— Стражу вы сегодня вряд ли дождетесь, — оборвал его Вит.
— Почему? — удивился граф.
— Ей не до вас. Она меня ловит.
— В смысле — как? — выпучил глаза граф.
— Шутка, — поспешил успокоить его бывший семинарист. — Не волнуйтесь. Перед вами лучший сыщик Вавилота, а это мои помощники…
— А как же жетон?
— Работа под прикрытием. Знаете, что это такое?
— Нет.
— Ваше счастье. Страшное дело. Одно неверное движение и — все!
— Что все?
— В вашем доме играет музыка, но вы ее не слышите.
— Я не слышу?
— Не вы, а я.
— А я? — граф помотал головой, видимо, в надежде, что извилины встряхнутся и смогут разобраться в ситуации.
— Господи, какой вы нервный. Меня это уже напрягает. Я бросаю все свои дела, поднимаюсь среди ночи с постели, а меня встречают башмаком и во-о-от такими следами. Извольте объясниться, граф!
— Ну, понимаете…
Ксанка, чувствуя, что ее ученик начинает перегибать палку, поднялась с кресла и, пользуясь тем, что будущий клиент стоял к ней в тот момент спиной, показала Виту кулак.
Меня это уже напрягает. Я бросаю все свои дела, поднимаюсь среди ночи с постели, а меня встречают башмаком и во-о-от такими следами. Извольте объясниться, граф!
— Ну, понимаете…
Ксанка, чувствуя, что ее ученик начинает перегибать палку, поднялась с кресла и, пользуясь тем, что будущий клиент стоял к ней в тот момент спиной, показала Виту кулак. Но тот уже вошел в роль крутого начальника, и ее отчаянный жест проигнорировал.
— Молчать!
И получилось у него это так грозно, что не только граф, но и Олет с Ксанкой невольно вытянулись во фрунт.
— Итак. Зачем вы меня вызвали?
— А давайте для начала представимся друг другу, как это положено в приличном обществе, — робко предложил граф. Ксанка с Олетом изумленно переглянулись. Их ученик сумел поставить на место зарвавшегося отпрыска знатной имперской семьи. — Я граф Амстервиль. Граф Билл Амстервиль. А вы?
— Ну, мой род немножко подревнее и познатнее, однако в целях конспирации не будем заострять на нем внимание. Считайте, что я глава сыскного агентства «Витор и Кє», специализирующегося на загадочных убийствах и таинственных преступлениях, которые не в состоянии распутать ни имперские маги, ни полиция.
Выдав эту замысловатую фразу, Вит застыл, обдумывая то, что только что изрек. Вроде завернулось лихо. Олет ухмыльнулся и одобрительно кивнул головой. Развод лоха их ученик вел грамотно. И даже от Ксанки он удостоился благосклонного взгляда.
— Так как мне вас называть? — растерянно спросил Амстервиль.
— Витор Монастырский. В целях экономии времени (а мое время дорого стоит), можно просто — Вит. Моих помощников из тех же соображений рекомендую звать тоже сокращенно: Олет и Ксанка… Нет, это для своих. Для вас — Ксения, — тут же поправился глава сыскного агентства.
Граф Амстервиль оглянулся на помощницу «родовитого» Вита, судорожно вздохнул, невольно облизнувшись.
— Я приложу все силы, леди, чтобы как можно скорее стать своим… Вит… Ксан… то есть Ксения, Олет… — Амстервиль рванулся к столу, сдернул с него свежую газету. — Но, позвольте. Это те, кого объявили в розыск. Тут и приметы есть… Витор Монастырский. Светлые волосы…
— Посмотрите на меня, — приказал Вит. — Какого цвета моя шевелюра?
— Черная, — пробормотал граф.
— А у меня совсем волос нет, — радостно сказал Олет. — А сестра — так та, вообще, по жизни блондинка.
Если бы глаза Ксанки были способны метать молнии, от ее брата осталась бы только горстка пепла.
— Я понял, — облегченно рассмеялся граф, — вы меня разыгрываете.
