— И часто он так делает? — спросил я.
— Конечно. Это же магия. А ты чего подумал?
— Ну, учитывая возраст…
— Чиквасор похож на прохудившиеся песочные часы, но по части профессии многих молодых магов заткнет за пояс. Так, о чем я? А! Магистр что-то увидел. Я думаю, он смог заглянуть в будущее и там срисовать твою физиономию, Фплиф. Он знал, что ты будешь в таверне, знал, кто ты и для чего туда явился.
— Мы с принцессой искали ночлег.
— Это мелочи. Я уверен — Чиквасор сопоставил одно с другим и увидел связь между тобой и Избранным, о котором говорили тролли.
— Почему ты уверен?
— Очень просто. — Аспарагус поковырялся в зубах когтем. — Чиквасор, как ты заметил, преклонных лет. Он и в молодости не слишком блистал героизмом — типичный книжный червь. А тут что? Неужели ты думал, что этот старикан с ходу полезет в горы и вызовет ползучую тварь на бой? Для чего? Чтобы от него осталось мокрое место? Он маразматик, но не идиот.
— А как же магия? Чародей мог обезвредить дракона как-нибудь хитро.
— Ну да. Теоретически. Для этого нужна сноровка, а лучше всего владение приемами боевой магии, но ни к чему такому Чиквасор в жизни не прикасался. Считаю, что с тем драконом ему ничего не светило. Наш чародей не сумел бы произнести даже первую букву слова «мама», как чудовище сожрало бы его. Я уже не говорю о распевном произнесении заклинаний, сосредоточении и концентрации. Понял теперь?
— Кажется.
— Чиквасор знал заранее, что ты, вероятно, имеешь отношение к Избранному. И что ухлопаешь дракона безо всяких волшебных приемчиков, и ему не надо будет напрягаться. Дешево и сердито, как говорится. К тому же гонорар, собранный туземцами под предводительством Вузида и Матифара, ему не помешает. Запас ингредиентов ведь надо пополнять. Таким образом, Чиквасор прихлопнул семь мух сразу.
Я задумался. Это было чудно и волнительно. Я имею в виду, задуматься по-настоящему, имея настоящие мозги.
— Все не случайно. Это мне понятно. Но что же дальше? У меня есть Амулет, драконий зуб Креккелота. Чиквасор пригласил меня сюда, ничего не объяснив, потому как решение принимала все равно Бьянка. Рассказывал ли он ей, для чего мы здесь?
— Скорее всего, да. Хотя, вероятно, не все. Подозреваю, что характер у твоей невесты не слишком легкий, поэтому обрушивать на ее голову подобные вещи надо постепенно, чтобы она не слетела с катушек, — сказал кот.
— Откуда не слетела?
— Это образное выражение.
— Откуда не слетела?
— Это образное выражение. Я говорю, что прекрасное юное создание может сойти с ума, если узнает, что замешано в столь высоких материях.
— Логично, — почесался я.
— Мы думаем, что в скором времени ты отправишься на край света, — сказали свинки. — Ибо, согласно правилам, именно на краю света вершатся все судьбоносные дела. Там ты будешь избавлять свое племя от Проклятия.
Как бы я хотел, чтобы столь очевидный вывод из нашей беседы не прозвучал! Но, к сожалению, для Избранного другого выхода просто нет. Или ты идешь и делаешь свое дело, или все, как выразился бы Аспарагус, накроется медным тазом. Получается, теперь я не просто тролль из Вороньего Глаза, а самый настоящий герой, подобный героям сказок и легенд. И мне придется идти невесть куда и совершать подвиги во имя Великой Цели, о которой я еще десять минут назад не имел ни малейшего представления. Уверен, что любой другой тролль (и даже не тролль) тоже пришел бы в смятение, и в голове его все бы перемешалось. А уж как перемешалось у меня в черепушке, не могу и описать. Минут пять я просто не находил слов.
Аспарагус изучал меня, словно я букашка или того хуже — мышонок, которого он собирается прикончить.
