— Может, по?вьетнамски попробовать, — предложил я, — там вместо кролика кот.
— Блин, лось почтовый! Конь в пальто! Кузькина мать! Еханый бабай! Сивка?Бурка! Ивасик Телесик! Шалтай?Болтай! Гоп со смыком! Слушай, нас накололи, эта хрень ни хрена не работает, у нее, наверное, батарейки сели. Я вообще удивляюсь, как китайский ширпотреб мог так долго продержаться. Если это вообще Китай, а не какая?нибудь монгольская подделка.
— Нет, не похоже, — покачал головой я. — Надо еще поработать.
— Сезам, отворись! — заорал Лис, не сдерживая нахлынувших эмоций. — Ну что, отворился? Держи карман шире! Дерьмо собачье.
— Ты осторожнее, Лис, — вкрадчиво начал я. — Когда колдуешь, будь аккуратнее в выражениях. Не хватало еще, чтобы нас здесь привалило вышеупомянутым дерьмом.
— Это нам кажется, что я колдую, — огрызнулся Лис. — А на самом деле я фигней страдаю, воздух языком гоняю вместо вентилятора. Все не так воняет. А если серьезно, — неожиданно успокаиваясь, проговорил Венедин, — давно уже пора вызвать Базу. Потому как на этот раз, похоже, мы таки влипли основательно.
— Базу? — переспросил я. — Эт?то ты хорошо придумал. Они сюда пришлют катер с ликвидаторами, ликвидаторы разнесут аббатство в дым, вытащат нас, любимых, и мы как есть, в дерьме, как вы изволили выражаться, отправимся в Институт.
— Ну, в дерьме, не в дерьме, — мрачно вздохнул Лис, — а задачу свою мы выполнили.
— Задачу выполнили, с этим спору нет. А девочку, которую нам с тобой, двум самонадеянным идиотам, поручили охранять, кто возвращать будет?
— От того, что нас сначала обезглавят, а потом сожгут, ей станет намно?ого легче, — буркнул в ответ мой друг. — В конце концов ты все время забываешь, что мы не единственные оперативники Института в этом мире.
— И эт?то ты верно заметил. Не единственные. Но будь их здесь достаточное количество, вряд ли бы мы сейчас томились в темнице. К тому же ты что, считаешь, что они сидят и, изнывая от скуки, ожидают, когда ж это мы им с больной головы на здоровую дельце подкинем: иди туда, не знаю куда, ищи то, не знаю что.
— Ладно, ладно, чего расшумелся, — примирительно вздохнул Венедин.
— Убедил. Прямо сейчас же отправляемся на поиски. Эй, есть тут кто? Седлайте коней!
Гулкое эхо было ему ответом.
— С этим, похоже, придется подождать. Давай подумаем, как можно отсюда выбраться без помощи наших терминаторов.
— Хорошо, — согласился Лис. — Никаких терминаторов, одни только Рэмбо. М?м… так?так… А шо, можем попробовать. В общем, завтра, когда фон Нагель с оруженосцами поведут нас в суд, мы разоружаем конвой, по?быстрому объясняем Ульриху, в чем тут собака порылась, и делаем нога. В воротах, как обычно, два?три стражника неким твердым предметом груши околачивают, мы их даже с недосыпу и голодухи сложим голыми руками. А там — ищи ветра в поле.
— Прекрасный план, — похвалил я. — Несколько небольших замечаний, а в целом весьма впечатляюще. Предположим, что нам удастся разоружить фон Нагеля и его ребят и даже удастся убедить их не поднимать при этом шум. Сейчас здесь император, а стало быть, в аббатстве и его окрестностях войск больше, чем в Святой земле. От собора до ворот примерно ярдов тридцать, вот ты у нас как лучник и прикинь, сколько стрел и арбалетных болтов прилетит в каждого из нас, пока мы эти тридцать ярдов на подкашивающихся ногах, так сказать, птицей перепорхнем. Тебя с талисманом они, может, и не убьют, только ребра поломают, а мне хватит с головой.
— Да?а, — проведя нехитрые математические подсчеты, изрек Лис. — А жаль, красивый план.
