— Хорошо, Командор. Выхода у меня нет. Поверю вам на слово. Я получил приказ от Патриарха Хеона… (в окружении Патриарха наверняка шпион Радуги, так что имя Арбель скорее всего знал и так). Он вызвал меня…
— К себе в берлогу под улицей Крикунов, подле угла с Малой Морковной? — заметил маг.
— Нет, — Фесс нашел в себе силы ехидно усмехнуться. Прием Арбеля был не из сложных. — Под улицей Крикунов уже давно просто один из арсеналов Лиги.
— Надо же! — притворно удивился Арбель. — А мы?то считали…
Это было сыграно хорошо. Очень хорошо. И «деланность» удивления смог бы понять лишь тот же несравненный Тит Оливий — или же Кэр, один из лучших его учеников.
— Патриарх, — с усмешкой пояснил Фесс, — никогда и никого не принимает у себя в жилище. Никто из воинов Лиги, разумеется, не знает, где оно. А встретились мы, как всегда, в трактире «Полосатый Кот»…
— Это на Дегтярной улице? — поинтересовался Командор.
— Это на углу Купеческой и Тележной. Послушайте, Арбель, зачем вам это? Ручаюсь, вы знаете Мельин как свои пять пальцев!
— Не обижайся, Кэр, — Командор остался серьезен. — Я наблюдаю за твоей реакцией. Мимика. Движения глаз, губ, век. Дрожание ресниц. Мне все это очень важно. И, поверь, тебя спасти может только полная искренность. Мне не хочется убивать тебя, признаюсь.
— Хотелось бы верить, — буркнул Фесс. — Ну, так что дальше?
— Дальше? Рассказывай, как вы встретились с Патриархом. Все, о чем я тебя просил.
— Но, полагаю, Патриарха Хеона вы знаете в лицо? — язвительно поинтересовался Фесс.
— Знаем. Это можешь пропустить. Скажи, ты не заметил в нем ничего особенного?
— Ничего. Мы встретились в «Полосатом», у Патриарха там свой столик.
— Разумеется, защищенный каким?нибудь заклятьем?
— Откуда? Да и зачем? Чтобы Радуга в один миг установила, что тут дело нечисто? Не считайте Патриарха таким глупцом, Командор.
— Однако он оказался достаточно глуп для того, чтобы бросить вызов Радуге, — голос Арбеля не предвещал Патриарху ничего хорошего.
— Он просто принял заказ, — возразил Фесс.
— От кого?
— Неужели вы думаете, Командор, что Патриарх сообщит мне такое? Можете перевернуть вверх дном весь мой череп, ответа на этот вопрос вы там не сыщете.
— Что ж, верю, — Арбель пристально глядел Фессу прямо в глаза. — Рассказывай дальше, мальчик. Итак, вы встретились. Ты, конечно же, поприветствовал своего Патриарха? Как ты это сделал?
— Здравствуй, дядюшка Паа…
— Не понял! — голос Командора мгновенно заледенел.
— Я так поприветствовал своего Патриарха, — с умильной улыбкой принялся втолковывать Фесс волшебнику.
— Так и надо говорить, — строго заметил Арбель. — И что же дальше?
— Заказал пива своему Патриарху. Темного мельинского пива. Его любимый сорт. Так принято.
— Понял. Дальше?
— Дальше заговорил он.
Отдавал приказ.
— Повтори! И смотри, не упускай ни единого слова!
— Патриарх сказал так: «Отправишься в Хвалин немедленно. Будешь следить за одним…» гм…
— Ну, что же ты замешкался?
— Прошу прощения вашего командорства, Патриарх выразился не слишком изящно…
— Мы не на уроке тонкой словесности! Я же сказал — не упускай ни единого слова!
— Ну что ж.., бедный пленник подчиняется и просит не сильно карать его за те слова, что он вынужден произнести. «Отправишься в Хвалин немедленно и будешь следить за одним надутым говнюком из Ар…» Ой! Ваше командорство!..
Задыхающийся от ярости Арбель с трудом заставил себя опуститься обратно в кресло.
— Кое?кто за это заплатит, — прошипел он голосом злодея из ярмарочного балагана. — И притом очень дорого. Продолжай. Кэр!
