— Да. Места действительно не хватает, — ответила Бьянка, качая головой. Кажется, ее глаза прочно прописались на лбу. Неужели ее так ошеломили причиненные мной разрушения? Впрочем, может быть. Ведь я — что там ни говори — ее жених.
Но самое плохое, кажется, позади. Дом магистра устоял. Когда приду в себя, обязательно извинюсь, а то нехорошо как-то получается.
В голове моей звучали молоты невидимой кузницы. Стоило мне потрогать затылок, как под моими пальцами вспухла приличная шишка. Огорченный этим обстоятельством, я сел.
— Тролль, — сказал мне Рофиррик, — ты это… того… вон, рядом с тобой полотенце!..
Я проследил за его пальцем и обнаружил, на какой фрагмент моего тела он направлен. Писарь краснел, корчил какие-то странные гримасы и извивался всем телом. Я, впрочем, не стал разбираться, в чем дело, ибо в тот же миг до моей сотрясенной головы дошло, какой случился конфуз. Жизненная мудрость и тролльский здравый смысл подсказывают, что в таких положениях мужчина обязан поступить только одним образом. И я поступил, как всякий добропорядочный субъект. Взял полотенце и закрыл «центральную часть тролля», по выражению одного бывалого свиновода в Вороньем Глазу.
— Ну вот, — сказала принцесса с вызовом всему миру и ткнула кулачки в бока. — На самом интересном месте! Фплиф! А ну…
— Не надо! — взмолился Рофиррик. — Давайте не будем! Помните, дом едва не развалился, когда он поехал на мыле! Представьте, что будет, если тролль смутится до самых крайних пределов?
— А что случится? — рявкнула моя невеста.
— Стеснительные существа, к которым он, несомненно, принадлежит, любят в таких случаях убегать подальше, причем на большой скорости, и где-нибудь в уголке переживать свои чувства. Вообразите, если Фплиф захочет убежать прямо отсюда! Найдется ли в доме хотя бы одна стена, что будет ему помехой? — пытаясь удержать взбесившуюся принцессу, Рофиррик возопил: — Магистр Чиквасор, ну скажите вы ей!
— А? Что? — прекратив издавать похожие на храп звуки, старикан встрепенулся и закрутил головой.
— Магистр! Ну скажите ей, что на голых мужиков глазеть неприлично! — взревел писарь, сражаясь с фурией.
— А где тут голые мужики? — спросил Чиквасор, заинтересованно озираясь.
Вот примерно так они и разговаривали в полуразгромленной бане. Часть всего сказанного я не понял — как всегда — из-за быстроты артикуляции, другая часть привела меня в неописуемое смущение. Я залился краской, да так, что вроде бы даже уши раскалились. Уши были мокрые, и по комнате пополз пар.
Я сидел на полу и думал, что же теперь делать, и думал, видимо, долго, пока не обнаружил, что остался один. Бывает, знаете ли, вы уже заметили. Если я начинаю буксовать, как похоронные дроги в весенней грязи, то всегда пропускаю важные моменты.
Крики моей невесты стихли вдали, хотя и не сразу.
Крики моей невесты стихли вдали, хотя и не сразу. Остался только звук льющейся воды. Поняв, что сидеть дальше бессмысленно, я поднялся на ноги и решил продолжить принятие душа. Магистру не нравятся грязные тролли, и против этого я нисколько не возражаю. Чистота есть чистота. Некоторые люди думают, что все мы грязнули и засранцы, как говаривала мамаша Глибба. Хорошо бы развеять этот миф раз и навсегда.
Немного успокоившись после своих злоключений, я смог добиться от штуки под потолком, чтобы она обеспечила меня горячей водой, и без труда намылился и поскреб свои ландшафты ветошкой. Скрести пришлось порядком, ибо грязюки накопилось много. Промычав от удовольствия несколько тролльских песен, тех, что обычно у нас исполняются за столом в большой компании с пивом, я ополоснулся и взял полотенце.
