— Это еще почему?
— Долго шел…
— Да я бежал!
— Значит, медленно бежал! Карту города родного выучить наизусть! Стыд и срам! Мы с Ксанкой позавчера прибыли в Вавилот в первый раз и то лучше тебя знаем все его закоулки!
— Прямо сейчас учить? — расстроился Вит.
— Нет. В свободное от работы время. А сейчас займемся нашим бытом.
— Как ты понимаешь, — ласково сказала Ксанка, смягчая начальственный тон брата, — в таком свинарнике мы жить не можем.
— Это тебе второе задание, — уточнил Олет.
Вит только теперь начал присматриваться к доставшемуся ему наследству и разочарованно присвистнул.
— Ну, приступай, мы ждем.
— Угу, — Вит выгрузил на колченогий стол свою суму, извлек из нее презентованный отцом Илереем кошель, высыпал содержимое на стол и начал считать.
При сладких звуках звона монет учителя оживились. Судя по всему, их выперли из Братства не только с треском, но и без гроша в кармане. Видать, сильна была их провинность.
— Не густо, — задумчиво пробормотал Вит.
Видать, сильна была их провинность.
— Не густо, — задумчиво пробормотал Вит. — Тридцать золотых и два серебряника. Но на ремонт крыши и второго этажа хватит. Ждите меня здесь. Пойду найму бригаду…
— Ни-ни-ни… — зачастила Ксанка.
— Да я тебя… — Олет с самым зверским выражением лица перекрыл дорогу к двери. Руки его делали хватательные движения, словно сжимали чье-то горло.
— Ты чё? — опешил Вит.
— Я то ничё, а вот ты чё? — Олет выразительно постучал Вита по лбу. — Ты маг или не маг?
— Ну-у-у… я прямо и не знаю, — пожал плечами Вит. — Судя по вашим словам, ученик.
— Во-о-от.
— Это ж надо додуматься, — покачала головой Ксанка, — тратить деньги на ремонт. Братец, зря мы его взяли в ученики, он нас разорит.
— Да вы скажите, чего делать-то? — разозлился Вит. — Тоже мне, учителя! Корят, корят… нет чтоб приличному заклинанию научить!
— А вот здесь он прав. Ксанка, нарисуй что-нибудь из азов бытовой магии.
Ксанка мило улыбнулась, выудила из своего баула чистый лист пергамента, гусиное перо и чернильницу.
— Обычное восстановительное заклинание я тебе давать не буду. Вижу, архитектор, проектировавший это здание, был без фантазии. Интерьер — сплошное убожество, так что нет смысла возвращаться к первоначальному варианту. А вот это заклинание, — девушка макнула перо в чернильницу и на лист легли первые строки, — поможет не только обновить здание, но и, повинуясь полету твой мысли, сотворить что-то новое. Главное, когда его читаешь, надо думать о чем-то очень и очень приятном. О самом приятном событии твоей жизни. Сможешь?
— Попробую, — с сомнением сказал Вит.
— Главное, будь увереннее и думай о приятном, — напомнила Ксанка.
Вит взял пергамент в руку, откашлялся и с выражением начал читать начертанную там белиберду, смысла которой ему, неподготовленному, понять было не дано. Его бархатистый баритон перекатывался мягким эхом в полупустом помещении, пробирая Олета и Ксанку холодным, жутковатым ознобом до костей. И говорил он все вроде правильно, только как-то непривычно растягивал слова, делал немыслимые ударения и паузы в самых неожиданных местах. Олет с Ксанкой начали стремительно бледнеть и пятиться от своего непредсказуемого ученика. Пол, стены задрожали, затрещали перекрытия…
— А-а-а!!! — от визга перепуганных полуголых девиц, заметавшихся по преобразившемуся холлу, у всех заложило уши.
Первый этаж теперь был оформлен в алых, возбуждающих тонах. Кожаные диваны, мраморные колонны, фривольные росписи на стенах и куча оголтелых, верещащих девиц, не понимающих, как они тут очутились.
— Вит! Твою… — Ксанка опять перешла на троллий язык. — Ты о чем думал, когда заклинание читал!!?
— О самом приятном, что было в моей жизни, — честно признался юноша. — Ты ж сама об этом просила.
