— Да? — удивленно произнесла изумленная подобным объяснением девушка.
— Ну, как бы то ни было, я хочу есть.
— Хорошо, хорошо, не извольте сомневаться, ща все будет. — Лис затолкал чародея, оторопевшего от натиска юной невесты императорского отпрыска, еще ближе к кухонным кладовым. — Короче, слушай меня внимательно. Так и быть, я прощаю тебе сегодняшнюю ночную выходку, прощаю то, что ты посмел величать себя магистром. Более того, из сострадания к твоей тяжелой судьбе я позволю тебе следовать за мной, и даже более того. — Венедин помедлил и махнул рукой. — А, была не была, так и быть, зачту тебе экстерном экзамен на степень бакалавра, если ты мне ответишь на вопрос, — он наморщил лоб, делая вид, что вспоминает подходящую к случаю закавыку, — нет, это, пожалуй, чересчур сложно… Так, об этногенезе в Кордове наверняка и слыхом не слыхивали… А! Вот. — Он сунул руку за пазуху и вытащил свой калкинский трофей. — Ты должен будешь мне рассказать об истории и свойствах вот этой безделушки.
— Черный дракон Цинь Шихуань?ди, — пораженный Ансельм, делая огромные глаза в пол?лица, рухнул на колени. — Господь всемогущий, не сплю ли я?
ГЛАВА 16
Деньги — это то, что проходит через ваши руки прежде, нем попасть в королевскую казну.
Кольбер
Забота о хлебе насущном и последовавший за ней процесс поглощения пиши на время заставили Лиса и его магического ученика отвлечься от темы экзамена. Вслед за трапезой вопрос о том, что же делать дальше, встал с новой остротой, поскольку выяснилось, что продовольствия на постоялом дворе хватит едва ли на пару дней весьма экономного стояния.
— В общем, так, — горячился Лис, — пора вспомнить школьный курс истории и осознать, что города — это не просто скопища домов, произрастающих за одной Оградой, но и аккумулятор финансов в их первозданном денежном эквиваленте. Короче, самое время протрясти буржуа и послушать, как они будут звенеть.
— Может, все же доберемся до конторы Ганзейского союза? — возражал я, памятуя, что Лисовская манера ловить рыбку в мутных финансовых потоках ведет обычно к весьма далеко идущим последствиям.
— До этой самой конторы еще добраться надо! Наш любезный Карл из Риббека, купец, утверждает, что миль на сто в округе ничего подобного нет. С нашей скоростью это не меньше трех дней пути. Мы?то ладно, как?нибудь на подножном корму святым духом перетопчемся, но теток все же кормить надо. Да и ночевать под открытым небом тоже затея не ахти какая — октябрь на носу, того и гляди дожди пойдут.
— Хорошо, и что ты предлагаешь?
— Как это что? Провести безвозмездный заем денег у населения.
Последняя часть нашего разговора была услышана юной княжной, спускавшейся в этот момент по лестнице, чтобы узнать, отчего это вдруг воины ее эскорта изволят спать, когда она уже давно бодрствует.
— Я благодарю вас за заботу, господа, — тоном, не допускающим возражений, произнесла Алена Мстиславишна, — но если мы действительно в таком тяжелом положении, как вы говорите, быть может, стоит что?то продать?
— Чтобы продать что?нибудь ненужное, надо сначала купить что?нибудь ненужное, — процитировал Лис, — а у нас денег нет.
Княжна на минуту задумалась.
— Но есть одно из моих платьев. То самое, в котором я ходила под Херсирк.
Я улыбнулся обороту: «Ходила под Херсирк». Так обычно изъяснялись старые вояки. Юная девица произносила эти слова со знанием дела и явной гордостью.
— Починить платье уже невозможно, а жемчуга на нем нашито не менее чем на тридцать солидов.
— Нехорошо это как?то, — вздохнул Венедин, вообще крайне болезненно воспринимавший попытки женского участия в финансовых вопросах, а уж тем более такую благотворительность со стороны девочки?подростка.