— Я рад, что у вас есть чувство юмора, — вежливо улыбнулся глава сыскного агентства.
— Зачем вы взяли себе столь странные имена?
— Для конспирации, — отрезал Вит.
— Чтоб никто не догадался, — добавил Олет.
— Перейдем к делу, — Витор Монастырский внушительно посмотрел на графа Амстервиля, давая понять, что не намерен тратить время на пустопорожнюю болтовню. — Изложите ваши проблемы.
— А… да… да, конечно. Присаживайтесь, господа. И вы, леди… — Граф торопливо подвинул кресло к столу, сделав Ксанке приглашающий жест. Как только все уселись, он приступил к изложению. — Только прошу вас все услышанное здесь хранить в строжайшей тайне.
Вит сделал успокаивающий жест.
— Мы умеем хранить секреты.
— Над моим родом с давних времен тяготеет страшное проклятье, — таинственно приглушенным голосом сообщил граф. — Согласно легенде, моего дальнего предка, основателя династии графов Амстервилей, боги прокляли за некое деяние, о котором я не хочу даже говорить, тем более, что оно не имеет отношения к делу.
— Что имеет отношение к делу, а что нет, это решать нам, — строго сказал Вит. — Тем не менее, продолжайте.
— Так вот. Боги прокляли его и наслали… — глаза графа Амстервиля расширились, а голос понизился до шепота. — …Грима… Представляете?
— Представляю и сочувствую, — кивнул головой Вит, которому слово «Грим» ничего не говорило, но он сделал вид, что все понял. — Ну и что с того? Это было давно и… — Он чуть было не сказал «неправда», но вовремя заткнулся.
— Как вы не понимаете? Я через портал, наведенный имперским магом, прибываю в Вавилот, чтобы отправиться из него потом в родовое имение, дабы принять наследство своего только что умершего дядюшки и узнаю, что он погиб неестественной смертью при странных обстоятельствах, а неподалеку от беседки, где он нашел свою преждевременную кончину, садовница обнаруживает следы огромной собаки. В-о-о-от такие следы!!! Это же Грим!
— А по данным печати, — сделал задумчивый вид глава сыскного агентства, — вашего дядюшку завалил некто Вит Монастырский.
Олет покосился на ботинки своего ученика.
— Как всегда брешут, шеф. У Вита размер обуви поменьше будет.
Ксанка с умным видом закивала головой.
— Я так понял: теперь вы опасаетесь, что проклятье настигнет и вас, граф? — вежливо склонил голову в сторону Амстервиля Вит.
— Совершенно верно. Как только я узнал подробности, сразу понял, что поддержки имперского мага будет недостаточно, Нужен надежный человек, заслуживающий доверия и хорошо разбирающийся во всех нюансах вавилотской жизни. Мне посоветовали обратиться за консультацией к дядюшке Сэму, а он, соответственно…
— Можете не продолжать, — величественно махнул рукой аферист, — вы попали по адресу. Осталось только обсудить гонорар, и мы тут же приступим к делу. Должен вам сказать, граф, что дело ваше тухлое. Раз здесь замешаны в-о-от такие следы, родовое проклятие, да еще и Грим… Гонорар придется утроить.
— Но это же будет шесть тысяч золотых! — ужаснулся граф.
Олета с Ксанкой качнуло.
Олета с Ксанкой качнуло. Они не ожидали, что начальная ставка окажется так высока. Не смутился только Вит.
— Что!!? — возмутился он, — это вы хотели нанять лучших профессионалов за какие то жалкие две тысячи? Господа. Нас здесь не поняли. Я оскорблен в лучших чувствах. Пойдем отсюда.
— Да, это не серьезно, — с трудом придя в себя, пробормотал Олет.
— Безобразие, — тряхнула белокурой головкой Ксанка, — и ради этого нас подняли с постели среди ночи.
— Но вы же утроили ставку! — в отчаянии воскликнул граф. — Так, я согласен! Плачу шесть тысяч!
Вит смерил его ледяным взглядом и начал подниматься из-за стола.
— Ну, хорошо, десять!
— Каждому, — строго сказал Олет.
