— Ну, веди нас в свои апартаменты, — одной рукой Олет держал саквояж, другой нежно прижимал к груди корзинку со снедью.
Ксанка перекинула свой баул через плечо, вопросительно уставилась на Вита.
— Ага, сейчас, — юноша извлек из сумы карту города, — нам, я так полагаю, сюда.
Ксанка с Олетом переглянулись.
Ксанка с Олетом переглянулись.
— Ты что, не разу в своем доме не был? — спросила девушка.
— Я только сегодня о нем узнал. Отец настоятель подарил.
— А в районе этом бывать не приходилось, — сообразил Олет.
— Ну, да…
— Адрес, какой?
— Улица Потухших Фонарей, дом 13.
— Тогда первое задание тебе, ученик, — напустил на себя важный вид Олет, — дойти до своего дома раньше нас. Мы идем в этот проулок со всем своим багажом и без карты, а ты в тот. Постарайся не опоздать.
— Да как же вы без карты и без магии? — заволновался Вит.
— Что меня радует, — расплылась Ксанка, — наш ученик проникся, и уже заботится о своих менторах.
— Объясняю, еще раз, — внушительно поднял палец вверх Олет. — Мы из Серого Братства, где нас учили готовиться очень тщательно к любой операции. Прежде чем к ней приступить, карту Вавилота мы выучили наизусть. А ты родной город до сих пор не знаешь. Стыд и позор! Задание ясно?
Вит чуть было не отрапортовал: «Так точно!» — однако сумел сдержать свой порыв и вместо этого кинулся в указанный проулок, отыскивая его на своей карте прямо на бегу. Он твердо решил не ударить в грязь лицом, и прийти непременно первым.
— Ну, и зачем тебе потребовался этот цирк? — сердито спросила брата Ксанка, как только юноша скрылся в проулке.
— Чтоб уважал больше, — пояснил Олет. — И заодно хочу потолковать с тобой, пока он по городу чешет.
— Ну, толкуй.
— Значит, так. Запомни. У парня сумасшедшая, просто бешеная магия…
— Это я и без тебя сообразила.
— А потому он должен быть уверен, что наша магия не хуже, но мы идем на жертвы ради него, родного. Надо продержаться, пока способности не вернутся, и заодно выпытать, что там в действительности произошло, в Башне Проклятых. Сама знаешь, зеркала магические туда пробиться не могут. Наши магистры об уничтожении Кровавой книги и Книги Бытия узнали только по возмущениям эфира.
— Так я сама там была, пока ты из задницы шипы выдергивал.
— Так не все же время! Можешь использовать свои дамские чары, но не увлекайся. Дистанцию держи. Есть что-то в парне странное. В нем и от светлого, и от темного столько наворочено. Это даже магистры почуяли. Помнишь, как их рикошетом приголубило, когда они по нему жахнули? И почему такие способности раньше не проявлялись? Он просто обязан был быть на учете Братства!
— Может, пробудились, когда Кровавую книгу в руки взял?
— Ты о таких случаях хоть раз слышала?
— Нет, — честно призналась Ксанка.
— Я тоже. Ладно, потом разберемся. Спалю еще один артефакт. Будем нарабатывать авторитет.
Олет извлек из своего саквояжа невзрачный полупрозрачный камешек, сдавил его пальцами и бросил на булыжную мостовую.
Ладно, потом разберемся. Спалю еще один артефакт. Будем нарабатывать авторитет.
Олет извлек из своего саквояжа невзрачный полупрозрачный камешек, сдавил его пальцами и бросил на булыжную мостовую.
— Улица Потухших Фонарей, дом 13.
В глазах у них на мгновение потемнело, а когда мрак рассеялся, они оказались около каменного двухэтажного здания с выбитыми окнами, окруженного ветхим покосившимся забором. На почерневшей от времени табличке на двери едва угадывалась надпись: «Улица Потухших Фонарей д. № 13».
— Слышь, Олет, — затосковала Ксанка, разглядывая просевшую крышу, — может, насчет сарайчика дядюшки Сэма подумаем?
