— Так нормально? — участливо спросил он отца настоятеля.
— Замечательно. До сих пор согреться не могу после этого подземелья. До костей пробрало.
— Меня тоже.
— Так чего сидишь, наливай!
Архимаг потянулся, было, к бутылке эльфийского вина, но, заметив укоризненный взгляд Илерея, передумал и наполнил стограммовые стопки гномьей водкой.
— Ну, за то чтоб с Витушкой все в порядке было, — тяжело вздохнул отец настоятель, шмыгнул носом, поправил на нем очки.
— Такой орел, да чтоб запросто так пропал, — бодро-успокаивающим тоном прогудел архимаг. — Ну, за него. Давай по-нашему, как в молодости, у дядюшки Сэма, без закуски.
— Давай.
Архимаг и святой отец хлопнули по стаканчику.
— Хороша, заррраза…
— Да… пробирает.
— Согрелся?
— Еще не дошла.
— Ну, тогда по второй вдогонку, и все! Нам надо держаться в форме, чтоб обсудить план дельнейших действий. Вита мы обязаны найти!
До юноши донеслось характерное бульканье. Семинарист прекрасно знал, что эта парочка в далеком детстве когда-то росла в одном дворе, в один горшочек писала и дралась друг с другом из-за игрушек. Старые друзья хлопнули еще по стаканчику и приступили к обсуждению плана дальнейших поисков лучшего ученика духовной семинарии.
— Итак, где мы его еще не искали? — деловито спросил архимаг.
— Сейчас вспомню. — Отец Илерей нанизал на вилочку тонко отрезанный кусочек сала, отправил его в рот и начал задумчиво жевать. — В борделе мы были…
— Были, — подтвердил архимаг, — но там этого подлеца не нашли.
— Найдешь его там, как же! Этот нахаленок под любой юбкой так спрятаться может, что…
— Так поэтому ты меня девок обшаривать послал? — дошло до архимага.
— Мне, понимаешь, по сану не положено, — с сожалением вздохнул Илерей, — а тебе в самый раз.
Взмахнул жезлом, и вся одежда с греховодниц долой… а они без нее очень даже ничего… прости меня, Господи, искушает диавол, искушает раба Твоего! — Отец настоятель размашисто перекрестился на икону, висящую в углу кельи и потянулся к банке с солеными огурцами.
— Монахи и мои студенты шарили по городу, — задумчиво продолжил архимаг и, явно по рассеянности, накапал себе и другу еще по стаканчику, — но ничего не нашли.
— Остается только кабачок «У дядюшки Сэма», — подхватил наполненный стаканчик Илерей, — но, судя по счету, который прислал нам кабатчик, семинаристы там тоже ничего не нашли.
— А при чем тут счет? Что, семинаристы сами сказать не смогли?
— Придут в себя, расскажут. Отцы Зелоты сказывали, что их оттуда полуживыми привезли. Это ж надо было додуматься искать Вита в подвале!
— А что, здравая мысль.
— Ну, да… Только когда они его там не нашли, на этом не остановились и продолжили поиски в бочках с вином. Хорошо хоть не утонули. Ну, за Вита. Чтоб миновала его беда лихая.
Друзья поднесли стопочки ко рту, выпили, потянулись за огурчиками.
— Можно? — деликатно поскребся в дверь семинарист. — Отче, позвольте вам вернуть пропажу. На благое дело позаимствовал. — И, не дожидаясь приглашения, вошел внутрь, протягивая настоятелю его крест.
Отец Илерей от неожиданности поперхнулся.
— Муся… — прохрипел он.
Мусахэй треснул его по спине.
— Фу-у-у… — с трудом отдышался святой отец. — Ну разве ж можно так пугать старика? — Он принял крест из рук приемного сына и чуть не прослезился, — Витушка, сынок! Слава Тебе, Господи. Оборонил. Не дал погибнуть невинной душе. Я ж говорил тебе, что моего сына голыми руками не возьмешь! — радостно сказал он архимагу.
— Да, — согласился Мусахэй, — если б не этот пострел, нас бы уже, возможно, отпевали.
