Дебби не тянула и спровадила Гвоздя восвояси, как только тот получил и пересчитал причитавшиеся деньги. Нагло улыбающийся субъект, держа в руках увесистый баул в котором лежала вся сумма, спустился по крыльцу, сделал несколько шагов и почти сразу наткнулся на меня.
Малый сразу смекнул, что я не представляю для него никакой опасности: подумаешь какой-то жирный коп, которому вздумалось совершить вечерний моцион! Гвоздь приветливо подмигнул и хотел продолжить путь. Не тут-то было. Я преградил ему дорогу и громко приказал:
— Стоять!
Мила предупреждала, что голос изменениям не поддаётся, но Гвоздь забыл манеру разговора Морса или оказался полностью выбит из колеи моим грозным окриком, поэтому не сумел уловить разницу.
— Морс, ты чего? Совсем обурел? — бандит не мог поверить своим ушам.
— Я тебе приказываю остановиться.
— Да что с тобой? Тебе что — платят мало?
Ага, вот оно прямое подтверждение продажности Морса. Лейтенант-то наш оказался прикормленным копом. Впрочем, я не удивился, так как давно сомневался в его честности, а про порядочность вообще молчу.
— Какое тебе дело, сколько мне платят? Покажи, что у тебя в сумке.
— Морс, отвянь. Не буду я тебе ничего показывать. Хочешь неприятностей, так толстяк тебе их враз обеспечит, только скажи.
Глазки Гвоздя настороженно перебегали с места на место. Я скривил губы в подобие усмешки.
— Говорю тебе, покажи, что в бауле.
Гвоздь разозлился:
— А если я не покажу, то что?
— Ничего, — сказал я, доставая из кобуры пистолет (Гвенни держал у себя в квартире превосходную имитацию боевого оружия, сделанную из окрашенного особым составом дерева. Пока не подержишь в руках, в жизни не догадаешься, что перед тобой игрушка). — Дыркой больше, дыркой меньше. Тебе решать, Гвоздь.
— Морс, ну ты и дурак, — испуганно возопил бандит. — Брось свою пушку, у меня не хуже есть.
Он потянулся рукой в карман, выудил оттуда пистолет, но я ударил по его пальцам рукояткой игрушки. Должно было быть больно, по себе знаю. Гвоздь ойкнул и уронил пушку на мостовую. Я спокойно подобрал пистолет и засунул себе за ремень.
— Так будет лучше.
— Ну, ты и сволочь, Морс, — Гвоздь не придумал ничего лучше, как ударить меня по носу. Вижу, что особого пиетета по отношению к полицейской форме он не испытывал. Что же, зарвавшегося субъекта стоило хорошенько поучить. Я легко уклонился от удара и врезал Гвоздю в область солнечного сплетения. Парень сложился пополам. Для того чтобы восстановить дыхалку, ему понадобилось минут пять, не меньше. Надеюсь, теперь он меня зауважал, однако, почти сразу я убедился в поспешности сделанного вывода:
— Пошёл ты, Морс! — бандит попробовал удрать, но я успел сбить его с ног подсечкой, и Гвоздь растянулся на земле во весь рост, напоминая дождевого червяка на мокрой брусчатке.
— Ещё одна попытка и я буду вынужден стрелять, — предупредил я длинного, проведя дулом по его позвоночнику. Бандиту мой массаж не понравился, но он терпеливо молчал. Я убрал оружие и приказал Гвоздю встать.
Гвоздь поднялся. Сейчас он уже смотрел на меня исподлобья. Я чувствовал его страх и удивление. Он считал меня сумасшедшим: продажный коп взбунтовался и осмелился укусить кормившую руку.
— Давай сюда баул.
На этот раз Гвоздь не стал спорить и отдал мне сумку. Увесистая — как она ему руку-то не оттянула? Я открыл замок и увидел то, о чём знал наверняка. Сумка почти до верху была набита купюрами самого разного достоинства. Внизу позвякивала разносортная мелочь — где Дебби её только насобирала?
— Откуда у тебя столько денег?