— Ты ж сама об этом просила.
— Я?
— Ты.
Девушки, наконец, опомнились и перевели дух.
— О! Да это же наш Вит!
— И новый мальчик.
— Какой симпатичный!
Они облепили Олета и Вита и начали, игриво хихикая, их щекотать.
— Присоединяйся, подруга, — крикнула одна из девиц Ксанке. — Ты что, новенькая? Что-то я тебя не припомню.
Лицо Ксанки стало таким приветливым, что Вит с Олетом невольно попятились, волоча за собой повисших на них девиц.
— Гони их отсюда! — Ксанка решительно распахнула входную дверь.
— Угу, — поспешил согласиться Вит. — Девицы-красавицы, вы это… давайте, лучше от греха подальше обратно… туда, откуда пришли.
— Нашел, чем испугать!
— Хи-хи…
— Грехом…
Девицы-красавицы чмокнули на прощанье юношей и потянулись к выходу.
— И откуда они пришли? — заинтересованно спросил Олет, как только развеселые девицы покинули дом.
— Из салуна мадам Сиси.
— Сиси? — мрачно переспросила Ксанка.
— Сиси, — Вит мечтательно улыбнулся, вспоминая самые счастливые моменты своей жизни в городе Вавилоте.
— Если еще раз в этом доме организуется бордель, я его хозяину сделаю обрезание по самую шею!
— Ксан, ты это зря, — встал на защиту своего ученика Олет. — Здорово парень помагичил. С перевыполнением плана, так сказать. Не только дом обновил…
— Но и заселил, — закончила его мысль Ксанка, — проститутками. Так, на сегодня все! Не знаю, как господа, а дамы хотят спать. Надеюсь, кровать в этом борделе найдется?
— Этого добра на втором этаже должна быть куча, — почесал затылок Вит, вспоминая расположение комнат салуна мадам Сиси. — Комнаты там — закачаешься, и все с каминами. Не то что наши кельи.
— Я выбираю самую дальнюю от лестницы и не вздумай совать туда нос, — предупредила Ксанка Вита.
— Извини, придется. Самая дальняя комната отведена под туалет…
— Тьфу! Тогда третью от лестницы, и повторяю: не вздумай туда совать нос!
— А вдруг, какой вопрос возникнет срочный? — решился уточнить юноша. — Потребуется помощь и совет родных учителей?
— Все вопросы по ночам решай с Олетом, — отмахнулась девица и двинулась по мраморной лестнице вверх.
— Я, вообще-то, правильной ориентации, — обиженно пробурчал юноша.
Олет хмыкнул, добродушно хлопнул своего ученика по плечу и пошел вслед за сестренкой подыскивать себе комнату.
Олет хмыкнул, добродушно хлопнул своего ученика по плечу и пошел вслед за сестренкой подыскивать себе комнату. Виту ничего не оставалось делать, как последовать их примеру.
14
Вит проснулся оттого, что кто-то лупил его по щекам чем-то мягким.
— Хозяин, хозяин, не время спать, родина в опасности!
Юноша открыл глаза. В полумраке с трудом угадывалась чья-то тень. Эта тень сидела на его груди и шлепала по щекам экс-семинариста.
— Ты кто? — ошалело спросил Вит.
— Паленый.
— Кто-кто?
— Оборзел, хозяин? Забыл, кого на шабаше покупал?
— Господи, какие кошмары снятся!
Вит перевернулся со спины на бок. Кот шлепнулся на пол.
— Хозяин, не время спать, родина в опасности!
Юноша протяжно зевнул, вспомнил все, что с ним произошло за последние трое суток, и понял, что это не кошмар. Легкое облачко за окном в этот момент приоткрыло краешек луны, и в ее свете Вит увидел, как Паленый, выпустив коготки, пытался стянуть с него одеяло.
— Слушай, голем, отвали! Кто тебя звал? Брысь в суму обратно!
— Во-первых, я уже не голем.
— А кто?
— Тебя надо спросить. Нечего было в меня всякую дрянь заталкивать, так что теперь терпи, родимый, и вставай!
— Какую еще дрянь я в тебя затолкал? — захлопал глазами Вит.
