание, благоухая, как чайная роза.
Больше на сегодня у меня не оставалось никаких планов. Я спросил Лиринну, когда она в последний раз видела призрака барона Отто фон Бомма.
— Очень давно. Ему надоело сидеть на одном месте, и он отправился побродить по королевству. Обещал навестить по возвращению.
— Ясно. А Алур, как поживает наш волшебник?
— Он купил себе дом в пригороде, живёт в нём вместе с Милой, правнучкой и одновременно ученицей. В городе бывает очень редко. Я слышала, что власти хотели привлечь его для своих нужд, но он категорически отказался. Пригрозил устроить кучу неприятностей, если они снова к нему сунутся.
— Молодец, старик! Может быть, мы его навестим как-нибудь при случае? — спросил я.
— Давай закончим дело и навестим. Я испеку пирог. Алур очень любит ягодные пироги.
— А уж как я их люблю, — произнёс я, привлекая к себе эльфийку.
— Сильнее чем меня?
— Ответ отрицательный.
Этот вечер пролетел настолько незаметно, что я не понял, когда на небе успели загореться звёзды. Мы вновь гуляли с Лиринной по вечерним улицам столицы и снова целовались как сумасшедшие на лужайке возле дома Лигреля.
Этот вечер пролетел настолько незаметно, что я не понял, когда на небе успели загореться звёзды. Мы вновь гуляли с Лиринной по вечерним улицам столицы и снова целовались как сумасшедшие на лужайке возле дома Лигреля.
— Может быть, ты зайдёшь? — спросила эльфийка, высвобождаясь из моих объятий. — Папа о тебе спрашивал.
— Я чувствую себя перед ним неловко, — признался я. — Он догадывается о наших отношениях?
— Папа обо всём догадывается, — засмеялась эльфийка. — Про наше вчерашнее прощание под окнами дома ему уже успели напеть все соседи.
— И что он говорит?
— Ему интересно, сумеешь ли ты называть его папой?
— Это хороший вопрос, — признался я, ломая в руках шляпу.
Я едва успел проскочить через мост до того, как его развели.
Дома мне почему-то снова приснилась бывшая жена. Мы с ней сидели на веранде старого дома и разговаривали. Она как будто хотела мне сказать что-то важное, но не могла решиться. Проснулся я с первыми лучами солнца, бодрый и … голодный как волк. До прихода Лиринны мне удалось умять банку с тушёнкой, купленную в одном из круглосуточных магазинчиков.
Эльфийка появилась как по расписанию — в девять часов. В отличие от многих знакомых мне женщин, она отличалась пунктуальностью, но жениться на ней я хотел по совсем другим причинам. Я бы не стал рвать на голове волосы, опоздай она хоть на несколько часов. Я был готов простить ей всё, что угодно.
Мы снова пили кофе и разговаривали о совершенно посторонних вещах. Она рассказывала о том, как прожила этот год и сколько ей пришлось всего натерпеться, а я… я испытал чувство растерянности. Все мои воспоминания за время службы в армии сводились к унылым однообразным армейским будням, к потасовкам и схваткам, из которых мне удавалось с трудом уносить ноги, к тупости большого начальства и к смертельной скуке, бравшей меня в плен в редкие минуты свободы. Неужели эти темы могут заинтересовать мою Лиринну? Поэтому я всё больше молчал и слушал её ласковый и нежный голос.
Гвенни пришёл к десяти. Я сразу понял, что этой ночью ему так и не удалось сомкнуть глаз, но приятель похоже был этому только рад.
— Привет Гэбрил, салют Лиринна! Полкоролевста за кофе, — громогласно провозгласил он, усаживаясь с нами за один стол.
— Королевство можешь оставить себе, — сообщил я, наливая ему в чашку кофе из кофейника с высоким носиком. — Нас интересует список клиентов.
— Сейчас, сделаю только один глоток и расскажу вам всё, что мне удалось узнать, — произнёс Гвенни, зажмурившись на один глаз.
— Тогда пей побыстрее, — я подвинул ему чашку с напитком.
Гвенни не успокоился, пока не осушил её до дна, но мы терпеливо дожидались, когда же он, наконец, соизволит сообщить детали.
— Значит так, — решительно начал мой друг. — Позволь мне поблагодарить вас с Лиринной: Дебби оказалась настоящим сокровищем. Я увидел её и сразу потерял голову.
— Так-так, — нахмурился я. — Ты потерял голову. Это меня настораживает.
— Мы провели с ней незабываемый вечер…
— Твоё помятое лицо наводит на мысль, что и ночь тоже, — ввернул я.
— Фу, Гэбрил, как это пошло…
— Знаешь что, Гвенни, оставь романтические воспоминания себе, лучше расскажи нам, что тебе удалось из неё вытянуть.
— Ну, она уже успела побывать замужем, муж погиб на войне. Живёт одна в небольшой квартире.
Живёт одна в небольшой квартире. У неё воспитанная кошка и говорящий попугай.
— Гвенни, я тебе сейчас дам по шее. Хватит издеваться. Что ты узнал о клиентах?
— Ничего!
— Что?!! — вскричали мы с Лиринной.
— Ни-че-го! — по складам повторил Гвенни. — Но у вас есть шанс получить эту информацию от неё, правда при одном условии.
— Постой, Гвенни, она что, тебя раскусила?
— Конечно, раскусила! — взорвался мой друг. — На что вы рассчитывали? Она же не набитая дура, чтобы не суметь сложить в уме два и два.
— И что она от нас хочет?
— Чтобы вы ей помогли, — теперь уже спокойно отозвался Гвенни. — Её магазин раньше принадлежал мужу, он успел наделать долгов перед тем, как его призвали в армию, а потом погиб на войне. Теперь Дебби расплачивается по старым долгам мужа, а их набралось немало. Кредиторы накрутили немыслимые проценты.
— Да, эти сволочи умеют вешать ярмо на шею, — согласился я. — Особенно Толстый Али.
— Без него здесь тоже не обошлось. Сегодня она передаёт одному из парней Толстого Али крупную сумму денег. Это последняя часть её долга. Однако сумма настолько велика, что Дебби приходится подумывать о продаже своего дела. Магазин прогорает.
— У нас нет денег, — признался я. — Мы тоже отдаём долги.
Но Гвенни меня не слушал.
— Если вам удастся каким-то образом заполучить обратно эти деньги, то Дебби назовёт вам все имена и адреса.
— Ты толкаешь нас на преступление?
— Нет, на небольшую авантюру. Гэбрил, ты же умный малый, придумай, как ей помочь, — умоляюще попросил Гвенни.
Я задумался. Мне очень не нравилось то, на что нас толкает Гвенни.
— Может быть, я поговорю со своим нанимателем, и он согласится заплатить за список клиентов некую разумную сумму?
— Ты не знаешь, Дебби, — безапелляционно заявил друг. — Она хочет вернуть свои деньги и, вдобавок, наказать парней Толстого Али. Ты не находишь, что они слишком уж распоясались?
— Я нахожу, что у Дебби чересчур богатая фантазия. Возможно, девушка просто не в ладах с реальным миром.
— Думай, что хочешь, Гэбрил. Я передал тебе её слова. Либо вы возвращаете Дебби её деньги, наказав Толстого Али, либо ищете информацию в другом месте. Всё, я умываю руки.
— М-да. Задал же ты нам задачку, Гвенни. Если я рискну ограбить Толстого Али, мне придётся радоваться, если удастся дожить до следующего рассвета. Он шуток не понимает.
— Придумай что-нибудь, Гэбрил. Зачем у тебя голова — ведь не только для того, чтобы шляпу носить.
