К тому времени, как Кэтран с Денисом выскочили на улицу, карета уже скрывалась за поворотом, и было ясно, что им ее теперь не догнать. Ликвидатор нулевого уровня горестно посмотрел на башмаки в его руках. Один из них был черный, другой белый.
— Ну Валька, сволочь! Даже Пьера Ришара в свою сказку сумел затолкнуть.
— Ну что, поймали? — высунулся из двери подъезда Ганс.
— Как же, с тобой поймаешь! — вызверился на него раздосадованный стажер. — Ты хоть думай, что пишешь! Какие носки? В башмаках он ходит! — сунул Дэн под нос сказочнику разноцветные ботинки.
16
— Вы просто неправильно меня поняли, — оправдывался Ганс, поднимаясь по лестнице. Следом за ним сердито топали стажер и Кэтран. — Во-первых, я эту сказку еще не дописал, у меня пока по ней только наметки, а во-вторых, у нас принято разуваться у входа и потом уже в комнату входить в носочках, чтобы не разносить грязь. Я же не знал, что вы воспримете все так буквально! Хотя, надо сказать, вы предлагаете довольно забавное развитие сюжета.
— Я предлагаю? — возмутился Денис.
— А кто же? — добравшись до своей лестничной площадки, сказочник уставился на зонтик, застрявший в потолке, дотянулся до его рукояти, выдернул и поцокал языком, глядя на лезвие, из которого сочилась белесая жидкость. — Смотрите, и тут маковое молочко. Интересно, какое оно на вкус?
Дэн в последний момент успел вырвать зонт из рук Ганса.
— С ума сошел?!! — прошипел он, заталкивая сказочника в комнату.
— Вам можно, а мне нельзя? — обиделся тот. — Я же видел, как вы его лизали.
Денис подошел к окну и с размаху воткнул зонтик в цветочный горшок с фикусом. Фикус пару раз конвульсивно дернулся, согнулся пополам и распластался на подоконнике.
— Крутое у вашего министра молочко. Цветочек с одного укола нариком стал, и, судя по всему, у него передозировка. Так что лизать не советую.
— Это же нападение! — возмутилась Кэтран. — Покушение на убийство! Это карается смертью! А нападение на королевскую особу — мучительной смертью!
— Эк тебя проняло, — засмеялся Денис.
— Королевскую особу? — вскинул брови Ганс.
— Да, есть такой пункт в уголовном кодексе одного государства, — поспешил увести разговор в сторону стажер, незаметно грозя за спиной кулаком Кэтран. — Моя помощница собирается сделать карьеру на юридическом поприще и любит лишний раз козырнуть своими познаниями в этой области.
Принцесса усиленно закивала, вспомнив, что о ее высоком статусе Ганса Христиана никто не информировал, и вряд ли стоит это делать сейчас, тем более в темных мирах, однако от шпильки не удержалась.
— И что мы теперь будем делать, шеф? — с подчеркнутой почтительностью спросила Кэтран.
— И что мы теперь будем делать, шеф? — с подчеркнутой почтительностью спросила Кэтран. — Задание мы под твоим чутким руководством с треском провалили. Извращенец удрал.
— Если бы кто-то не бухтел над ухом, — обиженно засопел Денис, — и не торопил, как на пожар, то мы бы сейчас держали его за вымя и высасывали из него информацию.
— Ладно, замяли, — вздохнула принцесса, признавая свою вину. — Так что делать-то будем?
— Валить отсюда, причем желательно в темпе вальса.
— Это как? — не понял Ганс.
— Ускоренным шагом. А если проще — бегом!
— Зачем? Мы как законопослушные граждане имеем право…
— Получить по зубам от легавых, которых скоро здесь будет целая толпа.
— Но за что? — искренне удивился Ганс.
— Наш извращенец занимает пост министра культуры, то есть не последнее лицо в государстве. Как вы думаете, кому скорее поверят — нам или ему?
— Конечно, ему, — пожал плечами Ганс.