— И ведь какая подлость! Под нашими личинами непотребства страшные в святом монастыре творить. И твою Академию, и церковь святую подставили. Ну, что, сынок, там дальше-то было? Рассказывай. Мы ведь лишь о том, что в монастыре творилось, знаем. Да и то не все.
Вит понял, что настал его звездный час. Что-что, а рассказывать он умел. В его изложении он в одиночку бился не с одной сотней магов, после чего они, поверженные, под страхом смерти рассказали ему о великой тайне, сокрытой в Башне Проклятых, и он решил избавить мир от этого вселенского зла. Врал Вит увлеченно. Это был его шанс досрочно принять сан и занять келью попросторнее, а если повезет, то и договориться о переходе в Академию Колдовства. Стать великим магом было его тайной мечтой, в которой он отцу Илерею не признавался, боясь огорчить старика. А потому с каждым новым словом краски сгущались. Драконов в Башне Проклятых был уже целый десяток, магов — тьма-тьмущая, а уж ангелы, те прямо косяком перли в обнимку с демонами. И все они шли в атаку дружно на него, Вита, единственного защитника основ святой церкви в этом проклятом Богом месте.
Архимаг и отец настоятель с удовольствием слушали эту фантастическую сагу.
— Бедный Вавилот, — скорбно вздохнул отец Илерей, — и как это он выдержал такую эпическую битву?
— Так это ж далеко было, — отмахнулся Вит. — Да если б не я с верой в Господа…
— А ты знаешь, — с удивлением сказал Архимаг, — он не врет. Ну, привирает немножко. Чуть-чуть, раз в десять, но не врет. И что же было дальше?
— А дальше я пошел обратно на Плешивую Гору…
Святой отец и Архимаг внимательно слушали. Они были сравнительно спокойны до той поры, пока Вит не приступил к описанию событий в лавке торговца магическими артефактами.
— Что ты сказал? — подпрыгнул в своем кресле Мусахэй. — По лицензии торговали?
— С подписями и печатями монастыря? — выпучил глаза отец Илерей.
— Ну, да… она у меня, кстати, с собой. Я ее как вещественное доказательство у купца изъял.
Юноша достал из сумы лицензию, выложил на стол. Отец настоятель выпрыгнул из тазика и сунул нос в бумаги, нетерпеливо оттирая архимага плечом.
— Твою м-а-а-ать!! — взвыл архимаг.
— Да я их…
Они дружно перешли на местные идиоматические выражения и изливали душу на нем так музыкально, что Вит даже заслушался.
— А троллям есть чему у вас поучиться, — восхитился он.
Старики опомнились.
— Ты, сынок, в свою келью не ходи. Здесь отдыхай. Откушай на сон грядущий, а нам по-быстрому в магистрат метнуться надо. Муся, всех на ноги поднять! Мерзавцы! Весь состав подписался. И подпись моего зама стоит! Как он посмел!!? Нет, нельзя пренебрегать общественными делами, ишь, чего за спиной удумали! Лицензии выдавать! И ведь мне ни слова. Знали, что башку за это откручу. — Отец Илерей торопливо натягивал на свои мокрые старческие ноги мягкие чувяки.
— И моего помощника подпись тоже там красуется!!! Ну, я им дам! Мало не покажется. — Архимаг взмахнул жезлом и испарился в воздухе вместе со своим другом.
— Масть пошла, — радостно потер руки Вит.
Его ждал сытный ужин и мягкая постель. Что еще надо бедному семинаристу для счастья, после тяжелого трудового дня? Мысленно он уже видел себя правой рукой отца настоятеля, как спаситель мира, а в самых смелых мечтах и правой рукой архимага.
11
— Вставай, сын мой. — Вита осторожно тронули за плечо.
Юноша сладко потянулся, открыл глаза и уставился на отцов Зелотов с каменными лицами, стоявших у постели отца настоятеля, на которой он изволил почивать.
— Или у меня в глазах двоится, — протяжно зевнул семинарист, — или кто-то из вас своими обязанностями пренебрегает.
— Многого не знаешь, отрок, — величественно сказал один из Саблезубых Котов.
