— Рофиррик, погляди, что там с Магмасором.
— Он спит. Или умер.
— Что? Как же он посмел?
— Не знаю. Но на его месте я бы тоже умер. Если из старого тела выкачать столько силы…
— Не надо. Не надо об этом говорить, пока не случилось какое-нибудь несчастье. Дай старику нюхательной соли.
— Где я возьму соль?
— Не знаю. Если он не очнется, мы не поспеем на рандеву с Бреккелотом. Судьбы Мира не ждут.
До меня дошло, что лежать неподвижно и хлопать глазами вовсе не обязательно, и я пошевелил разными частями анатомии.
— Ну, хоть этот живой, — сказала голова, улыбаясь.
Я посмотрел на то место, где все обыкновенные головы крепятся к туловищам посредством шеи. Эта, к моему облегчению, тоже крепилась. Туловище, которое обнаружилось ниже головы, было… Я долго разыскивал в своей черепушке подходящее слово. Как можно описать красивую тролльскую девушку? А? Вот и я не совсем понимаю. Оставалось принять увиденное как данность. Оставалось неясным, почему она так похожа на Бьянку и одета в ее платье, перекроенное, впрочем, под великаньи размеры.
Упершись руками в пол, я сел, сожалея, что заклинание Чиквасора не действует долго. Я бы давно уже все понял и не испытывал так много нравственных страданий.
Я бы давно уже все понял и не испытывал так много нравственных страданий. Рофиррик прав — очень странно.
— Вот и хорошо. Вот и ладушки, — сказала троллька. — Как ты себя чувствуешь, Фплиф?
— Н-н-н-н-н-н-н… — Это все, что получилось при попытке сказать «Нормально».
— Ладно, не переусердствуй, — сказала красавица с двумя косами. — Силы тебе понадобятся.
— Д-да?
— Д-да! Забыл, что ли, о спасении мира и всего тролльского племени?
Голубые глаза пронзили меня, как булавка редкую бабочку. Я замотал головой. Я все помню… что-то там про Бреккелота и о том, что ему надо всыпать по первое число…
Кстати, кто такой Бреккелот?
— Отпусти меня, демон, отпусти! — Гостиную пронзил вопль магистра. Размахивая конечностями, он отбивался от Рофиррика, который совал ему под нос какую-то склянку. — Я буду хорошим! А-а!
— Прекрати! — сказала троллька тощему. — Он обещает быть хорошим.
Старикан сидел в кресле и был похож на комок фарша, который минуту назад еще числился отборным куском телятины, но неожиданно угодил в мясорубку. Рофиррик отскочил от старикана, точно его ужалили десять кобр. Секредурь выглядел немногим лучше. Я подумал, что какие-то мальчишки играли им в футбол.
Попытавшись определить, где в данный момент находится Бьянка, я потерпел, как говорят существа с высоким ай-кью, фиаско.
Троллька привлекла мое внимание странными телодвижениями. Покрутившись передо мной, словно я был зеркалом, она спросила:
— Ну как тебе? Фплиф? Слышишь меня? Как? Видел? Как думаешь, это ничего?
Сосредоточившись из последних сил, я поинтересовался: «Что ничего?»
Белая матовая кожа тролльки пошла пунцовыми пятнами гнева:
— Когда же все это кончится?
Не успел я уточнить, что она имела в виду, как белокурая великанша уже сжимала в кулаке визжащего магистра.
— Мне нужно заклинание прочищения мозгов! Немедленно! — Это она рыкнула в лицо Чиквасору. Шляпа с его головы слетела и закружилась по гостиной, точно ворона. — Ему! — Троллька указала на меня. — Магистр Муходром, сделайте как раньше!
Старик пропищал простуженной крысой и попросил, чтобы его поставили на пол. Оказавшись там, поддерживаемый Рофирриком, волшебник произвел уже знакомую мне манипуляцию.
Чик! В моей голове что-то сдвинулось, и я поглядел на мир другими глазами.
Надолго ли?
