— Воледар Ингварович? — ошарашено глядя на меня, спросил он. — Вы ли это?
Я галантно поклонился богатырю в алом плаще и богатом доспехе с золотой гривной на груди. Поклонился не столько из вежливости, сколько лихорадочно соображая, что ответить старому знакомцу.
— К вашим услугам.
— Дык ведь… вас же казнили. У Калки. Я ж воочию… — Он протянул ко мне руки, чтобы убедиться, что я ему не грежусь.
— Эх, — вздохнул я безысходно, — было дело, казнили.
— Да как же ж… такое быть?то может?
— А вот может. Город здесь такой, постоянно кто?нибудь оживает.
— «Капитан», — услышал я. — «Послушай боевого товарища. Валить тебе оттуда надо со скоростью необычайной. Свадьба побоку, я тебе, так и быть, дома налью. Иначе придется всей русской делегации объяснять технологию приживления голов. А не дай Бог, кто еще поэкспериментировать захочет! Так шо чмокни от меня Алену в щечку, пожелай успехов в боевой и политической подготовке и сваливай. Тем более что щас все напразднуются в зюзю, знать попрется в храм на церемонию, так что у камеры перехода ну максимум человек десять — двадцать останется. Другого такого случая до крестин со всеми звездинами и полумесяцинами может не представиться. Ну и, кроме того, народ скоро изрядно под градусом будет, так что, поди, потом пойми, приглючился им Черный дракон или действительно что?то такое по небу летало».
— Прости, дружище, — вздохнул я, — как?нибудь потом поговорим. Меня тут Лис Венедин ждет.
— Как, и он?.. — Удивление в глазах храброго витязя сменилось полной растерянностью.
— А как же, — бросил я, спеша уйти, пока он не пришел в себя.
* * *
Огромный четырехкрылый дракон, черной молнии подобный, пикировал на башню карезминов, стоявшую над могилой Синедриона. Клубы дыма стелились вокруг него, и пламя, исторгаемое из пасти, превращало в песок камни, из которых была сложена твердыня. Стражники, те немногие, оставленные, как видно, в наказание, караулить в день свадьбы, с душераздирающими криками выскакивали из разрушаемой крепости и, закрыв руками голову, падали лицом ниц, стараясь хотя бы этим спастись от вида леденящей душу твари. Кто?то из них попробовал вскочить в седло, но не тут?то было. Обезумевшие лошади, привязанные к коновязи, вырвав ее с корнем, неслись подальше, подальше, подальше от этого .
«Пора», — самому себе скомандовал я, давая шпоры Мавру и ведя в поводу Лисовского андалузца и легконогую лошадку Ансельма. Их пришлось довольно долго приучать к образу Черного дракона, прикармливая при этом всякими вкусностями.
— Эх, хороша была штука. — Лис похлопал стоявший у развалин башни летательный аппарат по плоскости крыла. — Жаль рушить, да что делать.
— Так может, оставите? — испытующе глядя на него, произнес Ансельм.
— Не время для аэропланов. Ну а если шо, все расчеты у тебя остались.
Ансельм кивнул, Венедин поднял руку, из пальца его сорвалась вполне всамделишная молния, и биплан вспыхнул ярким пламенем.
— Это как? — недоуменно спросил я, глядя на «о великого».
— А бес его знает, — тихо, так, чтобы не слышал Ансельм, пробормотал Лис. — Вот, подумал, оно и вышло. Может, я все время так мог?
— Учитель, — отводя завороженный взгляд от пламени, пожирающего ручные крылья, начал Ансельм, — а как же я? Вы же обещали сделать меня бакалавром!
— Роднуля! — Лис крепко обнял ученика и мягко толкнул его от себя. — Об чем речь? Если я сейчас спущусь с холма и начну втирать, что Ансельм Кордовец бакалавр магии, меня ж люди на смех поднимут. Зовись, уж так и быть, магистром. Ежели у кого вопросы возникнут, посылай сразу ко мне. А я уж так пошлю, вовек не дойдут.
— Но вы же исчезаете, — расстроено шмыгнул носом новоиспеченный магистр.