— Нет. Заставим ученика все в порядок привести. Не сможет магией, пусть руками работает. Подсунем ему стандартное заклинание. Ну, пошли осматривать жилище?
Они поднялись по каменным ступенькам крыльца. Олет толкнул дверь, она с жутким скрипом распахнулась, и юноша зашел внутрь. Следом скользнула Ксанка.
— Да-а-а…
Просторный холл был захламлен дальше некуда. Ветхие, потрескавшиеся стулья грудой лежали около камина. Неподалеку стоял колченогий стол о трех ногах. Четвертая, отломанная ножка валялась рядом. Ксанка подошла к нему, грустно провела пальчиком по пыльной столешнице.
— Не поднимай пыль, — прошамкал за ее спиной брат.
Девушка обернулась. Олет, подтянув корзинку поближе к носу, в этот момент вгрызался в пятачок аппетитно поджаренного поросенка.
— Ну и горазд же ты жрать! — Ксанка запустила руку в корзинку, оторвала от поросенка заднюю ногу и тоже заработала челюстями.
— Но-но! Не надо объедать мой молодой растущий организм!
— Ага, признаешь, что ты меня моложе?
— Пять минут роли не играют.
— Играют. Раз я старше, ты обязан меня слушаться.
— Откуда ты знаешь, что нас при рождении не перепутали? Я старше, зуб даю!
— Давай.
— Фигушки. Я старше, и все!
— Может, опять предложишь решить вопрос через пари?
— Запросто!
Ксанка треснула брата обгрызенной поросячьей косточкой по лбу.
— Уже спорили. И вот результат. Оба в такой задни…
Ксанка замолчала, уставившись за спину брата. Тот тоже заткнулся, узрев за спиной сестры то же, что она увидела за его. Они оказались в окружении толпы нищих, выползавших из неведомо каких углов заброшенного дома. Подаяния они явно просить не собирались. В руках они сжимали ножи, заточки и дубинки. Один из нищих небрежно поигрывал старой, прокопченной кочергой.
— Одно радует. Судя по кочерге, камины здесь рабочие. Аборигены около них отогревались. Ночью не замерзнем. — Ксанка скинула свой баул на пол, Запустила обгрызенную косточку в ближайшего аборигена и встала в боевую стойку.
— Это точно. — Олет повторил ее маневр, став к ней спиной, но корзинку и саквояж не бросил, и более того — нагло продолжал жевать.
— Хватит дурью маяться, — строго сказала сестра. — Я что, за тебя их всех бить буду?
— Могла б и защитить младшего братишку, пока он кушает, — прошамкал Олет, торопясь дожевать свой кусок, пока не отняли.
И тут вышел вперед здоровый, заросший грязными, пепельными волосами мужик с костылями, бывший, похоже, здесь за старшего. Он шел на двух ногах, держа один костыль под мышкой, другой поигрывал в его руке на манер дубинки.
— И ужин, и развлечения… сами к нам пришли! — ощерился он редкими, почерневшими зубами.
— Но-но! — Олет торопливо убрал недогрызенный кусок в корзину. — Насчет развлечений я не против, а вот на ужин не рассчитывай: мое!
— Нашел! — в зал ворвался радостный запыхавшийся Вит со своей картой в руках. При виде Олета и Ксанки лицо его вытянулось. Он очень спешил и потому был сильно раздосадован тем, что его опередили. — Как это вы так быстро без магии? — с обидой спросил он. Тут взгляд его упал на окружавших учителей нищих, остановился на главаре. — Ты что в моем доме делаешь, Сивый?
— А-а-а… — выпучил глаза нищий. — Понимаешь, Витушка, мы узнали, что это твой дом, и решили тут уборочку устроить. Не возражаешь?
Нищие дружно закивали головами в подтверждение слов шефа, встали на карачки и начали скоблить ножами и заточками грязный пол. Вит перевел взгляд на расслабившуюся Ксанку и все понял.
— Вон! — рявкнул он, — И чтоб духу вашего здесь больше не было!
Нищих как ветром сдуло.
— А ты и у них в авторитете? — удивился Олет. — Не зря я тебя на то дело подпряг. Ну, ученик наш нерадивый. С первым заданием ты справился, хотя и средненько.