32
— Фплиф, неужели ты меня не узнаешь? Это я — Бьянка!
Покраснев, как двадцать вареных раков, я промямлил, что узнаю. Меня обуял ужас. Моя невеста превратилась в тролля! Что же это такое творится?! Что теперь будет?
— Ну не расстраивайся, — сказала девица. — По-моему, все очень даже неплохо. Я чувствую себя лучше некуда. Быть такой большой весьма забавно, я и подумать не могла. Хорошо, что мы повстречали на жизненном пути магистра Митохондра, да?
— Но зачем? — спросил я, подумав, что случится с ее родителями, если до них дойдет известие о чудесном превращении. Жаль Кромбиса. Этот королек был мне даже симпатичен.
— Затем, что я собираюсь идти бить дракона с тобой.
— Затем, что я собираюсь идти бить дракона с тобой. А чтобы от меня было больше пользы, мне надо быть не маленькой и хрупкой человеческой девушкой, а большой тролльской девушкой. Я подумала, что это самый лучший вариант. Во мне столько силы, это просто невероятно, и теперь я могу распатронить любого, кто встанет на моем пути! Потрясно! Дайте мне подкову побольше, и я завяжу ее в десять узелков!
Насколько я помнил, мы с Аспарагусом уговорились на мирном варианте. Если Бьянка захочет наделать узелков также и из Бреккелота, экспедиция может сорваться.
Голова моя пошла кругом. Я смотрел на мою невесту и испытывал самые противоречивые на свете чувства.
— Не таким уж и старым пеньком оказался наш Мукомол, а! — воскликнула троллька, пытаясь рассмотреть свои новые формы в настенном зеркале. Формы в него не влезали, поэтому Бьянка изучала их частями.
Я отвел взгляд, чувствуя, что начинаю волноваться. Рофиррик тоже волновался. Кажется, теперь его мечта отодвинулась совсем уже в недосягаемые мистические дали.
— Сначала он отказывался. Но я сказала: хочу, чтобы вы сделали из меня тролля, и немедленно. Ну то да се, магистр ныл и стонал, что трансформацией он не занимался уже незнамо сколько лет. А я ему: вот теперь самое время попрактиковаться. Чародей без практики — не чародей! В общем, у него возникли проблемы с мировоззрением…
— С чем? — спросил я.
— С мировоззрением. Он считал, что принцессы ни в коем случае не должны становиться троллями. Его ретроградские взгляды мешали ему посмотреть на проблему шире.
— Он знает, что ты принцесса?
— Я рассказала. А чего?
— Да так.
Бьянка закинула свои длинные косы за спину и подошла ко мне. В полный рост она была ниже меня, но, в общем, это нормально, и, хотя Бьянка не производила впечатления квадратного скального обломка, ее богатырские очертания могли внушить любому врагу священный трепет.
Если же говорить о другой стороне дела, то теперь, в новом облике, Бьянка нравилась мне примерно в два миллиона раз больше, чем до того. У нас в Вороньем Глазу таких девушек нет.
— Ну и вот. Я утащила его в лабораторию и велела немедленно заняться делом. Еще немного постонав, что придется трансформировать мою одежду — не могу ведь я голая расхаживать, — старик принялся за дело. Правда, чего-то там напутал и едва не развалил свою халупу, но теперь это неважно. Результат ошеломительный, не находишь, Фплиф?
Я очень даже находил. Зато противоположного мнения придерживался Рофиррик. Не надо быть академиком, чтобы понять, о чем он думает. Так и не осуществившаяся мечта ускользала из его рук, теперь, когда Бьянка перестала быть человеком, у тощего пропали даже самые хилые шансы чего-то добиться на любовном фронте. Выход из ситуации мог быть только один: если Рофиррик тоже обратится в троллизм.
— Фплиф, могу тебе официально заявить! — сказала принцесса. — Я счастлива! Ты рад?
— Конечно. Только…
— Что? Не нравится?
— Да я не о том. Просто мои чувства пока не приведены в порядок и находятся в… противоречиях, понимаешь?