— Фигня делов, — махнул рукой Лис. — Раскрою тебе великий секрет: ежели где шо убудет, так куда?то оно обязательно прибудет. Так шо даст Бог, свидимся. А это, — «о великий» вытянул из?под камизы талисман с Черным драконом, — на, носи. На память.
— Учитель! — задыхаясь от волнения, прошептал Кордовец. — Да как же?..
— Носи?носи, заслужил, — хлопнул его по плечу мой напарник.
Молодой маг с замиранием сердца принял из его рук волшебное сокровище.
— Да, вот еще, — встрепенулся он, отрывая от талисмана зачарованный взгляд. — Сегодня ночью мне удалось расшифровать в трактате Зеедорфа еще нечто очень важное.
— Например?
— У императора Цинь Шихуанъ?ди была многотысячная армия неуязвимых терракотовых воинов. По уверению фон Зеедорфа, она и по сей день ожидает приказа властелина Черного дракона. И с этой армией хозяин талисмана по своему повелению может в единый миг перенестись в любое место, какое пожелает.
Лис обалдело посмотрел на нового повелителя Черного дракона.
— Ты хочешь сказать… В смысле, мы с самого начала могли сюда… — Он ткнул пальцем в темный зев пещеры. — Это правда?
— О да, конечно!
— Вальдар, пошли. Мы зажились в этом мире. — Он повернулся и, понурив плечи, зашагал к камере перехода. — От Калки!!!
— Ансельм, — позвал я будущего придворного мага иерусалимской королевы. — У меня к тебе две просьбы.
— Я готов. К вашим услугам, господин рыцарь.
— Благодарю. Запоминай, налет дракона на башню карезминов — прекрасный повод императору расторгнуть договор с Субедэем. Дракона последний раз видели у монголов, а Хорезм?шах нынче союзник Фридриха. Так что после этого вероломного нападения он может без зазрения совести прекратить поставки продовольствия в Орду.
— Но я не вхож к его величеству, — с сомнением в голосе начал Ансельм.
— Ерунда. Передай мои слова королеве Альенор. Она сама придумает, как довести их до императора. И вот еще что, — я тяжело вздохнул, — будь добр, дай знать графине Аделаиде Мекленбургской, что ты нагнал нас в Иерусалиме и испепелил своими молниями.
— Но для чего?
— Для чего? — повторил я, пожимая плечами.
— Да как тебе сказать, нам уже все равно, а женщине будет приятно.
ЭПИЛОГ
И все же конец мой — еще не конец,
Мой конец — это чье?то начало.
В.Высоцкий
— …Ну, в общем, сидим мы в яме, сверху решетка, дерьма по уши, вонь, крысы, и тут припирается этот крендель хренов с самострелом…
Сергей Лисиченко, все еще в облачении доблестного Лиса Венедина — рыцаря и мага, — восседал за раскладным пиршественным столом, на котором красовался весь малый джентльменский набор наскоро собранного друзьями фуршета.
— Да вы пейте. — Мой напарник заботливо подхватил стоящую перед ним бутыль из?под шампанского, наполненную, как я знал, совершенно иным содержимым. Напиток этот, бывший предметом Лисовской гордости, именовался «Лисовым напием» и поражал употреблявшего его на месте не хуже венедских стрел. — Пейте, пейте, щас я колбаски дорежу.
По взглядам, которые мой друг бросал на симпатичную барышню из отдела материального обеспечения, очевидно, впервые посетившую подземелье лаборатории рыцарства, я вполне догадывался о его планах на сегодняшний вечер. В сущности, все звучавшие здесь страшные боевые рассказки были рассчитаны именно на нее.
— …Ну и начинает он тереть нам по ушам, что мы замочили его брата. Поди ему растолкуй, что это не мы, а одна такая нежная хрупкая тетка. Вон, кстати, его любовница.
Я сидел, обложившись картами и путеводителями по Иерусалиму разных веков издания. Из головы моей не шло пророчество, осуществившееся только наполовину. Я усмехнулся, слушая Лисовскую версию истории несчастного Ропши, перевернул очередную страницу и…