— Вот видишь! А это значит, что он сидит сейчас в ближайшем полицейском участке и рассказывает, как во время благотворительной акции — ночного посещения мальчика Яльмара — на него набросилась толпа извращенцев, ограбила, — тряхнул Денис башмаками гнома, — раздела догола и… дальше продолжать?
— Нет, — удрученно вздохнула Кэтран.
— Позвольте! Но все было совсем не так! — гневно воскликнул Ганс.
— Слушай, тебя что, ни разу в участок не забирали? — удивился Денис.
— Нет.
— Сразил наповал. Значит, по почкам резиновой дубинкой еще не получал. Нет, как ты умудряешься книжки писать, абсолютно не зная жизни? — возмутился стажер. — Хотя да… ты же не книжки, ты сказки пишешь. Так, все! Разговоры окончены. Начинаем действовать. Ганс, у тебя в хозяйстве нет ничего скоропортящегося?
— Не понял?
— Ну продукты там какие не первой свежести.
— А вы знаете, есть. Фрау Хельга позавчера забыла здесь свою рыбу, и, кажется, она уже начинает пованивать. Хотел ее выбросить, да все руки не доходили.
— Кто такая фрау Хельга? — спросила Кэтран.
— Очень почтенная фрау. Раз в неделю приходит ко мне убираться.
— Ясно. Тащи эту рыбу сюда, — распорядился Денис.
Ганс нырнул в соседнюю комнату, покопошился там и скоро вновь появился перед друзьями со свертком в руках. От свертка действительно исходил не очень приятный запах.
— То, что надо! — обрадовался Денис. — Рыбка с душком.
Стажер лично развернул ароматный сверток и вывалил его содержимое прямо поверх бумаг на письменный стол.
— Что вы делаете? — ужаснулся Ганс. — Там же мои сказки!
— Они у тебя тоже с душком, — успокоил его Денис, — так что с рыбкой им нетрудно будет ужиться.
Юноша подскочил к камину, схватил совок и начал торопливо подсыпать в огонь свежие порции угля.
— А это зачем? — поинтересовалась Кэтран.
Юноша подскочил к камину, схватил совок и начал торопливо подсыпать в огонь свежие порции угля.
— А это зачем? — поинтересовалась Кэтран.
— Чтоб наша рыбка заблагоухала еще сильнее, — пояснил ликвидатор нулевого уровня. — Так, Ганс, — начал распоряжаться он, закончив работу, — быстро тащи сюда всю теплую одежду, какую найдешь в доме, одеваемся и уходим!
Ганс грустно посмотрел на свои изгаженные вонючей рыбой рукописи, подошел к стенному шкафу и начал выгребать оттуда свои шмотки. К счастью, жил сказочник не бедно, а потому в шкафу был не один комплект нижней и верхней одежды. Правда, вся она была мужская, и был в ней еще один недостаток: Денису она была мала, а Кэтран велика. Бобровая шуба висела на девушке, как на вешалке, а полы путались под ногами так, что идти было невозможно. Денис под горестные стоны Ганса и треск расползавшейся на нем по швам одежды, недолго думая, оттяпал ножом все лишнее на наряде принцессы, подбежал к окну, пристроил горшок с торчащим из него зонтиком в самом центре подоконника и только после этого поволок друзей за собой на улицу.
— Извините, друг мой, — пропыхтел Ганс, громыхая башмаками по лестнице, — а что это за странные манипуляции с фикусом?
— Про фикус забудь. Ему хана. А вот зонтик теперь ориентир. Будет индикатором работать. По нему определимся: есть в доме засада или нет.
Денис осторожно приоткрыл входную дверь, высунул нос наружу и, убедившись, что поблизости никого нет, махнул рукой, предлагая друзьям выйти на улицу.
— Теперь давай подальше отсюда, — распорядился стажер, — желательно в сторону ближайшего постоялого двора или гостиницы. Ганс, ты за проводника. Мы города не знаем. Кстати, ты куда направлялся перед тем, как нарвался на нас?
— Подарки покупать. Завтра же новогодняя ярмарка, — пояснил сказочник, становясь во главе процессии. — В этот день у нас положено жертвовать нищим и убогим, подарки им дарить и все такое прочее.