— Не пори чушь, Морс. Если я тебе скажу, что получил в наследство от бабушки, ты ведь не поверишь.
Если я тебе скажу, что получил в наследство от бабушки, ты ведь не поверишь.
— Не поверю. Твоя бабушка не могла дожить до этого дня. Она наверняка скончалась как только ей показали внука.
— Прости, Морс. Другого ответа у меня для тебя нет. Лучше скажи, что ты собираешься с этими деньгами делать?
Я усмехнулся:
— Не твоё собачье дело. Давай вали отсюда, пока я не передумал и не переломал тебе все кости. Привет толстяку. Передай, что ему пора садиться на диету.
Гвоздь стал пятиться задом как рак, не спуская с меня испуганных глаз. Отойдя на безопасное расстояние, он не сдержался и крикнул:
— Какой же ты идиот, Морс! Али скормит тебя акулам.
— Чего?!! — вскинулся я, нацеливая пистолет на уровень груди бандита.
Гвоздь бросился бежать. Случайные прохожие старались не вылезать из щелей или стремительно пробегали, боясь оказаться свидетелем очень опасной для здоровья разборки. Я дождался, пока Гвоздь скроется в ближайшем переулке, а потом отправился к Гвенни. Там меня ждали остальные.
Обратная метаморфоза произошла по дороге к его дому. Я едва успел сесть на ближайшую лавочку, потому что вмиг почувствовал себя выжатым словно лимон. По лицу пробежала судорога, мышцы тела свело и почти сразу отпустило. Вот и всё. Я снова стал самим собой. Какое это приятное ощущение, словно заново родился.
Мне хотелось убедиться, что со мной всё порядке. Для этого я на минутку заскочил в ближайшую цирюльню и покрутился минуту перед большим зеркалом как невеста, примеряющая подвенечное платье за неделю до свадебной церемонии. И цирюльник, и его клиент с намыленной до ушей физиономией смотрели на меня с недоумением.
— Всё в порядке, — улыбнулся я им. — Просто забыл, как выгляжу, пришлось напомнить самому себе. Простите за беспокойство.
— Да ничего, — протянул цирюльник. — Забудете ещё раз — приходите смело. Милости просим.
— Спасибо! Теперь бы ещё вспомнить, как меня зовут, — рассмеялся я и вышел из цирюльни.
Кажется, цирюльник и его клиент посмотрели друг на друга одновременно и так же одновременно покрутили у виска указательными пальцами.
На лицах Лиринны, Гвенни и Милы явственно читалось нетерпение. Друзья набросились на меня как бездомные собаки на сахарную косточку. Я сгрёб их в охапку, и чуть было не задушил.
— Как всё прошло, Гэбрил? — спросила эльфийка, на миг, ускользая из объятий.
— Прекрасно, как по маслу, — я торжественно помахал в воздухе баулом с деньгами. — Примите и распишитесь.
— Ты молодчина, Гэбрил, — Гвенни повис у меня на плечах как девчонка, — Они не догадались?
— Не они, а он. Там был только один из парней Али по прозвищу Гвоздь. Я думаю, сейчас он сейчас в красках живописует толстяку о том, что Морс слетел с катушек и отобрал деньги.
— Значит, скоро у Морса будет куча проблем? — обрадовалась Лиринна.
— Нехорошо желать зла ближнему своему, но Морс заслужил. Хотя этот парень скользкий как угорь, должен выкрутиться.
— Жаль, — вздохнула Лиринна.
— Подними носик повыше, детка. Морсу будет несладко, это я тебе гарантирую. Толстый Али не из тех, кто даст обидчикам спуску.
Затем я повернулся к довольному как слон Гвенни:
— Мы своё дело выполнили, переходим ко второй части нашего уговора. Пора отправляться к Дебби. Вернём ей деньги и узнаем имена клиентов.
Гвенни улыбнулся.
Вернём ей деньги и узнаем имена клиентов.
Гвенни улыбнулся.
— Это ни к чему, Гэбрил. Деньги я ей отвезу один, а имена ты получишь прямо сейчас, не сходя с этого места. Будешь записывать или так запомнишь?