— Ну, не спеши себя корить, — утешил я друга. — Рациональное зерно в твоих рассуждениях, пожалуй, есть. С Нагелем действительно надо попробовать договориться. А вот бежать, очевидно, лучше не к воротам, а к храму. И как Ансельм просить в Божьем доме убежища.
— Думаешь, сложится? — усомнился Лис.
— Возможно. Предоставлять убежище нуждающимся в нем — святая обязанность Церкви. Здесь, в аббатстве, находится архиепископ Трирский и император. Между собой они не очень ладят, стало быть, вряд ли захотят ударить друг перед другом в грязь лицом.
— Ну хорошо, допустим. Вот мы в соборе. Дальше?то что?
— Пока не знаю, но одно могу сказать точно: чтобы предпринимать какие?либо действия для своего освобождения и поисков Алены, нам нужна встреча с императором. Он — наш единственный шанс. И если с фон Нагелем удастся договориться, то в собор его величеству прийти будет куда как проще, чем в эту выгребную яму.
— Вероятно, ты прав. — печально согласился Лис. — Я тебе честно скажу, ни о чем не могу думать. Жрать хочется, кишка кишке дули крутит. Даже задремать толком не получается. Закрою глаза, сразу еда сниться начинает. Эй! — заорал он негодующе. — Жрать давайте!
— Сию минуту, о великий! — раздался над головой хорошо знакомый голос Ансельма. — Я принес вам мяса, хлеба и немного вина.
— Ну, ты ба! — восхитился Венедин. — Прям?таки маги и волшебники всех стран, соединяйтесь! Ну спасибо, родной, ну уважил старика. Давай сюда скорее.
— Я, о великий, — начал Ансельм, протискивая между прутьев решетки изрядный ломоть мяса, — как узнал, что вы с подменышем в аббатство едете, сразу понял, надо будет бежать в храм, просить убежища. — За мясом последовала краюха ржаного хлеба и булькающая фляга с вином.
— Постой?ка, — ловя вожделенную бутыль, остановил его Лис. — так тебе что же, было известно, что княжна подменыш?
— Да, о великий. Я это еще там, на постоялом дворе, понял, когда мы с ней на лестнице столкнулись. От нее теплом человеческим не веяло.
— Так что ж ты сразу не сказал?! — возмутился грозный учитель.
— Так я хотел, о великий, но думал, вы сами знаете. И потом еще, перед самым отъездом в аббатство…
— Господи! — изрек Лис в пустоту. — Когда ты караешь самонадеянных болванов, ты отнимаешь у них разум.
— Да?а, — восхитился Ансельм. — Я запомню это, о великий.
— Запомни, — согласился Лис, — и вот еще что скажи: чего это тебя вдруг потянуло против нас свидетельствовать?
— Да что вы, учитель! Как вы могли такое подумать?! Я сказал, что вы наняли меня писцом за два дня до приезда в город, а потому мне нечего поведать высокому суду.
— Ладно, предположим, — махнул рукой Лис. — В любом случае спасибо за еду.
— Это еще не все, — заговорщицким шепотом произнес Ансельм, наклоняясь к самой решетке. Юношу, привыкшего работать в алхимической лаборатории без противогаза, похоже, совсем не смущал удушливый смрад, идущий из ямы. — Я подготовил вам побег. Вначале думал, что вы освободитесь сами, но темница защищена перекрестными заклятиями, и лишь тот, кто наложил их, знает порядок снятия. Тут лучше не рисковать.
Он хотел далее углубиться в разъяснения природы перекрестных заклятий, но был сурово оборван Лисом:
— Ты что?то говорил о побеге?
— Да?да, — быстро заговорил Ансельм. — Все уже готово. Вот здесь, — он протиснул сквозь решетку сверток, обернутый плащом, — веревка с крюком и узлами и два кинжала. Скоро должен прийти монах, разносящий объедки. Он уже пошел к свиньям…
— И правильно сделал, — заметил Лис. — Там ему самое место.
— Так вот, когда служка придет, — продолжал Ансельм, — он откроет люк, чтобы спустить ведро. Стащите монаха вниз и выбирайтесь. Стражник в коридоре спит. Буду вас ждать на стене аббатства, там, где она примыкает к конюшие. Я там разобрал черепицу, так что можно попасть внутрь и добыть себе коней. А из конюшни прямой выход в город.