— «…говнюком из Арка, — с самым невинным видом повторил Фесс. — Имя ему Барсаг, но это имя мирское, орденское — Илмет. Приметы…» Ну, это, наверное, можно пропустить, скажу лишь, что они точны…
— Нет! Я сказал — не упускать ни слова! Фесс повторил.
Арбель вновь задумался, нервно барабаня пальцами по подлокотнику.
— Ясно. Приметы точные… Получены от того, кто лично видел парня. Ясно.., продолжай.
— «Глаз с него не спустишь. Ни днем, ни ночью. Следи за ним, пока он в Хвалине и в окрестностях. Следи до тех пор, пока этот.., гм.., многоуважаемый адепт Арка.., не войдет в одну из башен Ордена. Потом вернешься в Мельин. Все расскажешь мне сам». Вот такие приказы. Короткие и простые.
— Как Патриарх должен был узнать, что ты вернулся?
— Я должен был один раз прийти в «Полосатого Кота». Меня бы заметили и сообщили Патриарху.
— А потом?
— А потом между третьим и четвертым окнами трактира на стене появилось бы бранное слово.
— Какое? — холодно спросил Арбель. Фесс поколебался и назвал. Командор вытаращил глаза и покраснел.
— До чего же извращенная фантазия!.. Нет, это положительно невыносимо!.. Не слово, а целое словосочетание! И что оно означало бы?
— Что мне надо прийти в «Кота».
— Ясно. — Арбель поднялся. — Ну что ж… Кэр, ты, похоже, был искренен. Пожалуй, потрошить твою память и не придется. Но тем для беседы у нас все равно много. Например, такая — что ты знаешь о связи Серой Лиги с императорским двором?
Фесс опешил. Он очень надеялся, что это выглядит натурально.
— Командор!.. Даже и существуй такая связь или связи — что может знать о них простой воин? Я не из свиты Патриархов. Мне отдавали приказы, и я их выполнял, не более того!..
— Только не пытайся меня уверить, что тебя вполне устраивала такая роль, — погрозил пальцем Командор. — Ты — Кэр Лаэда, отпрыск почтенной, уважаемой семьи, состоящей в родстве с самим Архимагом Игнациусом Коппером…
— Я могу встать? — осведомился Фесс. — Отлить надо, вы уж простите великодушно, ваше командорство…
— Тебя отведут, — Арбель брезгливо поморщился. — Удовлетворяй свои.., потребности. Но быстрее! У меня к тебе еще немало вопросов.
Как Фесс и предполагал, двери в комнате отсутствовали. Арбель слегка прищурился, и на стене засветился алым полуовал магического прохода. Юноша ощутил внезапный и резкий укол чужой магии — Арбель был Командором по праву, он работал стремительно, на уровне мыслеобразов, не нуждаясь ни в словах, ни в амулетах.
— Иди. Там тебя ждут.
Там тебя ждут. Я, конечно, мог бы.., гм.., устроить твое облегчение прямо здесь, но… — он передернулся от омерзения. — Нет ничего отвратительнее! Так что иди.
— Покорнейшее за то наше вам спасибо, — низко поклонился Фесс.
И шагнул прямо в полыхающую алым арку. Точнее, сделал вид, что шагнул. Старый сценический трюк.
Арбель уже отворачивался.
Фесс прыгнул.
Ни одной мысли о том, что он сейчас сделает, не было в его сознании. Он думал только о переполненном мочевом пузыре, думал настойчиво и неотвязно, его аура оставалась прежней, аурой сломленного, покорившегося человека, не помышляющего о сопротивлении.
Только так и можно обмануть опытнейшего чародея.
Арбель отреагировал невероятно быстро, но все же опоздал. Ему требовалось какое?то мгновение, может быть, даже ничтожная его доля, чтобы разорвать заклятье прохода — однако именно этой доли ему и не хватило.
Фесс ударил его в горло, ударил с оттягом, классическим тройным ударом — сперва кулаком, затем продолжающим движение локтем и, наконец, распрямляя руку — ребром ладони. Что было сил оттолкнулся ногами — и рыбкой нырнул в уже гаснущий овал выхода.
Это тоже входило в его план.
Войти именно в плоть гаснущего заклятья. В противном случае его ждали трое, а то и четверо адептов, готовых к бою, с обездвиживающими заклятьями наготове.