— Хочу добавить, Фплиф. В этом путешествии тебе придется пользоваться Амулетом. Не могу себе представить, чтобы ты вообще нашел дорогу к цели со своими старыми мозгами, — сказал котяра. — Я не знаю, что предпримет в этой связи Чиквасор, но Амулет ты не должен показывать никому. Держи его в тайне.
— Понял.
— Это твой козырь. Очень может быть, Амулет станет единственной вещью, которая не только защитит тебя от магических опасностей, но и поможет победить то, что надо победить. Боюсь, одной твоей силищи все-таки не хватит.
— Победить? А что я должен победить? Или кого?
— Хм… — сказал кот.
— Почему ты говоришь «хм»? Что это значит?
— Это значит «хм»… Как правило, это слово помогает сформировать нужные выражения.
— Ну так формулируй. Я боюсь, что, пока мы тут беседуем, эти тупицы чего-нибудь натворят, — сказал я.
— Мне сообщат, если что-нибудь случится.
— Тебе?
— Настоящий хозяин здесь я, Фплиф. Ты еще не понял?
— Честно говоря, у меня возникло такое предположение.
— Отлично. Именно я поддерживаю в доме порядок, когда Чиквасора нет. Более того, мне довольно легко удается влиять на некоторые его решения и действия. Но это детали. Вернемся к нашим баранам. У меня есть некоторые соображения относительно того, кто окажется тем супостатом, которого должен будет одолеть Избранный. То есть ты.
Я повел плечами и вздохнул:
— Валяй, говори.
— Есть сведения, полученные мистическими путями, — таинственно заговорил Аспарагус. Свинки, испугавшись такого эффекта, сбились в мохнатую кучку. — Что Проклятие Непролазной Тупости может снять с троллей только тот, кто победил Креккелота и изгнал его.
— И кто же это? Мистические пути рассказали об этом?
— Да. Его зовут Бреккелот. Это брат-близнец Креккелота.
Я помолчал, пытаясь определить, как мне относиться к этому открытию.
— Поражен? — спросил Аспарагус.
— Не скрою…
— Меня тоже чуть кондрашка не хватил, когда я узнал, представляешь?
— Угу. — Мне пришло в голову, что кот просто дурака валяет и что вся эта история выдумана им и его подельницами свинками, только чтобы повеселиться.
— Что-то они там с братцем не поделили, понимаешь, и с тех пор, многие века, были на ножах. Или на зубах, если говорить о драконах. Однажды они все-таки встретились на узкой дорожке и вступили в единоборство, в котором Креккелот проиграл. Наш мир был слишком тесен для двух фигур такого масштаба.
— Воображаю. Креккелот и Бреккелот. И что — с тех пор его братец почивает на этих… как их?
— На лаврах?
— Да?
— В некотором роде.
— Должно быть, это злобный тип. Я дружу не со всеми своими братьями, потому что многие из них порядочные болваны, но я бы никогда никого из них не укокошил. Брат есть брат.
— Видимо, у драконов, которые по совместительству и великие волшебники, так принято. Ничего не поделать.
— Выходит, я должен пойти к этому Бреккелоту и… дать ему по башке?
— Это будет лучше всего, — сказала рыжая морская свинка.
— Именно по башке, — подтвердили ее товарки.
— Довольно грубо, — сказал я.
— Но ведь ты — тролль, — заметил кот.
— Если я дам ему по башке, то он, чего доброго, окочурится и Проклятие снять не сможет.
— А ты соображаешь, — прищурился Аспарагус. — Пожалуй, верно. Подобная тактика себя не оправдает.
— Тогда что же делать?
Котяра облизнулся, пошевелил усами и состроил грозную мину, напомнив мне мою мамашу Глиббу.
— Может быть, использовать элемент неожиданности?
— Нет, лучше всего по башке, — сказали свинки.
— Я вам дам «по башке»! — шикнул кот. — Уймитесь. Может, вы сами пойдете? Да, и дубину побольше не забудьте прихватить.
