Пальцы Сильвии стиснули пластинку подобно тому, как утопающий хватается за брошенный ему канат. Из сжавшегося кулака тотчас же потекла кровь.
Девушка прошептала одно очень короткое слово — не то имя, не то…
Однако этого не разобрал даже паривший в небе сокол.
***
— Ты будешь присутствовать на совете, — сказал Император Фессу. — Слушай внимательно. Ко мне сейчас идут много баронов.., идут с дружинами, не столь многочисленными, как мне бы хотелось, но идут. Однако бароны издавна посылали к магам вторых сыновей. Дворянство, голубая кровь испокон веку связаны с Семицветьем. Я хочу, чтобы ты слышал их речи на совете. Не буду тебя больше допрашивать.., хотя и чувствую, что ты не сказал мне всего. Что ж, обойдемся тем, что есть. Ты не шпик Радуги, и этого мне достаточно. И ты сам волшебник. Так что смотри и слушай. У разведчиков тебе делать нечего. Получишь нашивки второго легата.
— Ого! — невольно вырвалось у Фесса. В имперской армии, как известно, это был весьма высокий чин. Случалось, вторые легаты командовали и когортами.
— Никаких «ого». Отныне ты — мой оруженосец, назовем это так. Радуга неизбежно постарается расправиться со мной, и чем раньше, тем лучше, поэтому…
— Повиновение Империи! — Фесс опустился на одно колено. — Дерзну нарушить речь повелителя, но Радуге нет сейчас никакой выгоды в вашей смерти. Империя держится на неизбывной традиции преемственности власти, переходящей от отца к сыну. Никогда у мельинских императоров не рождалось более одного ребенка… и никогда не родилось ни одной девочки. Они брали в жены девушек из богатых и Видных родов или простолюдинок, но рождались почему?то только мальчики. Наверняка не обошлось без Радуги. И если сейчас род Императоров прервется.., если вы погибнете, не оставив наследника…
— Я понял тебя, — кивнул Император, Мраморное лицо осталось бесстрастным. — Но ты ошибаешься. Радуге вполне по силам сотворить подменыша. Куклу. Послушного болванчика в их руках. Так что… — Он махнул рукой и коротко взглянул на Фесса. — Говори дальше.
— Но почему тогда Радуга не сделала этого раньше?
— Быть может, они так и не смогли договориться, кто и как будет творить эту куклу или как они все вместе станут ею управлять, — пожал плечами Император. — Они ведь не слишком?то доверяют друг другу…
— И едва ли станут доверять больше сейчас, когда началась война, — заметил Фесс.
— Почему? — На сей раз Императору изменило спокойствие.
— Война — это отличный шанс покончить с врагом чужими руками. В Мельине большей частью гибли волшебники Лива, Солея, Флавиза и Угуса. Кутул если и пострадал, то не слишком. Магов Арка я вообще не видел. Гарама тоже. И, как всегда, остался в стороне Всебесцветный Нерг. Что, если теперь уцелевшие решат, что их подставили? Будут они больше доверять друг другу или нет?
— У них нет иного выхода, кроме как сплотиться, — решительно проговорил Император, — Я не могу рассчитывать на такую удачу, как распри в стане Семицветья.
— На такую удачу — нет. Но едва ли они решатся оставить Империю без главы. Есть ведь иные способы. Можно и не убивать человека, не заменять его големом. Можно обратить в голема его самого.
Глаза Императора зло и коротко вспыхнули.
— Но тогда опять же вопрос — почему они этого не сделали? Они приняли уличный бой… который мне удалось превратить в свалку. Они начали вести войну по нашим правилам, когда исход решает стойкость и выучка легионов. Почему же они не ударили сразу по мне?
Вместо ответа Фесс посмотрел на белую перчатку. Император уже почти не расставался с ней.
— Понимаю, — сказал молодой владыка, в который уже раз принимаясь рассматривать дар тьмы. — Амулет ночи. Быть может, он несет в себе великое зло. Слыхали мы о всяких амулетах.., кольцах, например… Владельцы становились их рабами, они не могли расстаться с ними даже на миг, они занимали все их помыслы, а потом эти самые амулеты предавали своих хозяев, обращая их в страшные чудища, в рабов на службе у жутких некромантов… Да, я читал.
Быть может, он несет в себе великое зло. Слыхали мы о всяких амулетах.., кольцах, например… Владельцы становились их рабами, они не могли расстаться с ними даже на миг, они занимали все их помыслы, а потом эти самые амулеты предавали своих хозяев, обращая их в страшные чудища, в рабов на службе у жутких некромантов… Да, я читал.
— Перчатка защищает вас, повелитель. Не знаю, обладает ли она такими свойствами, как те знаменитые амулеты, но…
— То есть ты хочешь сказать, что сейчас я неуязвим для Радуги?
— Едва ли, — покачал головой Фесс. — Никто не может утверждать такое наверняка. Мы не сталкивались с лучшими силами Семицветья. А я… Я не столь опытен, чтобы установить это, так сказать, теоретически.
— Тогда не будем и выяснять, — жестко сказал Император. — Затягивать войну я не намерен. Нельзя дать магикам собрать все силы… Впрочем, это уже тема для военного совета.
— Вы доверяете мне, повелитель. — Фесс низко склонил голову. — А ведь почти не знаете…
— Если Император ошибается в выборе людей, он не Император, — слегка дрогнула мраморная маска. — Меня этому учили долго и упорно, Я считаю, что кое?чего достиг. Итак, до встречи на совете, сударь второй легат.
Фесс счел за лучшее вновь опуститься на колено и как можно ниже склонить голову. Император ограничился легким, едва заметным кивком.
***
— Говорят, забирают тебя от нас? — спросил центурион Фарг, когда Фесс пришел к лагерю разведчиков. — И еще… О, прошу простить, второй легат!
— Перестань, — отмахнулся Фесс. — Повелителю понравилось, как я ловушки снимаю. Тут еще есть парочка.., тоже снять надо.
***
Совет собрался в том же подземном зале, где уже успел побывать Фесс. В глазах пестрело от роскошных вызолоченных лат примкнувших к армии родовитых аристократов — гербы, гербы, гербы, фамильное оружие и снова гербы. Простые армейские доспехи на этом блистающем фоне почти совершенно терялись. Фесс обратил внимание, как мало в зале легионных командиров и как много предводителей баронских дружин.
Другие легионы еще не подошли. Хотя, Фесс знал, Император послал приказ вернуться Второму и Пятому, пытался даже отправить какую?то тайную депешу за море, в сражающуюся там армию; правда, едва ли подобное предприятие могло увенчаться успехом без посредства Радуги. Сам Фесс тут помочь ничем не мог.
— Повиновение Императору! — холодным голосом провозгласил командир стражи Вольных, предвосхищая появление владыки.
— Повиновение Империи! — недружным хором ответили собравшиеся в зале. Четче и дружнее всех это получилось, конечно же, у легионных командиров.
Император, как и все, явился на совет при оружии и в доспехах. «Разумная предосторожность», — отметил про себя Фесс.
— Прошу, добрые мои подданные, — произнес Император, указывая рукой на обширный стол, где расстилалась карта Северного Мира — от ледяной полярной пустыни до побережья Окрайнного Океана.
— Вы читали эдикт о войне, потому повторяться не стану, — спокойным, мерным голосом сказал Император. — Вы здесь, и значит, вы исполнили свой долг. Теперь нам надлежит решить, как быстро и без лишних потерь закончить эту войну. Как заповедал мне мой царственный отец, на подобных советах младшие начинают первыми. Говорите, Император станет слушать.