— Я так велю, — гордо задрала подбородок княжна. — Готовьтесь ехать в город. А я сейчас прикажу Татьяне спороть жемчужины и принести их вам.
Лис перевел взгляд с девушки на меня, и я четка понял, что в его голове уже созрел коварный план по «рациональному» использованию выделенных средств, так что свернуть его с намеченного пути не удастся даже бульдозером.
— Слушаюсь, ваша светлость, — склонился в поклоне Венедин. — Все сделаем в лучшем виде.
* * *
Кони несли Лиса и Ансельма, свято выполнявшего свое обещание не отходить от учителя, в сторону Штраумберга. Юный маг, пользуясь возможностью остаться наедине со своим новым покровителем, рапортовал, словно взволнованный абитуриент перед строгим экзаменатором.
— Лю Шен, о великий, в своем трактате «О чудесах, проистекающих на тверди земной» пишет, что в незапамятные времена, некогда властитель Подземного мира Эрликхан — сотрясатель гор восстал против воли Небес. Он повелел своим слугам захватить волшебную Горную страну, в которой размещались столбы, держащие небесный свод, и, разрушив их, притянуть Небо к Земле.
Однако столбы эти охранял Черный дракон, посланный Творцом Небесной Тверди для защиты Горной страны.
Могущество Черного дракона неизмеримо. Слуги Эрликхана бежали в страхе, лишь только увидев его у подножия столбов. Тогда Эрликхан спустился в самое сердце Земли и вызвал оттуда Огненный Ужас, не имеющий имени и живущий там с первого мгновения мира. Огненный Ужас не ведал страха, и когда Эрликхан выпустил его из земных недр, он кинулся на Черного дракона, сокрушая все и вся на своем пути.
Неведомо сколько длилась их битва и уж подавно неведомо, чем бы она закончилась: семижды семь дней лилась по волшебной Горной стране кипящая кровь Огненного Ужаса Глубин и Черного дракона Небес. И тогда Единственный, посланный Творцом, чтобы слушать стук сердца Земли, повелел тучам разверзнуться, и лил из них дождь сорок дней и сорок ночей. Смерть подступила к сражающимся так близко, что Огненный союзник Эрликхана устремился в неизведанные подземные бездны, ища спасения от беспощадных водяных потоков. Дух Черного дракона уже готов был оставить его истерзанное пламенем тело и отлететь на Небеса, где был рожден, но Единственный, собрав остывающую кровь обоих сражавшихся, сковал из нее маленького дракона. И когда последнее дыхание готово было сорваться с уст хранителя земных столбов, он дал духу отважного защитника Горной страны новое обиталище, навеки поместив его в неведомых недрах талисмана. С тех пор сила и могущество великого Черного дракона пребывают в нем из века в век.
— Недурственно, — похвалил будущего бакалавра магических наук высокоученый экзаменатор. — Чувствуется работа с материалом. Похвально, молодой человек. Однако вон уже виднеется город, и нам надо заняться некоторыми приготовлениями к предстоящему священнодейству. У вас с собой есть писчие принадлежности и пергамент?
— Конечно, — отозвался прилежный ученик, собираясь, очевидно, запечатлеть на выбеленных страницах крупицы Лисовской мудрости.
— Вот и прекрасно, мой дорогой. Тогда возьмите нож и нарежьте пергамент кусочками размером эдак дюйм на дюйм.
— Что? — переспросил юноша, вероятно, полагая, что ослышался.
— Пергамент. На кусочки, — чуть медленнее повторит Лис. — Ну что тут непонятного?
* * *
На некоторое время я был вынужден отвлечься от созерцания первого дня учебы незадачливого горе?чародея у светила венедской учености. Пришедшие в себя после тяжелой зелье?вой спячки воины нуждались в заботе и уходе не менее, чем изнеженные курсистки после посещения анатомического музея. Земля уходила у них из?под ног, головы чугунными ядрами обрушивались на стол всякий раз, когда, сидя за ним, они убирали поддерживающие лбы руки.