И тут мне под ногу что-то попало. Твердое. Я наклонился и поднял интересную вещицу с мыльного мокрого пола. Ба! Я совсем забыл про Амулет, который мне подарил старик тролль при нашей единственной недолгой встрече. Что он там говорил про этот зуб дракона? Что-то про силу и всяческие предназначения, которые должны меня настигнуть. А когда настигнут, этого он, по-моему, не сказал. На мою память полагаться целиком нельзя. При попытке вспомнить в деталях нашу странную мистическую беседу в пещере она затрещала по швам. Нет, лучше оставить это опасное занятие.
Оказалось, упал Амулет потому, что каким-то образом порвался крепкий сыромятный ремешок. Прежде чем вернуть подарок на место, я решил почистить его, ибо на вид он был грязнее меня немытого. Однако тут случилась новая неприятность. Стоило потереть драконий зуб, как на мою многострадальную черепушку сбросили с огромной высоты телегу с камнями. Я рухнул на пол и услышал громкий треск.
Никогда меня еще не окружала такая густая двусмысленная темнота. Не темнота — темнотища. Продолжительное время невозможно было определить пространственные координаты. Лишь придя в себя, я узрел результаты того, как меня ни за что ни про что прибили телегой с камнями.
Лежал я этажом ниже, а надо мной располагался пол бани — либо потолок того помещения, куда меня зашвырнули превратности судьбы. Я видел дыру, которой кто-то придал форму моего тела. Сразу узнать можно — руки и ноги растопырены, голова торчит из шеи бугром, словом, все как полагается. Прежде чем восстать из небытия, я осмотрелся. Угодить меня угораздило в большую кладовую, набитую всякими съестными припасами. При падении мне довелось придавить мешки с мукой, поэтому всю мою свежевымытость покрывал тонкий белый слой мелкодисперсной субстанции. Неужели снова принимать душ? И что скажет на все это хозяин? Старикан-то нрава скверного, дома он чувствует себя полновластным господином и вполне способен устроить несчастному Фплифу головомойку.
Так, будем мыслить логически. Что-то хряснуло меня по голове и отправило в нокаут, и вот я валяюсь в кладовой Чиквасора совершенно голый, не считая полотенца, которое последовало вниз со мной за компанию. Пока не поздно, надо выбраться отсюда и привести себя в порядок.
В своем кулаке я обнаружил драконий зуб. Именно после того, как я попытался вымыть подарок старого тролля, меня и звездануло… Есть ли связь между двумя этими событиями? А вдруг есть? Похоже, придется провести небольшое частное расследование.
Поднявшись на ноги, я подумал: что-то не так. Можно сказать, совсем не так, как раньше. Голова не болит, ясность в мыслях необыкновенная. Хочется сочинить стихотворение, если вы поняли, о чем я, но, к сожалению, я просто не знаю, как это делается. Хорошо же меня стукнуло. Шишка на месте, та, что от соприкосновения со стеной, однако ничего нового не прибавилось. Странности продолжаются.
Дверь в кладовую держали под замком, и выйти мне этим ходом не удалось.
Тогда я подошел к дыре в потолке и подпрыгнул. Подтянулся и вылез в баню. Ополоснулся, выключил воду, вытерся, оделся, повесил на шею драконий зуб. И тут увидел над входом надпись, ранее не замеченную. «В здоровом теле — здоровый дух!» — сообщали нарисованные через трафарет руны. Что ж — вполне справедливое замечание…
Стоп! Я же не умею читать! Вы же знаете — могу определить еле-еле, где гномские руны, а где эльфийские, свое имя могу накорябать, но не более того. А тут прочел целое изречение.
В общем, я так и сел. Пол снова затрещал, выражая этим свое несогласие, но проявил стойкость. Я этого почти не заметил, потому что застыл на месте с отверстым ртом. Жутко мне сделалось в тот момент, просто мочи нету. Захотелось убежать, круша все на своем пути, а где-нибудь далеко найти спасительную пещерку. Там бы я сидел, пока… Пока что?
